Шамиран млела от его ласкающих прикосновений, ее возбуждение неуклонно нарастало. Не в силах больше сдерживать себя Ранеб прижался к ней сильнее и проник в ее тело. Тогда его возбуждение уперлось в ее пульсирующее женское естество и начало взбивать ее женский сок как сметану.
Шамиран вскрикнула. Сначала от неожиданности, затем от нахлынувшей волны наслаждения. Каждое касание мужчины отдавалось в ней тысячей разрядов сладкой боли, которой, казалось, не будет конца. Но она не сопротивлялась, позволяя ему изо всей силы сжимать свои ягодицы и терзать неистовыми поцелуями губы и груди. Ей хотелось утонуть и полностью раствориться в своем любовнике. Ранеб незамедлительно выполнил ее невысказанное желание, еще глубже увлекая ее за собою в пучину соблазна, и Шамиран познала такое счастье, перед которым были ничто все короны мира. Гордой царевны и нерешительного молодого посла из далекой страны больше не существовало, - остались молодые мужчина и женщина, настолько слившиеся в обоюдной страсти, что нельзя было сказать, где начинается она и кончается он.
Утром верховная жрица Иштар Джафит пришла в подземелье храма вместе со своими служительницами, воспевающими молодого победителя, которому удалось невозможное овладеть земным воплощением богини Иштар - и они с надлежащим почтением облачили Ранеба в царские одежды белого цвета.
- Ты успешно прошел все испытания, египтянин Ранеб, и доказал, что достоин стать супругом царской дочери и земным воплощением богини Шамиран, - громогласно возвестила она. Так бери ее - она твоя и будет твоей женой целый год.
Целый год! Ранеб счастливо улыбнулся. В тот момент год показался ему таким длительным сроком, который не имеет конца. Царь Ур-Намму предоставил дочери и зятю для проживания загородный дворец на возвышенности, окруженный прекрасным садом. Сад представлял собою многоуровневый зеленый каскад, где росли вечнозеленые сосны, кипарисы, можжевельник, миндальные деревья, финиковые деревья, чёрное дерево, розовое дерево, оливковое дерево, дуб, тамариск, грецкий орех, терпентинное дерево, ясень, пихта, гранат, груша, айва, инжир и виноград. По горячему желанию царевны Шамиран в нем садовники посадили такое великое разнообразие цветов, что когда ответали одни прекрасные цветы в саду, на следующий день к радости царевны зацветали другие. Орошение этого сада требовало хорошего водоснабжения, и рабы царя Ур-Намму построили по его приказу восьмидесятикилометровую систему каналов, уходящую далеко в горы.
Жизнь с любимой женой казалась Ранебу настоящим Раем, сказочным сном, от которого ему не хотелось просыпаться. Шамиран вместе с ним охотно наслаждалась мирным семейным счастьем под розовыми рассветами Вавилона и яркими звездами роскошной восточной ночи. Очень скоро, спустя три месяца она почувствовала под сердцем биение новой жизни и с тех пор берегла себя и не покидала без важной причины своих покоев.
Бедняжка Арбела совсем извелась от ревности, видя, как трепетно Ранеб относится к своей любимой Шамиран. На нее он почти не обращал внимания, и это еще сильнее увеличивало ее сердечную боль. Не выдержав душевной муки, она донесла жрицам Иштар о хитрости царевны, которая обманом помогла своему мужу выдержать все испытания в подземелье храма, и не умолчала о том, как Шамиран велела ей отнести напиток придающий смертному силу бога египтянину Ранебу, а стражам храма и священному животному Иштар подсунула сонное питье.
Узнав о святотатственном обмане дочери царя Ур-Намму, верховная жрица повелела тут же взять ее под стражу и предать суду. Повинуясь этому приказу, стражники храма отправились в загородный царский дворец и силой вырвали Шамиран из объятий ее мужа, собираясь отвезти ее в зиккурат. Несмотря на мольбы жены, призывающей его не затевать напрасной схватки, Ранеб попытался в одиночку отбить жену у отряда отборных воинов святилища Иштар. Дворцовые охранники не осмелились вступить в схватку с посланцами верховной жрицы Иштар. Ему удалось убить двоих из них, но их товарищи дали ему жестокий отпор и нанесли множество глубоких ран острыми копьями. Только гневные слова пленной царевны, обещавшей отомстить за смерть мужа удержали храмовых стражей от последнего удара по лежащему на земле без сознания Ранебу, и он остался жив стражи не захотели стать объектом мести царя Ур-Намму за убийство его зятя.
Шамиран судили в тот же день. С распущенными волосами, в простой рубашке и с босыми ногами молодая грешница предстала перед возвышением, на котором собрались все жрицы Иштар высокого ранга для того, чтобы решить ее участь и вынести справедливый приговор. Перед лицом священной статуи богини, бывшей в два раза больше человеческого
роста, царевна не осмеливалась говорить неправду, и она признала правдивость всех обвинений своей рабыни Арбелы.
Верховная жрица Джафит обвела взглядом остальных пятерых жриц Иштар, призванных вместе с нею судить виновную и сказала:
- Сестры, вы все слышали и все уразумели. Каков будет ваш приговор?!
- Смерть! сказала первая жрица.
- Смерть! повторила вторая.
- Смерть! подтвердила третья.