Погоди, Петер! Что-то у меня картинка с картинкой не сходится. Подгорное серебро очень дорогое, но при этом этот крикун орал, что поместье почти разорено. Или он не то имел в виду, когда орал, что покойная графиня с трудом расплатилась со сборщиком налогов?
Лохматая голова мужика поникла, как у накосячившего сенбернара:
То, ваша милость,
тяжело вздохнул он. Видите ли, дорогу к шахтам знал лишь граф. С тех пор, как его сиятельство умерли, никто из нас к шахтам не ездил. Живы ли вообще рабочие, понятия не имею. Управляющий пытался тропку найти в прошлом году. Почти неделю бродил по горам, самого нашли едва живого. А наши, местные, и вовсе боятся туда соваться. Горы своего просто так не отдают. Сказывают, жила эта была жалована демиургами прадеду покойного графа за какие-то магические заслуги, Петер говорил это с придыханием, с лихорадочно сверкающими глазами. Будто рассказывал какую-то сказку или страшилку. Но уже отец их сиятельства магом не был. Я сам не местный, прибился после ранения, да так и остался. Оженился вот на местной Но не в этом суть, торопливо оборвал он сам себя, поймав мой взгляд, к чему я веду: дед моей супружницы сказывал, что отец покойного графа родился с магическим даром. А потом что-то произошло. Дед в поместье вхож не был и подробностей не знал. То ли по молодости отец их сиятельства надорвался и перегорел, проводя незаконные опыты, то ли вовсе профукал дар, не став обучаться им управлять. Но вот с тех пор и пошла на убыль добыча серебра. Графство стало хиреть, да. Как было в последнее время, пока их сиятельство еще были живы, не скажу. Граф меня к этим делам не допускал, говорил, что мое дело охрана поместья. Но все налоги выплачивались вовремя и в полном объеме, в поместье, деревне и хуторах всего было вдоволь. А теперь вот Хорошо, ежели весна будет ранняя. А если холода задержаться, то нам даже дров может не хватить. Потому Берта и отдала распоряжение не топить в тех комнатах, в которых никто не живет
А в тех, в которых живут, топить еле-еле, насмешливо отозвалась я и хлебнула уже окончательно остывшего чая, как я решила про себя называть этот напиток. Вот наследник и заболел. А теперь пришлось платить доктору за лечение. Видишь, какая экономия?
Даже сквозь растрепанные космы Петера было заметно, как мужик покраснел. И мне вдруг сделалось его жалко. Ну в самом же деле, не он ведь виноват в том, что произошло? Хотя последствия придется разгребать всем.
Ладно, вздохнула я, поднимаясь с нагретого места, пойду искать того, кто сможет мне больше рассказать, что происходит в поместье и чего нужно опасаться в первую очередь. А та, Петер, обеспечь безопасность такую, какую только сумеешь, понял? Как для собственного сына!
Так для собственных и буду стараться, буркнул мне в ответ мужик. У меня их тут трое бегает. Не хотелось бы им такого хозяина, как этот мистер Пайер.
Уходила я со смутным ощущением, что лезу прямехонько в неприятности. Вот зачем мне, спрашивается, заниматься этим поместьем? Сомневаюсь, что, когда объявится настоящий опекун юного графа, он скажет мне хотя бы спасибо. Про награду и жалование вообще молчу. Кстати, про опекуна. Чем быстрее о происходящем безобразии узнает королева, тем быстрее я смогу умыть руки.
Глава 3
Бродила я так довольно долго. Несмотря на шубку на плечах и постоянное движение, уже начал ощущаться холод. И в конце концов, вышла к какому-то странному месту: я оказалась на пороге не очень широкой и длинной галереи. Переход был шириной всего шагов пять моих. С обеих сторон в шахматном порядке располагались узкие, но высокие, почти от пола до потолка стрельчатые окна. В простенках между ними портреты. Со своего места я предположила, что это семейная галерея. И все бы ничего, но белый потолок был серым от пыли и паутины.
А на полу эта самая пыль и вовсе лежала слоем толщиной в мой палец. Если не больше. Я даже не могла определить, из чего был этот самый пол: из дерева, камня или другого материала. Сюда явно месяцами не ступала нога человека. Вопрос, почему?
Я так и не решилась зайти в эту галерею. Постояла немного на пороге, изучая пыльное помещение, покусала губы. А потом решительно повернулась к ней спиной. Потом буду разбираться с этим пыльным склепом. Если мне вообще нужно сюда соваться. По какой-то же причине сюда никто не заходит? Вот и мне нечего там делать.
Мне повезло. Возвращаясь назад по своим следам, я в одном месте услышала женские голоса и пошла на них. А через некоторое время вышла на узкую и темную лестницу, на которой стояли две женщины или девушки, в полумраке было не разобрать. У одной в руках плетеная корзина с какими-то тряпками, у второй поднос с грязной посудой. И обе оживленно обсуждали мое появление. Услышав мои шаги, они испуганно замолчали.
Я сделала вид, что не вижу ничего необычного в данной ситуации.
Девушки, я, кажется, заблудилась, с милой улыбкой сообщила им. Шла от Петера и куда-то не туда свернула
Намека хватило. Та, что держала корзину с бельем, засуетилась:
Ой, ваша милость! Замерзли, наверное, бедняжечка, в наших хоромах! Пойдемте, я проведу вас к юному графу в комнату