Она коротко поздоровалась со всеми и резко повернулась к Петру Владимировичу:
– Здравствуйте! Знаете, после урока в вашем классе я делаюсь совершенно больная! Это просто невыносимо! – раздраженно сказала она, передавая ему классный журнал.
– А что случилось? – невольно робея, спросил он.
– Я ей задала вопрос: что такое полуостров? – жаловалась Валерия Михайловна. – Ведь это еще в третьем классе проходят. А она ответила: полуостров – что половина острова. Значит, она не знает самых основ географии! Значит, она ничего не знает! Я ей двойку поставила.
– Кому двойку? – опять очень робко спросил Петр Владимирович.
– Этой, глазастой, как ее, Крышечкиной.
– Обещаю вам обратить самое серьезное внимание на Галины нелады с географией, – с готовностью сказал огорченный Петр Владимирович. – А вы, пожалуйста, познакомьте меня с преподавательницами математики и русского языка.
Обе учительницы оказались совсем еще молоденькими. Петр Владимирович рассказал им, что собирается каждый вечер заниматься с Вовой Драчевым, и попросил некоторое время его не спрашивать. Кажется, им немножко польстило, что новый воспитатель именно к ним первым подошел знакомиться.
– Петр Владимирович, вы вмешиваетесь во внутренние дела другого государства, – ласково заметила Валерия Михайловна. – Каждый преподаватель сам решает, вызывать или не вызывать того или иного ученика.
Учительницы стали возражать, Драчев – самый безнадежный мальчик. Будет просто чудесно, если Петр Владимирович за него возьмется. Они согласны пока его не спрашивать.
– Как хотите, – пожала плечами Валерия Михайловна. – Можете его не спрашивать, но, раз вы уверены, что он на большее не вытянет, выводите ему за четверть двойки.
Прозвенел звонок. Все ушли. И опять безмолвие установилось во всем здании – начался последний урок.
Петр Владимирович, оставшись в учительской один, задумался о Гале Крышечкиной. Он мысленно представил себе оплошавшую девочку.
Неожиданно в учительскую вошла Вера Александровна. Она еще на ходу протянула Петру Владимировичу свою крепкую мужскую руку.
– Здравствуйте, как идут ваши дела? – коротко спросила она его.
– Столько новых впечатлений! Я просто не успел еще разобраться, – признался он.
– А я не успела вам рассказать о некоторых ребятах… – Вера Александровна устало поморщилась. – Вы обратили внимание на одного мальчика? На Мишу Ключарева?
– Конечно, обратил. Какой-то он непонятный, дерганый и, наверное, очень скрытный.
Вера Александровна рассказала о несчастье в семье Ключаревых. Говорила она медленно, словно через силу.
– Я давно не спрашивала Мишу, нет ли у них каких-либо новостей о брате, – закончила она.
– В ближайшие дни я пойду к его матери! – горячо воскликнул Петр Владимирович.
– И хорошо сделаете, – ответила Вера Александровна.
– Меня очень заинтересовал этот мальчик, но я не знал, как к нему подойти.
Вера Александровна опять устало поморщилась.
– Ах, о каждом вашем питомце я могла бы рассказать целую историю: какими они мечтами живут, и какие у них характеры, кто их родители. Я ведь многих знаю еще с первого класса… К сожалению, сейчас не в состоянии, расскажу в другой раз. Так голова разболелась, точно пополам раскалывается! Вот уж не вовремя! Я вас прошу, передайте, пожалуйста, Валерии Михайловне, она в каком-то классе на уроке, передайте, что оставляю ее командовать. А сама домой поеду.
Петр Владимирович забеспокоился, заметив ее тусклый взгляд.
– Я вас провожу.
– Не надо, не надо! – Вера Александровна тяжело махнула рукой и вышла.
И тотчас же в учительскую вбежал Владимир Яковлевич в темно-синем спортивном костюме.
– Чувствую, чувствую – вы новый воспитатель. Очень, очень рад с вами познакомиться. – Он вложил спою аккуратненькую ладонь в широкую лапу Петра Владимировича.