- У хорошего футболиста не только в ногах сила, в голове у него тоже кое-что должно быть. Бессмысленно гонять мяч - это и дрессированная обезьяна сможет. Для современного футбола нужны знания, а с твоими шестью классами далеко не уедешь.
Манюсь почесал за ухом.
- Да, да, - доброжелательно улыбнувшись, подтвердил Стефанек. - А теперь скажи-ка, братец, когда у вас следующий матч?
"Наконец заговорил о деле!"- подумал Манюсь, с благодарностью глядя на "полониста".
- Мы, пан Вацек, хотим участвовать в турнире, о котором в газете писали. Это же мировое дело!
- А тренируетесь вы?
- Еще как! Паук, то есть Польдек Пеховяк, двадцать "головок" за раз отбивает, аж глаза на лоб вылазят. Ведь тренировка - это хорошая форма, а хорошая форма - это уже наполовину выигрыш, - закончил мальчик со знанием дела.
- Ну ладно. А когда у вас следующая тренировка?
И вдруг Манюсь вспомнил, что он уже не является членом "Сиренки", что Манджаро за "организацию" мяча его выставил. Однако, не желая в этом признаваться, он, не моргнув глазом, соврал:
- В среду, в пять часов, на нашем поле.
- Тогда скажи ребятам, что я приду к вам. Погляжу, как вы тренируетесь… А сейчас подожди-ка минутку, у меня есть для тебя сюрприз.
Манюсь остался один. Он до того был ошеломлен неожиданным и благоприятным оборотом этого разговора, что даже боялся поверить знаменитому футболисту. Подумать только: лучший игрок "Полонии" хочет присутствовать на их тренировке! Прославленный Стефанек явится к ним собственной персоной! Чек растерянно по-, тирал лоб, ему казалось, что все в мире вдруг переменилось. Ужасный день точно канул куда-то, а когда показался Стефанек с новехоньким мячом под мышкой, Манюсь окончательно оторопел.
- Я переговорил с руководителем нашей секции, - сказал футболист, - рассказал ему о вашем матче… словом, обо всем. Он согласился одолжить вам на время мяч, но только с тем условием, чтобы вы его берегли и не дрались на поле.
- Само собой разумеется, пан Стефанек! - закричал мальчик, не в силах оторвать восхищенный взгляд от прекрасного нового мяча.
- Вот! Передай его своим товарищам, а в среду я приду посмотреть, как вы играете.
Распрощавшись со Стефанеком, Манюсь долго не мог сообразить, что произошло. Ему казалось, что все то, что он слышал и видел минуту назад, происходило не наяву, а в каком-то прекрасном сне. И, только оглядевшись по сторонам и снова увидев бетонные ряды трибун, вход в раздевалку, где только что исчез Стефанек, залитую веселым солнечным светом траву тренировочной площадки, Манюсь окончательно пришел в себя и даже подпрыгнул от радости. Расцеловав новый мяч, он тут же помчался домой, чтобы как можно скорее поделиться с товарищами чудесной радостью.
4
Подходя к Голубятне, Чек уже издали узнал Жемчужинку.
"Вот и отлично, - подумал он, - с Богусем можно спокойно потолковать".
Однако, подойдя вплотную, он увидел, что Жемчужинка стоит, точно пришибленный, словно его постигло какое-то ужасное несчастье. Увидев товарища, маленький вратарь протянул ему свою худенькую руку.
- Беда! - крикнул он взволнованно. - Манджаро и Тадек сидят под арестом в комиссариате. Попали вместе со Скумбрией и Королевичем… Что теперь делать? Загорская у меня уже допытывалась, где Фелек. Сказал ей, что Манджаро пошел к Игнасю гонять голубей. А что дальше? Положение безвыходное, конец света, словом… - тарахтел Жемчужинка, как пулемет.
Он до того был расстроен, что даже не обратил внимания на мяч, который держал Чек.
- Спокойствие! - прервал Манюсь этот невразумительный поток жалоб. - Выкладывай по порядку, а то у тебя ничего не поймешь.
Маленький вратарь снова начал свое путаное повествование.
Манюсь оборвал его на полуслове:
- О чем речь, собственно?
- Речь о том, что они сидят в милиции.
- Собирались объединиться со Скумбрией, вот тебе и объединились, - констатировал факт Чек. - А я тем временем мяч раздобыл и организовал тренера для нашего клуба. Ну, чего уставился? Как тебе все это нравится?
Жемчужинка посмотрел на него с упреком.
- Товарищи попали в беду, а он занимается болтовней! Нужно их выручать, понимаешь?
- Понимаю, только не могу сообразить, как это сделать.
Жемчужинка умоляюще уставился на друга:
- Сообрази что-нибудь, у тебя же всегда получается.
- Получается с бутылками и тому подобной ерундой, а здесь этот номер не пройдет. И вообще, должен тебе сказать: Манджаро задается, а я, значит, должен его выручать?
- У него были основания: мяч-то ты стащил?
- Не стащил, а одолжил, чтобы потом вернуть его обратно.
- Такой ты, значит, товарищ! - с обидой сказал Жемчужинка. - Был бы ты на их месте, так уж Манджаро что-нибудь бы сообразил. Подумай только, что будет, когда все узнают, что капитан "Сиренки" сидит в милиции!
Чек, как всегда в таких случаях, нахлобучил шапку на лоб, потом сдвинул ее на затылок и почесал за ухом.
- Трудновато, - пробормотал он, как бы про себя, - но история действительно неприятная, надо что-то придумать…
Он замолчал, а Жемчужинка так пытливо уставился на него, точно собирался прочитать его мысли. Наконец, ударив мячом о землю, Чек победно свистнул:
- Ну, вот что, брат. Тут никакие комбинации не помогут, надо прямо идти в комиссариат.
Жемчужинка вытаращил глаза:
- А кто же пойдет?
Манюсь ткнул себя в грудь пальцем:
- Я, собственной персоной. А если меня задержат, скажешь ребятам, что в среду тренировка. Придет… угадай, кто? Ни за что не угадаешь! Сам Стефанек, лучший игрок "Полонии", придет и будет нас тренировать! А теперь идем со мной. Подождешь меня у комиссариата и подержишь мяч.
Мальчики бодро двинулись в путь. Однако по мере приближения к комиссариату они всё замедляли и замедляли шаг. Казалось, их подошвы были смазаны клеем. Неуверенно глядя на друга, Жемчужинка спросил:
- И ничего получше ты не мог придумать?
Чек тяжело вздохнул.
На углу они на минутку остановились. У Манюся было такое впечатление, что он идет на верную гибель. Однако сдаваться было нельзя.
- Держись, Чек, - шепнул Жемчужинка.
- Будь спокоен! - Манюсь свистнул сквозь зубы и двинулся вперед.
Однако походка его отнюдь не свидетельствовала о том, что он идет без всякой опаски.
Войдя в темный коридор, Чек толкнул дверь и попал в обширное помещение, разделенное посередине сквозной деревянной перегородкой, за которой у столика сидел дежурный милиционер. Собравшись с силами, Чек на цыпочках подошел к дежурному.
- Мое почтение! - Он щелкнул себя по козырьку шапочки.
- Что нужно? - спросил дежурный, оторвавшись от разложенных на столе бумаг.
- Я, с позволения пана, к пану сержанту Ногайскому, который у нас участковым.
Милиционер недоверчиво посмотрел на мальчика:
- По какому делу?
- По важному, пан поручик.
Дежурный не мог удержаться от улыбки.
- Сержант, а не поручик, - поправил он.
- Это неважно, при следующей аттестации у пана сержанта будет звездочка, - не остался в долгу мальчик.
Дежурный громко расхохотался и уже ласковее глянул на Чека.
- Ты, значит, спрашиваешь гражданина сержанта Ногайского?
- Точно, пан сержант.
Дежурный снял трубку и набрал номер.
- Как тебя зовут? - спросил он, дожидаясь соединения.
- Мариан Ткачик, но пускай пан скажет, что ожидает Чек, так будет лучше.
Кончив разговор, милиционер повернулся к мальчику:
- Подожди минутку, сейчас придет.
- Что я сказал! - гордо произнес мальчик. - Чека тут все знают!
Его одолевали сомнения. И эта минута показалась ему вечностью. Стоит ли дожидаться сержанта? Может быть, ничего не выйдет и лучше удрать, пока не поздно, а Жемчужинке сказать, что с ним не захотели разговаривать? А может, все-таки подождать? Что ему грозит? В конце концов, это не он перевернул в "Маргаритке" столики, побил посуду и произвел "нарушение общественного порядка"… Однако Глыба может припомнить другие, давние его проказы. Правда, это было еще весной, а с тех пор мальчишки с Голубятни не доставляли много хлопот представителю народной власти… И все же лучше было бы не показываться участковому на глаза.
Такие мысли только усилили растерянность и беспокойство мальчика. Но вот с шумом отворилась стеклянная дверь, и появился сержант.
Манюсь вытянулся в струнку и сорвал шапочку с головы.
- Гражданин сержант, - начал он, предварительно откашлявшись, - я к вам от имени коллектива, то есть "Сиренки". Мы имеем честь пригласить уважаемого гражданина сержанта на матч, который состоится в воскресенье, в пять часов, на нашей площадке.
Почему ему пришла в голову эта идея, откуда взялся этот фантастический Матч, - Чек и сам не знал. Очевидно, идеи рождаются в самые неожиданные моменты. Но на этот раз заявление мальчика произвело на представителя власти достаточно сильное впечатление, в особенности если принять во внимание, что сержант Ногайский сам некогда игрывал в футбол и, конечно, был горячим болельщиком варшавской "Гвардии".
- Эх вы, горлодеры, - буркнул сержант, забавно щуря свои небесно-голубые глазки, - опять какую-нибудь свалку устроите. Знаю я ваши матчи! - После такого недоброжелательного вступления он, однако, добавил с любопытством: - А с кем играете?
- С "Ураганом", пан сержант, матч-реванш. В последний раз мы с ними свели вничью, два:два.