Хай Лин вскочила и подала бабушке руку. Старушка приподнялась, и девочка просунула руку под подушку. Ее пальцы нащупали что-то гладкое и хрупкое.
Это что, свиток? спросила Хай Лин, вытаскивая свернутый в трубку лист бумаги. Края его обтрепались, а бумага пожелтела от времени. Надетое сверху блестящее медное кольцо не давало свитку развернуться.
Это для тебя и твоих подруг, негромко произнесла бабушка. Передай свиток Вилл.
Н-но что это?
Это карта двенадцати порталов, малышка, объяснила бабушка и снова тяжело откинулась на подушки. Двенадцать проходов в Сети, через которые жители Меридиана попытаются пробраться в наш мир.
Затаив дыхание, Хай Лин развернула свиток. Ничего не увидев, она удивленно посмотрела на бабушку. Неужели та за время болезни лишилась рассудка?
Здесь ничего не написано, растерянно сказала девочка.
Ты в этом уверена, Хай Лин? спросила бабушка, лукаво глядя на внучку и улыбаясь. При этом на ее лице появилось множество морщинок.
Хай Лин прикусила губу и снова покосилась на свиток. Вдруг бумага в ее руках завибрировала, и на ней с металлическим позвякиванием стали проступать смутные линии.
Ой! вскрикнула Хай Лин, вглядываясь в рисунок. Линии пульсировали и разрастались, превращаясь во все более усложнявшуюся схему. Они закруглялись или шли зигзагом, а пространство между ними заполняли замысловатые тени. Внезапно Хай Лин поняла, что ей знаком этот ландшафт. Он напоминал город, расположенный вдоль побережья, у самых гор.
Карта больше походила не на простую схему улиц, а на фотографию, сделанную с высоты птичьего полета. Хай Лин могла разглядеть изгибы каждой улицы, крыши всех до единого зданий, даже черно-белую башню маяка маяка, который девочка сразу узнала.
Она посещала это высокое пропахшее рыбой сооружение как минимум три раза во время школьных экскурсий. И всякий раз она пропускала мимо ушей половину того, о чем рассказывал экскурсовод: «Этот маяк одна из старейших построек в Хитерфилде. Он предотвратил несметное количество кораблекрушений и теперь служит фирменным знаком города, привлекая внимание туристов»
Это же Хитерфилд! воскликнула Хай Лин. В этот миг на бумаге появились последние улицы и здания. Глаза Хай Лин автоматически скользнули к ее родной части города. И тут девочка заметила, что одно из строений на карте начало пульсировать, а потом засияло розовым светом.
Эта яркая точка начала Хай Лин.
Спортивный зал твоей школы, где состоялось ваше первое сражение, кивнула бабушка. Это был первый проход. Пожар закрыл его.
Старушка протянула руку, взяла узловатыми пальцами внучку за подбородок и повернула ее нежное личико к своему, отмеченному следами времени. Хай Лин заглянула в бабушкины слезящиеся глаза и увидела в них смесь различных эмоций: любовь, усталость, надежду, тоску по прошлому, но главное решимость. Даже в тяжелой болезни бабушка оставалась очень сильным человеком. И она будто бы пыталась передать свою силу внучке.
Хай Лин очень хорошо запомнила этот момент Потому что от следующих слов бабушки девочку пронзил леденящий холод.
Но другие одиннадцать порталов, сказала бабушка, вы должны будете закрыть самостоятельно!
Глава 4
Нет, это был Оракул исполненное благости и мудрости существо. Именно он призвал на службу Стражниц Сети. И теперь Оракул наблюдал за бабушкой и внучкой из Храма Братства, расположенного в Кондракаре загадочном месте, парившем в самом центре Бесконечности. Храм окружала серебристая субстанция, легче воздуха и прозрачнее воды.
Оракул прогуливался по дорожке, паря щей над поверхностью поросшего водяными лилиями пруда. Похожая на лабиринт дорожка была бесконечной, как и расстояние между чистыми и теплыми водами прувершиной Храма. Стены также терялись где-то в неразличимой дали. Они были покрыты узорами, созданными тысячами художников из других миров. Вся эта красота была естественной обстановкой для того, кто сам нес в мир великое добро и красоту.
Оракул остановился и хлопнул в ладоши. Затем снова убрал руки в широкие рукава своего просторного одеяния. Тибор, суровый старик, который всегда сопровождал Оракула, тоже остановился. Его серебристые волосы и борода доходили
до пояса.
Лицо Оракула озарила спокойная улыбка. Он сосредоточился, и в воздухе рядом с ним возникло мерцающее зеленое окно, похожее на экран. Оракул и Тибор увидели в нем Хай Лин и ее бабушку представительницу сил Кондракара на Земле.
Услышав, как Ян Лин сообщила своей хрупкой, похожей на мотылька внучке о том, что Стражницы должны закрыть все проходы в Сети самостоятельно, Оракул одобрительно кивнул. Хай Лин, хоть и испугалась, но не стала возражать и не выдала своего страха.
«Робкая Тарани или упрямая Корнелия отреагировали бы по-другому», подумал Оракул. Но эта мысль не омрачила его безмятежный лик, потому что он знал и другое. Вскоре Тарани, Корнелия и остальные Стражницы научатся с готовностью принимать свою судьбу, расценивая каждое новое испытание как возможность развивать свои силы. Он знал, хотя сами чародейки об этом и не подозревали, что магия вошла в их кровь и плоть. Это было их предназначение, их призвание.