- А зачем вам садиться? Стоя человек всегда красивее выглядит. И рост прибавляется, и ширина груди… А если уж очень надо будет опуститься, вы не садитесь, а прилягте. Вот эти - как их! - римляне, которые древние, - они, говорят, даже за обедом у себя в древнеримских столовках не сидели, а лежали…
А я ему - Алексею Павловичу:
- Ну, а на службе как? Тоже лежать?.. Да меня в стенгазете так прохватят…
- А на службе и постоять можно. Даже вежливее получится по отношению к начальству, к посетителям…
Умеет убеждать этот закройщик!.. Опыт большой.
19 июня. Еще не готово. Августа говорит - у крупняка жена рожает. А брючник? Брючник уволен, передали другому, но тот завален работой…
Дома все плохо. Жена перестала со мной разговаривать.
Сны - ужасные. Например: будто повис я над пропастью на клеенчатом сантиметре закройщика Алексея Павловича, а тяжелые портновские ножницы, с одышкой при каждом взмахе, будто крадутся к сантиметру, чтобы его будто обрезать…
21 июня. Под влиянием моих разговоров дети, оказывается, все время рассказывают во дворе, что папа шьет себе новый костюм. Это вызвало всеобщее возмущение: откуда, дескать, у него такие средства - каждые две недели по костюму себе делать?!
Сегодня заходил управдом, якобы с целью проверить, что именно в квартире требует ремонта. На самом деле - посмотреть: нет ли у меня признаков обрастания и незаконного обогащения…
22 июня. Сегодня на работе опубликовали мне третий выговор. С Доски почета сняли мою фотокарточку уже в прошлом квартале.
Что ж, они правы: при моей теперешней рассеянности какой из меня отличник производства?..
В ателье хожу каждый день.
23 июня. Поздравляю вас: у меня вполне выявившийся нервный тик. Начало меня дергать аккурат за полтора месяца до второй примерки. Но прежде-то подергает и отпустит. А теперь - круглые сутки. Подмигиваю левым глазом на потолок и носом все время шевелю как кролик: справа налево и обратно. Быстро-быстро так… Сегодня с утра еще и правая нога нет-нет и станцует сама по себе что-то вроде чечетки.
В ателье, конечно, был. Плакал, стоял на коленях перед директором и перед закройщиком Алексеем Павловичем. Велели зайти на днях.
Чудаки!.. Как будто я могу не зайти к ним…
27 июня. Вчера примерял. Что было - не помню.
Голова тяжелая. Кошмары уже наяву. Вижу конский волос дыбом, а по нему, как в степи по высоким травам, мчатся портновские манекены… без рук, без голов, а ржут и хохочут…
28 июня. Галлюцинации продолжаются: вот вижу и вижу перед собой - крупняк верхом на брючнике. А потом брючник - на крупняке. Едут и орут кавалерийский марш…
В ателье плакал и бился о широкий прилавок, на котором принимают матерьялы и доклады… приклады… расклады… клады… ады… ды… ды… ы… ы-ы-ы-ы-ы…
Когда бился, перехватил осуждающий взор нового заказчика. Несчастный! Он не знает, что его ждет…
Граждане судьи! Дальнейшее вам известно из хода судебного следствия. Я совершил нападение на другое ателье. Но это потому, что уж очень давно не могу видеть и слышать этого проклятого слова: "ателье". Я даже и похожих звуков не выношу - отель, отелиться, теленок, тельняшка, телефон, телеграф, телятина, тельное, постели… Все это вызывает во мне судороги!
Как вы знаете, граждане судьи, от защитника я отказался. А гражданину прокурору, который требовал в своей речи, чтобы мне дали самое строгое наказание по данной статье, - прокурору я отвечу вот чем:
Я дарю ему этот костюм, который еще не дошит. Мне он в тюрьме не понадобится. И пусть гражданин прокурор сам походит туда, куда я ходил… Впрочем, я кончил, граждане судьи…
Отдушина
Объявлена кампания по борьбе с подхалимством.
Из газет 1937 года
- Вы говорите, что с подхалимством сейчас трудновато: за это по головке не погладят, а, наоборот, могут одернуть или дать по рукам. Это, конечно, верно, а все-таки устраиваются люди, что-то придумывают. Вот, например, товарищ Сдобный, председатель правления Мусороиздата, так он, знаете ли, очень уж втянулся в это дело. Если вокруг него не подхалимничают, он себя чувствует, ну, как курильщик без папирос. И прежде, бывало, вокруг него все трепетали. Он, бывало, со своими сотрудниками одними бровями разговаривал. Подымет обе брови - это означает приглашение начать доклад; опустит брови - значит, недоволен; одну бровь подымет - стало быть, вопрос требует дальнейшей подработки; поиграет обеими бровями, - значит, вопрос требует согласования. Ну, и так далее…
А тут недавно я прихожу к товарищу Сдобному к концу служебного дня. Он при мне нажимает кнопку звонка, входит секретарша, и товарищ Сдобный ласковым голосом говорит:
- Александра Павловна, голубушка, нельзя ли что-нибудь сделать насчет автомобильчика, а?
Словно младенцу пальцами "козу рогатую" делает - до того этак ласково, игриво, с заискиванием даже…
Я, как старый приятель, говорю:
- А тяжело тебе, Сдобный, так разговаривать с подчиненными?
Сдобный махнул рукой:
- И не говори!.. Если бы я не имел в одном месте отдушины в смысле уважения ко мне и почета, то не знаю, как бы я выдержал эту необходимость обходиться без подха… без проявления почтительности лично ко мне?! Наоборот, как видишь, я еще должен быть вежливым!..
- А есть все-таки у тебя отдушина? - спрашиваю я.
- А как же!.. Хочешь посмотреть? Поедем ко мне.
Подали машину. Товарищ Сдобный за ручку поздоровался с шофером, спросил - как его, шофера, здоровье. Сел с ним рядом, меня усадил сзади. Тронулись.
Приехали очень скоро. Сдобный опять ласково попрощался с шофером, и мы вошли в подъезд. В подъезде я смотрю: у товарища Сдобного лицо суровое, как оно раньше бывало, и брови играют.
Мы подошли к двери, и товарищ Сдобный нажал кнопку высоко расположенного звонка. На двери был еще один звонок, но та кнопка, которой воспользовался Сдобный, была укреплена на полметра выше, и к ней прибито было объявленьице: "Для личного пользования тов. Сдобного С. Т."
Нижний же звонок был снабжен надписью: "Для членов семьи и знакомых".
За дверью послышались поспешные шаги, и худая женщина в резиновом фартуке открыла настежь обе створки двери. Как я понял из дальнейшего, это была супруга С. Т. Сдобного.
- Пламенный привет образцовому мужу, отцу и зятю - товарищу Семену Тимофеевичу Сдобному! - прокричала она дрожащим фальцетом. Из разных концов квартиры послышались нестройные "ура" и жидкие аплодисменты.
- Видал? - спросил у меня Сдобный и показал пальцем на лозунг, висевший в передней аккурат напротив входной двери. Лозунг гласил:
"Под руководством Семена Тимофеевича Сдобного вперед, к новым семейным достижениям!"
Пока я, несколько растерявшись, перечитывал лозунг, товарищ Сдобный обратился к жене:
- Обед готов? - и он поднял левую бровь.
- В данный момент, - испуганным фальцетом на одной и той же высокой ноте заговорила жена, - обед готов на девяносто два процента. А восемь процентов недовыполнения нужно целиком отнести на счет котлет, каковые, в случае их стопроцентной готовности, прежде чем поступит руководящее указание главы семьи нести их на стол, могут оказаться пережаренными и тем самым потерять во вкусовых качествах и питательности.
Сдобный удовлетворенно кивнул головой, и мы прошли в столовую.
- Семен Тимофеевич, детей с рапортами присылать? - тревожно крикнула жена.
- Давай.
В столовую степенно вошли мальчик лет восьми и девочка тринадцати лет. Девочка, икнув от волнения, заученным тоном начала:
- Ик… Рапорт любимому папе Семену Тимофеевичу Сдобному. Копия: маме Анне Яковлевне. Копия: бабушке Варваре Максимовне. Всемерно борясь за овладение познаниями в размере пятого класса единой трудовой советской школы, я добилась нижеследующих показателей по нижеследующим предметам: русский письменный - "хор"; география - "отл"; алгебра - "хор". Выражаю твердую уверенность, что и впредь, под повседневным руководством нашего родного папы, при повседневном внимании со стороны любимой мамы, я добьюсь еще лучших результатов в учебе, а также буду беспощадно бороться с остатками лени, неряшливости и шаловливости. Ура! Говори ты! - толкнув в бок братишку, закончила девочка.
Мальчик громко засопел, закрыл глаза и невнятно начал шептать:
- Рапорт… копия маме… и бабушке тоже… Всемерно борясь под руко… ноговодств… нет: руководством родимого беспощадного папы… получил нижеследующий "неуд" по арифметике и больше, честное слово, не буду. Повседневно.
- Болван! - сердито сказал Сдобный. - Нюра, сколько раз я тебе говорил: займись этим бандитом! Никакой шефской работы с твоей стороны не видно! Растите дезорганизованный элемент и прогульщика!
Давайте обедать.
Все стали садиться за стол, и тут вошла старуха с таким выражением лица, будто она ежесекундно ожидала от кого-то подзатыльника. Глаза ее все бегали, и она все оглядывалась назад, как бы говоря: "Вот сейчас и стукнут… вот-вот сейчас… Сами увидите…"
- Теща моя, Варвара Максимовна, - отрекомендовал мне старуху Сдобный и стал разливать водку.
Едва к прибору старухи придвинули ее рюмку, она начала часто мигать и вскочила с места. Трясущимися руками подняла она рюмку. Проливая водку и, видимо, от этого волнуясь еще больше, она начала дребезжащим, почти беззвучным и шамкающим голосом: