— Может, они подстраивают время турбулентности под авиарейсы, — я хмурюсь. — Не удивилась бы.
Он издает непонятный звук.
На этот раз скорее похожий на смех.
— Знаешь, расслабься, тебя это не убьет.
Вздыхая, он закрывает ноутбук и прячет его.
— Почему ты думаешь, что я никогда не расслабляюсь? — эти убийственные синие глаза приковывают меня к месту одним своим взглядом.
Боже, реально очень сложно смотреть прямо на него. Мое дыхание замирает где-то в животе, а бедра сжимаются. Нормальная же реакция на сексуальность. Вот и всё.
Но, тем не менее, отстойно, что мой голос звучит вот так:
— Полагаю, что эти морщинки у тебя между бровей не от смеха.
Упомянутые морщинки углубляются, когда он хмурится.
Не могу сдержать улыбку.
— Не волнуйся, несмотря на раздражительность, ты и вправду выглядишь молодо.
Он трясет головой так, будто пытается прочистить мысли.
— В этом потоке словесной рвоты был где-то скрыт комплимент?
— Такому горячему парню, как ты, не нужны комплименты. Сколько тебе, кстати? — давлю я, потому как дразнить его настолько весело, что не могу остановиться.
— Это довольно личная информация. Я же не спрашиваю у тебя, сколько...
— Мне двадцать пять, — довольно отвечаю я.
Его губы кривятся, и я знаю, парень пытается удержать свой крутой фасад на месте. Но в глазах заметны признаки капитуляции.
— Мне двадцать девять.
— Двадцать девять недалеко от девяноста.
— Ты специально пытаешься меня спровоцировать?
— Возможно, это и есть ответ на мой первоначальный вопрос. Ты когда-нибудь расслабляешься, солнышко?