А я операцией руковожу, по поискам Подумал она от мужа ушла. Там всё сложно было, ну Тут местная специфика вообще сложная. Не, по моей линии по УГРО оно как бы и не сильно отличается, а вот этим он кивнул на участкового и вздохнул. Этим тяжко. Тут черт ногу сломит
Вова дал по тормозам, резко остановив машину у покосившегося деревянного забора, и, на ходу вырывая пистолет из кобуры, рванул к дому.
А-а-а-а, черт! За ним, Гера, за ним! Он щас тут дел наделает! Соломин ломанулся следом, я за ними.
Молодой-горячий участковый плечом выбил дверь и уже орал благим матом. Я взбежал на невысокое крыльцо, ориентируясь на отблески звездочек на погонах майора. Грянули два выстрела один за другим, потом раздался крик:
Лежать, лежать, гниды! Пристрелю, ей-Богу!
Тихо, Вова, тихо! Всё нормально, нормально! это уже был Соломин. Подпол где у вас, а? Подпол открывай, пьянь!
Я замер на секунду в сенях, пытаясь привыкнуть к царившему в доме полумраку. Луч тусклого света разрезал тьму откуда-то из глубины избы, наверное из кухни, где и орудовали сейчас милиционеры. Местная разруха, бардак и смрад вызывали тревожное, жуткое чувство неправильности происходящего. Пару раз моргнув я уже занес ногу, чтоб шагнуть внутрь, как вдруг увидел невысокую, приземистую фигуру, которая кралась в сторону источника света. Блеснуло во тьме металлом в руках неизвестного был занесенный для удара топор!
В воздухе витали миазмы перегара, дешевого табака, немытых тел и еще какой-то неведомой тошнотворной гадости. Кажется яблочной.
Кур-р-рва!!! мой боевой клич не отличался пафосом, но ничего более подходящего моменту я придумать не смог.
Кинулся вперед, и тут же одно рукой вцепился в расходящуюся по швам рубашку незнакомца в районе груди, а второй ухватил за ладонь, сжимавшую топорище.
Ты хто, сука? его удивлению не было предела.
Я припер его к стенке, перехватив за горло и заорал:
Держите его, хлопцы!
Два сотрудника из второй машины мигом налетели и принялись крутить любителя размахивать топором, еще двое помчались на подмогу Соломину и участковому.
Открывай подвал, гад! кричал милиционер Вова.
Он явно был на грани срыва. За окнами уже верещала сирена скорой, наверное, на подходе была и опергруппа.
Здесь она, выдохнул Соломин, с грохотом откинув тяжелую деревянную крышку подпола. Антонина! Вы живы?
Слабый стон был ему ответом.
Я уселся на какой-то сундук и откинулся, опершись спиной о стену. Сегодня получился очень, очень длинный день!
легкое повреждено наверняка, ну и сотрясение, и переломы конечностей Но жить будет, Соломин мял в руках фуражку.
Горели фонари, ночные насекомые беспрестанно атакуя яркие лампочки. Мотыльки и мошки несли большие потери от электрического жара, но не сдавались.
Ты вот что, Гера Спасибо тебе, в общем. Ты меня извини, просто правда я ж сюда перевелся потому, что спокойной жизни хотел, а тут Чертовщина сплошная! А потом еще и ты Ты и так парень со странностями мягко говоря, а на фоне вот этого всего я что и думать не знаю! Но мы ведь человека спасли, так или иначе, верно? Это ведь главное?
Точно! сказал я. Это главное. А про мое участие ты пока молчи. Проводили, скажешь, поисковые мероприятия. Наведывались к асоциальным элементам. Вот и обнаружили.
Так мы и вправду наведывались. Дом за домом обходили! Просто чаю попить в участок зашли, а тут ты! Слушай, ты статью писать будешь?
Нет, пока нет. Я вообще не за этим сюда
Ой, да ладно! Соломин нахлобучил на голову фуражку. Ты остановиться где думал?
У деда одного знакомого. Гумар его фамилия. Но он еще не знает, что я приехал.
Так, давай я тебя в гостиницу завезу, утром к своему деду поедешь А потом встретимся побеседуем. Заходи завтра в участок, я с утра подъеду. Утро вечера мудренее!
Зайду, почему не зайти? пожал плечами я.
Меня начинали одолевать смутные сомнения по поводу книжки. Кажется, бравым сотрудникам ЧВК, храброму военкору и киберфутуризму придется подождать тут явно сюжет наклевывался куда как более интересный!
Глава 4, в которой летит самолет и едва не случается приступ
Ярко светило солнце. Я пер мимо ограды детского садика с печатной машинкой в руках и с рюкзаком за плечами. На сгибе локтя у меня висела авоська, набитая продуктами из магазина, под ногами извивалась ледащая тощая псинка, которую весьма интересовало качество и количество колбасных изделий в моем багаже.
За металлическим заборчиком, выкрашенным свежей желтой краской замерли дети. Они стояли на лужайке, рядом с качельками, балансирами, деревянными грузовичками и песочницами задрав головы и глядя высоко в синее небо, по которому бежали редкие облачка.
СА-МО-ЛЕТ!!!
Кукурузник пролетел низко, над крышами домов, и, достигнув невидимого отсюда колхозного поля, выпустил из себя струю химикатов.
Уи-и-и-и-и-и!!! заорали дети и захлопали в ладоши.
Я запнулся-таки о псинку, засмотревшись на самолетик, и едва не грохнулся, в последний момент удержавшись на ногах.
! матерщина всё-таки удержалась на кончике языка, и я медленно выдохнул, выискивая удобную позицию, чтобы хорошенько пнуть повизгивающую псинку, которая аж подпрыгивала, вожделея батон «Докторской».