Всего за 200 руб. Купить полную версию
Анна Даниловна всё ещё злилась на дочь за её «непутёвое» замужество (они до сих пор не разговаривали друг с другом). Но при этом Репнина не забывала хвастать продукцией их фарфоровой лавки…
– Шедевр! – восторженно откликнулась Шаховская. – Просто чудо, а не сервиз!! Если б не знала, что сделано на Москве, не поверила бы! Ни дать-ни взять, европейская работа!
Репнина, удовлетворившись этим, пошла в гостевой зал. Встретив там среди гостей Варю со Степаном, демонстративно отвернулась и, размашисто обмахиваясь веером, поплыла дальше, расточая улыбки и радушные комплименты высокопоставленным особам.
– Матушка Анна Даниловна стыдится нас, – вздохнул Степан, провожая взглядом тёщу.
– Ой, не обращай внимания! – отмахнулась Варька. – Смотри! Лёшка! – и она, пренебрегая приличиями светского общества, призывно засемафорила рукой Охотникову.
Тот протиснулся к ним через гостей:
– Варвара Николаевна! Вас положительным образом красит замужество. Вы хорошеете с каждым годом!!
– Вот женишься, Лёшенька, и ты будешь хорошеть! – лукаво поддела она его.
– Степан Афанасьевич, – Алексей уважительно пожал ему руку. – Наслышаны о Вашем фарфоровом чуде. Не думаете ли перебираться в столицу с таким-то успехом?
– Нет. Но имею задумку о строительстве маленького заводика на Москве, – поделился Степан. – Думаю взять ссуду в банке.
– Эдак, Вы скоро крупным промышленником станете! – рассмеялся Алёшка и похлопал его по плечу.
– А где братец мой ненаглядный? – осведомилась Варька.
– Вы не знаете?
– Не-ет. А что такое?
– Да ведь он нынче на Кавказе.
– Как на Кавказе?! – опешила Варюха. – Что он там делает?
– Помогает Грузии войти в состав Российской империи. Но учтите, это тайная государственная миссия. Я вам ничего не говорил.
– Лёша! Скажи честно! Там опасно? – Варька сделала страшные глаза.
– Если бы я знал, – развёл руками Алексей.
В это время по залу пробежала возбуждённая волна, гости встрепенулись и потянулись к парадному входу.
– Что происходит? – вытянула шею Варька.
Лицо Алексея озарилось улыбкой:
– Императрица Елизавета Алексеевна приехала, – пробормотал он. – Извините. Я вас ненадолго покину.
Елизавета выразила сердечные поздравления жениху и невесте, поцеловала обоих и сообщила, что её свадебный подарок находится во дворе под окнами.
Заинтригованные Наталья и Александр Голицыны подошли к окну и… обомлели. Роскошная карета, покрытая белым лаком, инкрустированная золотом, запряжённая шестёркой белоснежных коней стояла у парадного крыльца. Все ахнули – во истину, царский подарок! Дарья Михайловна победным взглядом обвела гостей. Анна Даниловна досадливо закусила губу – везёт же этим Шаховским!
Наталья бросилась благодарить императрицу:
– Ах, Елизавета Алексеевна! Вы так добры! Я не смела о таком даже мечтать. Спасибо. Спасибо!! Позвольте мне Вас поцеловать?
– Полно, душенька. Ты же знаешь, как я тебя люблю! – она радушно позволила себя поцеловать и обняла любимую фрейлину. – Довольно о моём подарке. Показывай, что тебе подарили другие!! Я ужасно любопытна!
– С удовольствием. Идёмте, я Вам всё покажу! – Наталья повела императрицу в соседний зал, где было скопление подарков молодожёнам от столичной аристократии и многочисленных родственников.
– Боже мой, какая прелесть! – Елизавета остановилась перед фарфоровым сервизом и всплеснула руками. – Какая форма! Какой рисунок! А фактура! Откуда это, Наташа?
– Это подарок от моей подруги Варвары Протасиной. Они с супругом держат на Москве посудную лавку.
– Ты хочешь сказать, что вот эдакие чудеса делают у нас в Москве?! – поразилась Елизавета. – И я об этом ничего не знаю?? Кто такая, Варвара Протасина?
– Она… здесь вместе с супругом. Я могу их Вам представить?
– Наташа, ты обязана их мне представить!!
– Хорошо, Ваше величество, – Наталья обернулась к супругу. – Алексис, немедленно найди Алёшу и попроси его привести сюда Варю со Степаном. Он их знает.
Степан с Варей предстали перед государыней и почтительно поклонились. Алексей Охотников скромно встал в сторонке.
– Господа, это, в самом деле, произведение Вашей мануфактуры?
– Да, Ваше императорское величество, – ответила Варька, так как Степан в присутствии императрицы оробел. – Мой супруг держит лавку в Москве на Дмитровке. Да вот, извольте сами видеть, – Варюха взяла тарелку и перевернула донышком кверху, – Вот. Наше фамильное клеймо: «Протасинский фарфор».
– Действительно, – Елизавета внимательно посмотрела на вензель. – Поверьте, я разбираюсь в хорошей посуде. И должна сказать, что подобная работа сравнима разве что с умельцами из далёкого Китая, чьё мастерство ещё никто не превзошёл!!
Степан от комплимента порозовел до самых мочек ушей.
– Я желаю сделать Вам заказ! – сообщила императрица. – Столовый набор на сорок персон! Чтобы преподнести его в подарок императору в день его рождения двенадцатого декабря.
Те испуганно переглянулись. Варька вновь проявила смелость:
– Извините, Ваше императорское величество. Но это очень короткий срок. На этот сервиз у нас ушло два с половиной месяца, а он всего лишь на двадцать персон…
– Сколько рабочих трудилось над ним? – деловито поинтересовалась императрица.
– Формы ваял мой муж лично с двумя подмастерьями, – созналась Варька. – А роспись делала я сама. Правда, у меня в помощниках был один наш крепостной художник.
Елизавета поразилась:
– Как?! Вы лично?!
– Я занималась этим у себя в поместье. А в Москве у нас при лавке цех, где два кузнеца и четверо подмастерьев. Один художник. Мы ещё не достаточно расширили наше производство, чтобы нанимать много рабочих.
– Это невероятно! Создавать такое волшебство и не иметь достаточного оборудования и рабочих рук!!
– Мы рассчитывали взять ссуду в банке на строительство небольшого заводика, – робко пояснила Варя.
– Обойдёмся без банка! – возразила Елизавета. – Жду вас завтра к полудню у себя в резиденции Каменноостровского дворца, чтоб обсудить подробности моего заказа!!
Взгляд императрицы скользнул в сторону, и она увидела Охотникова… И вмиг позабыла обо всём. Наталья тут же его рекомендовала:
– Ваше Величество, позвольте представить Вам моего двоюродного брата. Охотников Алексей Яковлевич.
Елизавета вдруг испытала лёгкое смущение:
– Благодарю. Но мы… знакомы. Здравствуйте, Алексей Яковлевич! – и протянула ему руку для поцелуя.
Лёшка благоговейно приложился губами к её руке. Наталья, не растерявшись, быстро предложила:
– Елизавета Алексеевна, Вы не будете возражать, если я попрошу Алексея Яковлевича сопровождать Вас к столу?
Императрица мельком взглянула на поручика:
– Напротив, я буду ему весьма признательна.
Алексей, вытянувшись во фрунт, галантно предложил государыне руку. И они не спеша направились в столовую.
– Я и не знала, Алексей Яковлевич, что Вы приходитесь роднёй моей любимой Наташи, – тихо произнесла Елизавета.
– Да, Ваше величество… – вымолвил Лёшка, чувствуя лёгкое головокружение от запаха её духов.
– Прошлый раз нам так и дали закончить разговор.
– Да, Ваше величество, – повторил он.
– Вы меня тогда здорово озадачили! До сих пор не могу поверить! Вы, в самом деле, тот самый мальчик, которого мы с Дороти встретили по дороге в Петербург десять лет назад?
– Да, Ваше величество.
– Мне очень дороги те воспоминания, – призналась она. – Я тогда была в последний раз рядом с любимой сестрой. Мы обе были юны и наивны. Ехали в чужую страну, мечтали о прекрасном принце и ни о чём не догадывались… Я была так счастлива в тот момент! Счастлива своим неведением…
Он удивился:
– Ваше величество! Неужели Россия сделала Вас несчастной?
Елизавета грустно улыбнулась и предпочла не отвечать.
На следующий день
Каменноостровский дворец
Императрица выложила на стол увесистую стопку бумажных банкнот и сообщила: