Приворотное зелье
Со мною в одной квартире живет такая божья старушка - баба Капа - Капитолина Васильевна. Она и гадалка, она и лекарь: вылечит кого хочешь и от чего хочешь. Будущее предсказывала и по картам, и по кофейной гуще, и по сырковой массе.
Придет, например, гражданочка и просит сказать, что ее ожидает в ближайшем квартале. Баба Капа сейчас укутается в черную шаль, кошку к себе на колени - специально для этого черную кошку себе завела - и начинает вещать басом:
- Есть около вас трефовый король, но вы ему не верьте, поскольку этого короля ожидает казенный дом, правда, без поражения в правах и без конфискации. А еще предстоит вам бубновая дорога в червонный санаторий на двадцать шесть дней, согласно путевки…
И гражданка ахает, словно сам господь бог открывает перед ней завесу будущего. Вам, может, смешно, а к этой бабке кто только не ходил!.. И ответственные жены, и генеральши, и заведующие, одна даже приходила кандидат наук.
Но вы не думайте, что одни женщины ее навещали. И мужчины появлялись, но реже. Один, например, голубчик все приходил прыщи выводить на своей личности. Другой забежал узнать: сколько он получит по суду за растрату?.. Баба Капа раскинула карты и пообещала ему всего-навсего один год принудработ по месту службы. Так он так обрадовался, - тут же увеличил растрату еще на десять рублей: отвалил, значит, самой Капе…
Но главное дело - как она лечила! Ее аптека-то у нас на кухне делалась. При мне то есть баба Капа разливала по бутылкам свое снадобье. А из чего оно состоит? Немножко уксусу, валерьянки чуть-чуть, марганцовка и водопроводная хлорированная водичка. Нальет из-под водопроводного крана бутылок пятьдесят, заправит, закрасит кое-как и продает. И сколько же продает!.. У нас в переулке ей все сдавали порожнюю посуду, как все равно в приемный пункт.
И вы знаете, вышло, что я этой бабе Капе самолично закрыла всю коммерцию. Как? А вот послушайте.
Раз под вечер открываю я дверь на звонок. Смотрю - стоит гражданочка из себя вроде ничего, но уж очень хлопотливая по части, значит, красоты и обольщения: шляпка у нее на манер как чашечка у желудя, только - с бантом. И кудряшки вокруг всей головы мелко-мелко накручены, как вот в нашей парикмахерской на вывеске. И заместо пуговиц на пальто - бантики. А на туфлях - бантики, пряжечки, зубчики, дырочки… словом, живого места нету… И на лице тоже живого места не осталось: все, что придумали хитрые люди, все тут: пудра, румяна, крем, помада, тушь, карандаш…
Не успела я рта раскрыть, эта фифа мне говорит:
- Здравствуйте, моя дорогая, я к вам!
Ну, раз ко мне, прошу пройти в комнату. Только затворила я дверь в коридор, она опять:
- У меня на вас одну вся надежда! Спасите меня, я вас умоляю!
- От чего спасти-то?
- Я боюсь: он меня бросит! Он от меня уйдет!
- Да кто - он-то? Куда уйдет?
- Он! Ну, мой "он" - понимаете?! Он беспременно уйдет к жене, я это чувствую, потому что я такая чуткая, как все равно собака… Там у него - трое детей, жена все узнала…
Эге, думаю, вот ты какая! А сама ей говорю:
- Что же тут плохого, что муж вернется к жене да к детям? В добрый час!
А она:
- Нет, вы не знаете, как он мне нужен морально. Он культурный человек, заведующий продовольственной базой, у него такой кругозор!.. Я через него так расту, так расту, даже знакомые удивляются: какая я стала элегантная женщина!
- А я-то что могу сделать?
- Вы все можете!.. Мне про вас рассказывали Инна Константинна, и Анна Степанна, и Сусанна Алексанна. Погадайте мне, во-первых. А во-вторых, дайте мне какое-нибудь средство, чтобы он меня любил бы безумно!..
Вы понимаете? Она принимает меня за бабу Капу.
Ну, думаю, я тебе дам средство. Раз ты такая "культурная" и веришь в приворотные средства, я тебе помогу… И потихоньку посылаю своего внука в аптеку за касторкой. А сама говорю этой фифе:
- Сделаю. Все я для тебя, красавица моя, сделаю, только сразу такое средство не сварганишь. Надо над ним похлопотать, наговор произнести…
Да. Для оттяжки времени села я ей гадать на картах. Раскинула, значит, колоду и плету:
- Угу, видно, что около вас крутится бубновый король, а его на себя оттягивает бубновая же дама и при ней три валета мал мала меньше.
Она аж заходится от удивления:
- Ну, точно! Точно! Скажите, как это карта все знает?!
А я дальше:
- Безусловно, эта бубновая дама на вас подала заявление в червонную организацию за трефовое разложение…
Она:
- Да, да, да! Точно!
Я:
- Но в этом деле произойдет неожиданный переворот через пиковый пузырек, который вы получите от пожилой дамы неопределенной масти… Не благодарите, а то не сбудется!
После того выхожу я на кухню, а в комнате заместо себя пустила черную кошку - ну, Калину… Кошка ходит вокруг этой дурехи, мяукает, а она млеет и думает: может, сейчас кошка ей тоже что-нибудь объяснит или предскажет…
А я тем временем с касторки ярлычок соскребла, сунула в карман себе. Потом в другой пузырек намешала скипидару, машинного масла, перцу и уксусу. Всего вышло - граммов восемьдесят. Тоже пробочной заткнула и несу ей.
- Вот, - говорю, - вам два средства. Это - заговоренное масло, на нем своему голубчику сделайте винегрет или рыбу зажарьте. А вот из этой склянки подлейте ему в кофе уже после масла. Как будете подливать, то произносите такие вещие слова: "Лейся, лейся, скипидар, мне верни любовный дар, чтобы я бы да ему полюбилась самому; а кто будет поперек, чтобы в этот, значит, срок отвалились от него - во, и боле ничего!" Запомнила?
Она губами пожевала-пожевала и кивает головой:
- Кажется, уже помню!.. Сколько я вам обязана?
- Ох, - говорю, - это средства дорогие - по двадцать рублей каждое. (Я расценкам у бабы Капы научилась.)
Фифа выворотила всю сумку, достала пятнадцать рублей и еще снимает с пальца колечко с бирюзой;
- Возьмите пока вот это, а я на неделе у вас обменяю бирюзу на деньги…
Я все спрятала в шкаф, проводила ее до дверей и стала ждать, когда мои приворотные зелья подействуют. А подействовали они, видать, очень скоро: уже на другой день часа в четыре - звонок. Кто-то из жильцов открыл дверь, а в подъезде стоят: плотный гражданин в кожаном пальто, за ним - моя фифочка, вся заплаканная, кудри нечесаные висят сосульками…
А сзади, вижу, - милиционер.
Входят они в квартиру, я из-за своей двери наблюдаю: что будет. А на кухне аккурат баба Капа разливала свое снадобье в шестьдесят бутылок. Сама, значит, хлопочет, и невестка, и племянница… И еще Капа на них ворчит:
- Вы уксуса-то поменьше расходуйте, только бы пахло… Водички, водички доливайте: от нее никакого вреда быть не может…
Гражданин в кожаном - прямо к ней:
- Вот тебя-то, ведьма проклятая, мне и надобно!.. Ты это чем меня отравила, а?!
Баба Капа норовит от него отойти, а тут уже милицейский ей предлагает:
- Давайте, гражданка, составим акт на вашу нелегальную аптеку. Это вы что разливаете?
Она: мек-бек… А фифа протерла заплаканные глаза - они у ней все черные от туши размазанной - и визжит:
- Это не она! Не она мне давала средства…
- А кто же?
Тут я выхожу вперед и заявляю:
- Ну, я давала. Вот вам ваши деньги и колечко. А что касается до самого зелья, то ничего опасного: масло было касторовое.
Гражданин восклицает:
- Я так и думал!..
- Конечно, - говорю, - вам виднее. А второе средство - тоже домашнее, безо всякого яду.
- Да зачем вам это нужно было?!
- А затем, чтобы ты одумался: с какой дурой ты путаешься, ради кого жену бросил! Вот зачем…
Этот, в кожаном пальто, сразу застеснялся так и говорит:
- Ну, я пошел… вы ведь мой адрес знаете, товарищ лейтенант…
Фифа к нему:
- Куда вы?
- Туда, - говорит, - где меня не будут отравлять разными зельями!
И - будьте здоровы: ушел.
А милицейский сказал:
- Ну, этот случай насчет касторки нас прямо не касается. А вот гражданка с оптовой продажей - другое дело. Вторично предлагаю; давайте составим акт. Вот вы будете понятой!
Это я то есть. Баба Капа уже перестроилась и заявляет:
- Никакой аптеки тут нет. Просто я ополаскиваю посуду под квас.
- Хорошо, - говорит милиционер, - это под квас. А еще четыре заявления на вас лежат у нас. Пройдемте сейчас!
Так и закончились у бабы Капы и врачебная практика и аптека.
Человеческий документ
- Гражданин судья, граждане народные заседатели! Я признал свою вину в ходе судебного следствия. И сейчас я воспользуюсь последним словом подсудимого не для того, чтобы бессмысленно запираться или передергивать факты. Нет, все это было: шестого июля сего года, проходя мимо ателье верхнего платья номер четыре нашего района, я внезапно ударил головою в стеклянную вывеску ателье, вследствие чего разбил таковую вывеску; затем, высоко взметнув правую ногу, раздробил стекло витрины размером два метра на три, сорта "Фурко"; затем я ворвался в самое помещение ателье и там изорвал: четыре квитанционные книжки, семь комплектов бумажных выкроек, два журнала мод. Я проглотил, не разжевывая, справочник цен на пошивочные работы, выплеснул на столы красные и фиолетовые чернила из пяти чернильниц и клей из двух пузырьков. Преследуя сотрудницу ателье Попенкову, я разорвал лично ей принадлежащее вискозное платье, в которое она была одета, а закройщика того же ателье Свиридова пытался задушить клеенчатым сантиметром, каковой сантиметр он обычно носит на шее, находясь на работе.