Когда Намби Аруран сказал эту речь, праведные брахманы обратились к старцу:
Ты говоришь, что он твой раб в этом мире. Жестокие эти слова ты должен теперь доказать. Либо сошлись на древний обычай, либо покажи расписку, либо представь свидетельство соседей одного из этих доказательств достаточно.
На это брахман отвечал:
Та расписка, которую ты в гневе порвал, была лишь копией. Подлинную же олу я сохранил, и ею смогу подтвердить свои слова.
Покажи!
Я покажу. Но только если вы способны рассудить нас, не прибегая к насилью.
О мудрый знаток четырех вед! Такому позору свершиться мы не дадим.
Старик ушел, но вскоре вернулся в собранье. И увидел Намби в руках у старика подлинник закладной. Подчиняясь приказу собрания, он принял у него расписку, почтительно поклонившись. Потом осторожно развернул ветхий свиток олы, расправил его и стал читать:
Я, вед великих знаток, адишайва, уроженец Навалура и Арура житель, понимая двоякость вытекающих из сего последствий ,
написал в доме великого муни и здесь же отдаю ему, брахману старому, Сумасшедшему из Веннейналлура расписку в том, что я и мои потомки будем наследственными его рабами. К этому вот моя подпись.
Услышали это брахманы, взглянули на неподделанные подписи и молвили:
Это все правильно! и добавили, обратившись к Сундарару: Айя! Сам посмотри и скажи: доподлинно ли это деда твоего светлая подпись?
Намби молчал, а старик сказал брахманам:
Теперь я предъявил ему расписку, из которой явствует, что он мой раб. Если же сохранилась другая подпись его деда, то сравните ее с подписью на этой оле и скажите сами, есть ли тут подлог.
Так и сделали великие брахманы. Они повелели принести из хранилища другую олу с подписью деда жениха. Сравнив ее с первой, они сказали:
О да! Подписи вполне подобны. Дело это закончено!
Вот что объявили члены собрания:
О Намби, Арура житель, отныне ты принадлежишь этому старому муни, знатоку вед великих. Тяжбу ты проиграл, твой долг повиноваться, как положено рабу.
Намби воскликнул:
О, может быть, теперь мне приличествует молчать, но я не согласен с этим решеньем, хоть и вынесло его столь высокое собранье!
Тогда святые брахманы сказали дряхлому истцу:
Великий муни! Покажи нам твой дом, о котором говорилось в расписке. Покажи, что принадлежит тебе в этом городе, в нашем славном городе.
И муни, который победил в тяжбе, сказал:
Что ж, если ни один из вас не знает, где я живу, идемте, я поведу вас.
Он вышел, и вслед за ним двинулось все собрание великих брахманов, а с ними и Намби. Вот дошли они до храма Тируваруттурей , и первым вошел туда старик. Затем вошли остальные, но вдруг остановились, недоумевая: «Куда же он исчез, этот старик, выигравший тяжбу?»
И стали восклицать они тогда:
Что же это значит? Он «вошел в храм Шивы, как в свой дом!..
А Намби, который первым последовал за стариком, теперь стал громко звать его. И тут в небесах явился ему тот божественный старик. Рядом с прекрасной женщиной восседая на быке , явился он. Да, это был Шива.
И сказал Шива:
Прежде на Кайласе ты был нашим рабом, но потом родилась в тебе страсть к женщинам, и тогда по веленью нашему ты вновь родился на земле. Теперь мы пришли за тобой, чтобы освободить тебя от рабства бесполезной жизни и обратить тебя в иное, высшее рабство!..
Услышав этот голос свыше, жених застонал, подобно теленку, что услышал призывное мычание кормящей его буйволицы. От волненья волосы у него зашевелились, и, почтительно склонившись, он приложил руки к голове.