Всего за 200 руб. Купить полную версию
Это делали и американцы, фыркнул он, но безуспешно. Но здесь у меня сразу все пошло на лад. Доктор Чанг заодно помог мне бросить курить Сабина тоже говорила, что после иглоукалывания ей становится легче. Инге бросил взгляд на дремлющего свояка:
Никто ничего не узнает. То есть я все расскажу Сабине он тяжело вздохнул, нельзя от нее такое скрывать. Но тете Марте об этом знать не стоит его щеки заполыхали, я объясню, что Комитет пытался поймать меня на крючок, но не преуспел он вспомнил пухлые губы фальшивой Доры:
Якобы ее отец работал на зоне, а ее мать там сидела Инге разозлился, на ней пробы негде ставить. Комитетская подстилка, ее отмывают и подкладывают под нужных людей. Генрик молодец, Инге стало стыдно, он не соблазнился ее прелестями Инге надеялся, что Сабина его простит:
Я виноват, мне ничем не искупить свой поступок, но это станет для меня хорошим уроком
Он мимолетно вспомнил не оструганный, покрытый пятнами штукатурки пол бытовки:
Но если если родится ребенок? Я не был осторожен. Я позволил себе не думать о таком, в первый раз за все это время Инге щелкнул зажигалкой:
Какой ребенок, опомнись. У нее было с десяток таких операций. Она шлюха, и больше ничего он решил не говорить свояку о тетрадке Марты Журавлевой:
То есть Вороновой, то есть Смит. Если я хоть что-то понимаю, это государственная тайна Британии, из разряда тех, о которых знает едва ли пять человек тетрадку он надежно спрятал в подкладку саквояжа, где лежали обязательства Журавлева о работе на британцев:
Марта под его опекой, его нельзя трогать, напомнил себе Инге, и вообще, надо быстрее выбираться из СССР. Два часа пересадки в Москве и мы полетим на запад в Вене Инге еще раз пересаживался, на лондонский рейс:
Генрик остается в городе, у него концерты, а я должен немедленно увидеть тетю Марту и Сабину. После Набережной поеду в деревню, в обительскую гостиницу, где она остановились отогнав от себя мысли о предстоящем разговоре с женой, он услышал робкий, мальчишеский голос. Давешний парнишка, на русском языке, начал:
Товарищ Инге покачал головой:
Боюсь, что я не знаю русского, приятель. Я ученый, был в Новосибирске на международной конференции подросток перешел на скованный, аккуратный английский:
Я учу языки, смутился он, ребенком я начал с русского, а сейчас занимаюсь английским, японским на смуглой кисти парня виднелось родимое пятно:
Словно Италия, понял Инге, наверное, отец его взял с собой, всунул в делегацию так оно и оказалось. Пенг, по его словам, бывал в Москве:
Только малышом, он вежливо, изысканными движениями, налил Инге чаю, мои родители, партизаны, героически погибли. Меня растили в Советском Союзе, а потом отправили на родину парень нисколько не напоминал сына неграмотных крестьян:
Он словно Джо, то есть граф Дате, подумал Инге, в нем видна порода, старинная кровь Пенг оглянулся на мирно дремлющую после обеда китайскую делегацию:
Это мой приемный отец, тихо сказал он, папа входит в руководство нашей страны Инге с интересом расспрашивал у Пенга о Китае и сам рассказывал о Лондоне:
У нас появятся свои ученые, гордо сказал парень, то есть они уже есть. Китай древняя страна, мы многому обучили Европу они провели отличный час, болтая о средневековой науке. Пенг описал здание древней обсерватории в Пекине:
Может быть, вы доберетесь до нас, доктор Эйриксен, темные глаза заблестели, и я надеюсь увидеть своего русского друга в Пекине Пенг собирался найти мальчика Павла, приятеля по интернату:
Его фамилия была Левин Инге вздрогнул, у него были старшие сестры, близнецы, Аня и Надя. Папа попросит русских коллег о помощи, Пенг помолчал, ему не откажут и мы с Павлом встретимся Инге велел себе не наседать на парня:
Учитывая, что его приемный отец, кажется, вроде китайского Шелепина, это неблагоразумно. Но черт, если это именно те Аня и Надя, тот Павел, о рождении которого рассказывала покойная тетя оставаться в Москве Инге не мог:
Я не уйду от комитетчиков, а даже если и уйду, то к Пенгу меня и близко не подпустят ему оставалось только одно. Вырвав листок из блокнота, он нацарапал свой кембриджский адрес:
Пришли мне открытку, весело попросил Инге, с вашей обсерваторией, напиши о встрече с приятелем, а я тебе отвечу. Это хорошая практика для твоего английского языка поднявшись, Пенг грациозно поклонился, сложив ладони:
Благодарю за честь, уважаемый доктор Эйриксен. Не смею больше вам мешать Инге послушал легкие шаги, шуршание пледа, шепоток на китайском языке:
Но если он не напишет доктор Эйриксен вспомнил аристократическую осанку парня:
Напишет, можно не сомневаться. Мы хотя бы узнаем, что девочки дяди Эмиля и Павел живы. Об остальном, как говорит тетя Марта, мы подумаем завтра допив чай, Инге устало закрыл глаза.
На особом рейсе из Новосибирска в Москву пледы выдавали кашемировые. Стюард в штатском костюме, с хорошо знакомым Саше, непроницаемым выражением лица, принес фарфоровое блюдо со спелым виноградом, марокканскими мандаринами и сушеным инжиром:
Зеленый чай, радушно сказал товарищ Матвеев, напиток здоровья, товарищ Левина. Не случайно наши среднеазиатские республики славятся долгожителями, аксакалами товарищ Левина угрюмо, исподлобья, взглянула на него. Саше было все равно:
Пусть испепеляет меня своими красивыми глазами глаза Куколки напоминали дорогой, горький шоколад, пусть делает все, что хочет. Главное, что мы добились цели вчера они получили результаты анализов девушки:
Подтвержденная беременность, порадовался Саша, срок три недели по расчетам врачей, ребенок или дети должен был появиться на свет в июле, почти одновременно с конкурсом Чайковского:
Моцарт прилетит сюда, разделит с нашим пианистом первый приз давать первый приз только Авербаху, с его израильским гражданством, было невозможно, возьмет на руки сына или дочь. Лучше сына, Саша задумался, Самуила Генриховича. Хотя, может быть, таблетки Куколки действительно обеспечат нам двойню лекарство он у девушки изъял:
Сейчас вам надо отдыхать, милая, наставительно сказал Саша, ваша энергия должна тратиться на главное предназначение женщины, вынашивание ребенка Куколка что-то сочно сказала на идиш. Сашу ее ругательства не интересовали:
Ее сестре и брату скормят легенду Куколку решили временно перевести в пермское хореографическое училище, она посидит до родов на закрытой даче, а потом приедет Моцарт предполагалось, что просьбу нового агента выполнят:
Танцевать она больше не будет, хмыкнул Саша, мы дадим ей уютную квартирку, семье она объяснит, что встретила любимого человека. Пусть сидит дома, воспитывает ребенка или детей. Маэстро к ней привязался, он не оставит вторую семью, а настоящим отцом и в дальнейшем Саша усмехнулся, может стать кто угодно он зашуршал «Комсомольской правдой»:
Навстречу предстоящему XXII съезду КПСС. Новое жилищное строительство в Москве, завершается подготовка к открытию Кремлевского Дворца Съездов Саша слышал, что Хрущев собирается внести резолюцию о переименовании Сталинграда в Волгоград:
Тело Сталина уберут из Мавзолея вспомнил он, впрочем, какая разница? Иосиф Виссарионович будет лежать у Кремлевской Стены, что тоже почетно Саша навещал памятный знак, поставленный в честь деда у той же стены:
Ленин распорядился отметить гибель дедушки, он покосился на Куколку, но камень простой, дедушка при жизни был скромным человеком, аскетом в темный гранит врезали четкие буквы: «Горский. Друг, боец, трибун». Судя по одному из писем Владимира Ильича, надпись он составлял сам. Саша не задумывался о появлении на свет своей матери:
Думать нечего, напомнил он себе, дедушка влюбился в товарища по борьбе, красную партизанку, родилась моя мама. Она рано осиротела, ее, как и моего отца, вырастила советская родина товарищ Котов сказал ему, что мать после рождения Саши занялась разведывательной работой: