Не понял вопроса, господин советник нахмурился недоумённо. Что вы имеете в виду?
Вообще-то, я привык видеть в качестве секретарей симпатичных девушек, пояснил свой вопрос майор. А у вас Гриша. С выправкой отставного военного.
Маканин улыбнулся улыбка у него получилась скупая.
Положение обязывает, сказал он. Ведь я советник губернатора по вопросам безопасности.
Лукашевич мысленно присвистнул: вот так дела, это нам подфартило.
Позвольте тогда спросить, продолжал «светскую» беседу Громов, вы имеете какое-то звание?
Да, не стал скрывать Маканин. Я подполковник. Подполковник госбезопасности.
Лукашевич и Стуколин переглянулись. Громов же никак не выразил своих чувств. С задумчивым и несколько отстранённым видом он допивал свой кофе.
Ещё вопросы? Маканин выдержал паузу. Ну что ж, будем считать, что вы меня знаете. Теперь я хотел бы познакомиться с вами. Кто вы и какая надобность привела вас к губернатору?
Громов в двух словах обрисовал ситуацию:
Мы офицеры войсковой части 461-13"бис", четвёртой эскадрильи авиаполка «Заполярье». Моя фамилия Громов. Я командир части. Со мной летающие офицеры Лукашевич и Стуколин. Мы прибыли в Мурманск, чтобы просить губернатора выделить средства на поддержание личного состава нашей части. Мы находимся в чрезвычайно бедственном положении, довольствие задерживается, и вскоре в части может начаться голод
Господин советник, наклонив лысую голову, выслушал Громова. Потом помолчал, отхлебнул чаю и сказал так:
Я не спрашиваю, обращались ли вы по своим инстанциям наверняка, обращались. Я не спрашиваю, нет ли у вас других способов заработать себе на хлеб наверняка таких способов нет. Меня в этой истории интересует другое. Вы понимаете, что, придя сюда, фактически выступаете в роли попрошаек?..
Стуколин хотел вскочить, но Громов, выставив руку, толкнул его на место. Лукашевич собрался было обидеться по примеру друга, но тут перехватил острый испытующий взгляд, с которым Маканин наблюдал за Громовым, и сообразил, что не для унижений привёл их сюда господин советник, и если бы дело ограничивалось только этим, то всё их знакомство с ним закончилось бы ещё внизу, на лестнице, пятнадцать минут назад.
Да, произнёс Громов недрогнувшим голосом, мы это понимаем. Но кто сделал нас попрошайками? Кто довёл одну из самых сильных армий в мире до такого состояния, что её офицеры вынуждены побираться, лишь бы не умереть с голоду? Вы сказали, что имеете звание подполковника госбезопасности? Куда вы смотрели, подполковник, когда всяческие нувориши грабили армию и всю страну? Или вас это устраивало? Тогда к чему ваш пафос?
Маканин, не перебивая, выслушал и эту отповедь.
Что ж, подытожил он затем, каков вопрос, таков и ответ. Спасибо, майор, за прямоту.
Пожалуйста, ответил Громов не без сарказма. Всегда готов помочь.
Я рад, товарищи офицеры, продолжил Маканин как ни в чём не бывало, что вы достаточно трезво оцениваете ситуацию. Это сейчас редкость. Большинство из тех, кто ещё вчера мог похвастаться высокими аналитическими способностями, в условиях кризиса совсем потеряли голову. Чего не скажешь о вас
Лукашевич подумал, что вряд ли яростное высказывание Кости можно назвать «трезвой оценкой», однако заметил, что между майором и советником установилось некое взаимопонимание, словно эти двое знали какой-то секрет и вели беседу на основании этого знания. Потом Лукашевича осенило: «Да он же нас просто-напросто проверяет! Проверяет, насколько наши взгляды соответствуют его собственным И мы Кажется, мы выдержали проверку!»
По крайней мере, друг Костя выглядел вполне удовлетворённым.
Что же касается вашей просьбы Маканин выдержал длинную паузу, в течение которой извлёк из стола сигару в золотистом футляре, вытащил её, с помощью специальной машинки обрезал кончики. Что касается вашей просьбы, то сейчас, немедленно, я вряд ли чем-нибудь смогу вам помочь.
Мы и не ждём немедленного ответа, вставил словечко вежливый Громов. Но настаиваем на том, чтобы этот вопрос был решён в самое ближайшее время.
Я это понял, сказал Маканин; он повозился с зажигалкой, раскуривая свою чудовищную сигару. И мы решим его в самое ближайшее время. Однако вы должны помнить, что сейчас не только вам тяжело. Обвал рубля, приостановка банковских операций, ажиотаж на биржах ударили не только по
нашим финансовым воротилам, но и по малоимущим слоям. Ситуация крайне сложная, администрация завалена просьбами, воззваниями, обращениями. Ваша проблема лишь ещё одна в ряду многих. И не самая первоочерёдная.
Но вы не должны забывать, что мы представляем боевую часть. Если у нас начнётся голод, я как командир части не могу гарантировать соблюдения воинской дисциплины, Громов не давал себя ни запутать, ни разжалобить.
Маканин пыхнул сигарой.
Да, сказал он. Голодная боевая часть это не только ваша проблема. Это и наша проблема. Однако чтобы принять решение, администрация должна сначала убедиться в серьёзности вашего положения.
Инспекция? вскинулся Громов.
Если это возможно
Возможно. И мы будем рады принять комиссию. Единственное ограничение это допуск. Наша часть это режимный объект.