Про чернокнижников никто ничего не знал. Чем они отличались от некромантов - тоже, зато про последних Марьяна с выпускного курса всем точно рассказала, что они жуткие, бледные, как упыри, и ходят-спотыкаются о собственные мантии с недосыпа.
Меня такой расклад с некромантами бы вполне устраивал.
Где-то далеко ухнула сова. Заскрипели сосны, зашелестели листья осин, и лес вдруг наполнился всеми теми ночным звуками, от которых обычно мурашки бегут по спине.
Я отложила книгу и, завернувшись в теплое одеяло, сидела и смотрела в огонь, время от времени отмирая и подкидывая в него дров. Покалывание в ладонях прекратилось, но теперь Тьма засела где-то на границе сознания, напоминая о себе легким зудом.
Но как назло, время не желало течь медленно, как бывает, когда чего-то ждешь, а издевательски неслось вперед. Может, я пребывала в каком-то состоянии полусна-полуяви, но, такое ощущение, что уже почти через минуту, первые лучи солнца уже тронули небосвод.
Ночь отступила, но Тьма осталась. Вздохнув, я запихнула себе за щеку бутерброд, кое-как переплела косу и потащилась туда, где меня ждали, откровенно завидуя девочкам. Они в лесу тоже ночевали, но им-то не тащиться поутру в неприглядном виде встречать чужих магов из чужой академии.
Под ногами мягко хрустели ветки, старые сосновые шишки, прошлогодние листья - к этому списку жестокие целители обычно добавляли перегнившие трупы белок. Лично мне при этих мыслях становилось жалко зверушек, но единственным целителем, который не был повернут на логичности и правильности устройства мироздания был Ярослав.
Я остановилась на опушке, чтобы на секунду полюбоваться видом купол сверкал и переливался в лучах восходящего солнца, цветы на поле медленно распускались и поворачивались к теплу. А небо-то, небо! Небо было просто невероятным. Такого яркого и насыщенного цвета я не видела, наверное, никогда.
От глубоко-синего, ещё ночного, до нежно-голубого, томно-розового, искрящегося оранжевого, безумного красного, небо просто взорвалось красками. Голова закружилась, и мне даже на секунду показалось, что стало нечем дышать.
Я зажмурилась крепко-крепко, так, чтобы исчезло головокружение, и решительно пошла напрямую через поле по тропинке было бы дольше. Трава доходила мне до пояса и вся была в росе. Приветливо кивали васильки, одуванчики откуда-то снизу желтели своими ещё желтыми головками. С опушки доносилась трель соловья, перемежаемая время от времени стуком дятла. Слушать бы и слушать!
Но чем ближе к Куполу, тем меньше становилось звуков природы, и тем яснее ругань, топот ног и чей-то твердый голос, раздающий приказания. Голова кружилась меньше, но зато почему-то огнём горели ладони, а во рту пересохло. Я недовольно поморщилась - не хватало ещё простудиться накануне шабаша и всего этого безобразия!
Я только хотела подойти к Ярославу, как меня перехватила госпожа Горгулли и указала на место рядом с Ванессой. Я виновато махнула другу рукой и встала туда, куда сказали. Ванесса тут же сунула мне в руку красную папочку, прикрывая зевок такой же.
- Там памятки для твоей группы, - прозевавшись, сообщила она. - И карта угодий с местами, куда ходить нельзя. Раздашь им.
После этого она продолжила зевать, а я оглядела наши нестройные ряды, чтобы убедиться в том, что красные папочки имелись почти у всех. Кто-то держал её в руке, кто-то зажал подмышкой, кто-то из парней просто положил её на траву. О том, куда засунули папочку те, у кого её вообще не было видно, я старалась не думать.
- А где все остальные? - шепотом поинтересовалась я у Ванессы, которая просто пожала плечами. Но все-таки дело было странное.
Мы, ведьмы - мы ответственные, чтобы пошутить и чуть-чуть поиграть - это, конечно, мы всегда за. Но вот чтобы прогуливать
На небе темнело несколько точек. Какие-то были больше, какие-то меньше, но мы все с замиранием сердца уставились на них, ожидая увидеть наших первых в жизни драконов. Я отвлеклась и бросила взгляд на наших - больно интересно стало, кто о чем думает. Ярик, почувствовав мой взгляд, тоже отвлекся от неба, улыбнулся и махнул мне рукой. Целители стояли спокойно, невозмутимо - их учили держать лицо при самой трудной ситуации, чтобы в будущем не волновать понапрасну пациентов.
Артефакторы своей радости по поводу происходящего не скрывали - они ждали дракона как дара Богов потому, что чешуя дракона какой-то там
редкий дорогой ингредиент для какого-то зелья. Я в этом не разбиралась и как-то не горела желанием видеть друзей и знакомых покалеченными.
Лицо старосты выпускников было почти хищным - ну да, эти лучшие, они это доказали своей статуей, которую сейчас, кстати, водрузили на площади перед куполом, которую ректор обозвал ареной.
Но все-таки наших не было. Ванесса и я - очень странно. Почти невозможно! Не может быть, чтобы что-то случилось, третья ночь - она ведь подготовительная. Я понимаю, если бы после шабаша никто не пришел, тут бывает всякое, но после третей ночи
Оглядев небо и ещё раз заметив его удивительный цвет, я убедилась, что драконы ещё далеко и времени у меня ещё чуть-чуть, но есть, и, буркнув короткое сейчас вернусь, побежала к кучке преподавателей, которые о чем-то совещались.