— Что нужно сделать, чтобы ты прекратила меня так называть?
Его голос слишком прекрасен — хриплый, глубокий и приятный. Мне хочется найти в телефоне книгу и попросить парня почитать вслух. Но я отбрасываю эту мысль.
— Тебе нужно назвать своё имя. И я заметила, что ты не ответил на вопрос.
Он сильнее хмурится. Это так мило. Хотя, вероятно, скажи я ему подобное, парень бы зарычал. Хмурое выражение его лица говорит о сомнениях, словно мужчина ведет войну с самим собой.
— Послушай... — я пожимаю плечами, поедая еще один мячик дыни. — Если не хочешь говорить — ладно. Многие до странности параноики.
— Я не параноик.
Сопляк.
— Конечно. Понимаю. Я могла бы оказаться международным хакером популярных навыков, который только и ждет возможности влезть в твои личные дела. И всё, что мне нужно для начала операции, — это твое имя.
— Я ожидал чего-то вроде беженца, — говорит он перед тем, как выпить остатки напитка из стакана и сердито уставиться на него.
— Просто попроси ее принести тебе коктейль, — предлагаю я.
Но вместо этого парень берет одну из бесплатных бутылок с водой, что стоят перед нами в маленьком персональном баре. Резкий поворот крышечки, и вот он уже пьет воду так, будто только что выполз на четвереньках из пустыни. А я вообще не глазею. Ну, совсем чуток. Это горло. Как вообще чье-то горло может казаться сексуальным? Должно быть, он принимает какие-то волшебные таблетки или что-то типа того.
Я сую в рот тост с жареными томатами и энергично жую.
— Габриэль, — вдруг отвечает он, пока я смотрю на него в ответ. Его лицо прямо передо мной, и, хоть парень молчит, он глазеет на меня так же, как и я на него. — Мое имя. Габриэль Скотт.
Никогда в жизни не видела, чтобы человеку было так неудобно называть своё имя. Может, он шпион. Я только наполовину шучу.
— Габриэль, — повторяю, не упуская того, как при этом вздрагивает парень.
Не знаю, ему неудобно или что-то вроде того, но лично у меня такое ощущение, будто он поведал мне какой-то грязный секрет.
Может, это шампанское так на меня действует. Я ставлю его в сторону и тянусь за водой.
— Я Софи, — говорю я, почему-то не в силах взглянуть парню в глаза. — Софи Дарлинг1.
Он моргает, и напряженное, сильное тело передвигается на капельку ближе ко мне, но затем мужчина явно осознает свои действия и замирает.
— Дарлинг?
Я встречала бесчисленное количество мужчин, которые пытались произнести мое имя в духе фразы «Да не может быть». Но Габриэль так не делает. На самом деле его тон скорее скептичен, но почему-то кажется отчасти нежным. Нет, не нежным. Он произносит это не мило. Скорее как что-то греховное, будто мое собственное имя ласкает мою кожу, как чьи-то руки.
Дерьмо на палочке. Я ж не могу втюриться в этого чувака. Он мудак. Сексуальный, но всё же мудак. Даже если бы я могла с этим смириться, Солнышко уйдет из моей жизни так же быстро, как и появился в ней. Я представляю версию развития событий, в которой всё было бы иначе. Приличную версию, конечно.