Хм, надеюсь, это то, что нужно, и приеду я к себе домой, а не на ночевку к таинственному Васильеву Н. Лиду-то я во время своего прошлого путешествия во времени еле-еле уговорила поехать на свидание тет-а-тет к своему возлюбленному Лео, иначе Леньке, сынку высокопоставленного чиновника из министерства и любителю захомутать доверчивых девушек из провинции. Тогда мне кое-как удалось распутать петлю времени и изменить ход некоторых событий. Впрочем, как говорил обаятельный Леонид Каневский в передаче «Следствие вели», это совсем другая история
Я попыталась восстановить в памяти схему метро 1956 года, какой я ее помнила из своего прошлого путешествия. Сейчас, конечно, уже 1963-й на дворе, и за это время, вероятно, построили еще несколько станций. Строительство метро в Москве шло, безусловно, не такими сумасшедшими темпами, как теперь, но, надо думать, парочку станций всякой достроили-то за пять лет), но уже существующие-то остались.
Значит, мы сейчас с Катериной Михайловной на западе Москвы, недалеко от метро «Сокол», где находится школа, в которой я работаю. Она живет неподалеку, в двадцати минутах ходьбы, на Балтийской улице, в новостройке, «хрущобе», многие из которых через несколько десятилетий будут сносить. Если щедрое советское государство выделило мне комнату в коммунальной квартире на Электрозаводской улице, то мне нужно ехать на одноименную станцию метро, на восток города. В этом районе я не бывала раньше, но слышала о нем. Общежитие, где мы делили комнату на троих с Лидой и Верой, находилось в Марьино, на выселках. Добираться туда было довольно долго. А вот мой тогдашний ухажер Ваня, который оказался представителем небезызывестной и очень популярной в пятидесятых молодежной субкультуры, жил в общежитии недалеко от станции метро «Сталинская», это следующая за «Электрозаводской» станция метро. Получается, мы с Катериной Михайловной (кстати, она почему-то величала себя именно «Катериной», а не "Екатериной) живем в разных концах города.
Пойдемте, дорогая, моя новая знакомая закончила исполнение хита про смуглянку-молдаванку, надела плащ и повязала красивый газовый шейный платок. Я еще раз восхитилась ее ухоженностью и манере с достоинством держать себя. Да и песню она исполняла звучным, грудным, хорошо поставленным голосом. Честно, не зная я, какой предмет преподает Катерина Михайловна, точно записала бы ее в учителя музыки. Вслед за коллегой я тоже надела плащ. Теперь уже точно было видно, что он совсем не тот, в котором я попивала кофеек в Екатерининском садике рядом с Гостиным двором и надеялась провести вторую половину дня в гордом одиночестве. Ткань поплотнее, пожестче, не так сильно мнется, как на том моем плаще. И фасон другой два глубоких кармана. На моем тогдашнем плащике были только карманы-обманки. Не далее как сегодня я, выходя из дома, чуть не выронила на землю ключи, пытаясь их положить в несуществующий карман. Кстати, о ключах в кармане пальцы нащупали вместо привычной связки с тремя ключами (от входной двери, квартиры и почтового ящика) два тяжелых железных ключа. Надеюсь, домой попасть сумею.
Интересно, а выключила ли я утюг дома в Питере? А чайник? Хотя что переживать чайник у меня электрический, отключается сам после кипячения, а утюгом я и вовсе не пользуюсь ненавижу гладить вещи, поэтому покупаю исключительно те, которые не мнутся, благо дефицита в мире, где я жила до сегодняшнего дня, нет. А вот сейчас мне, кажется, снова придется «доставать» хорошие вещи.
Взяв обе одинаковых сумки свою и Катерины Михайловны, я вышла вслед за ней на ступени парадного входа в школу. Даже
не представляю, что было бы, если бы новоиспеченная знакомая их случайно не перепутала Куда бы я пошла и что делала?
Уже стемнело. Дорожку к метро освещали только несколько тусклых фонарей. Было довольно прохладно. Я зябко поежилась в плаще.
Мерзнете, Дашенька, сочувственно покачала головой коллега, а я Вам говорила: женское здоровье беречь надо. Кроме нас, о нас никто не позаботится. Молодая Вы, вот и не думаете о последствия такого безответственного отношения к себе. Вот посмотрите, она показала на внушительный воротник своего толстого свитера, который она надела под плащ. я всегда с собой на одну теплую вещь больше ношу. Пригодится замечательно. Нет ношу в сумке, своя ноша не тянет.
«Не тянет усмехнулась я мысленно, но сумочку-то Вы свою мне любезно всучили под разговор, Катерина Михайловна». Ладно, ветеранам войны нужно помогать. Что-то, а про «на одну теплую вещь» больше я, как и многие питерцы, знаю издавна. И про зонт тоже. Бывает так, что выйдешь из дома а там плюс шесть, а к обеду глядишь, и распогодилось. Возвращаешься вечером с работы ливень.
Не спеша, вдыхая холодный осенний воздух, мы двинулись к дому учительницы. Я слушала бодрый рассказ Катерины Михайловны о переезде в новую квартиру. Она рассказывала, какие обои купила, как в журнале вычитала о самодельном советском изобретении, с помощью которого обычный пылесос можно было превратить в пульверизатор, какие красивые чеканки она повесит на стену и где «выкинули» бразильские апельсины И уже во второй раз я порадовалась потрясающей возможности пообщаться с еще живой и вполне не старой свидетельницей страшных событий 19411945 гг. Почему-то уже не впервые в жизни я замечаю, что люди, пережившие войну, разруху, голод нередко сохраняют позитив и способны намного больше радоваться жизни, чем современные молодые. У меня вдруг защемило сердце при мысли о том, как в реальном мире мало осталось ветеранов войны