Я здесь, малыш. Не бойся, никуда не уйду
Меня окутал тревожный сон, в котором чёрные тени, смеясь, бросили беспомощное тело под ледяной дождь: я дрожал, захлёбываясь потоками воды, и звал на помощь. Как потом рассказывали друзья, в это время Крэг держал «младшенького» на руках, а Рас пытался влить в рот лекарство. Зубы выбивали дробь, поэтому содержимое кружки постоянно проливалось, вызывая споры и ругань напарников. Наконец, с грехом пополам, желаемое было достигнуто, и больного перестало трясти.
Новый сон согревал и убаюкивал: я увидел себя, бредущего по колено в высокой траве в сторону незнакомого города. Города, которого раньше здесь не было. Заканчивался месяц май: берёзовая роща осталась далеко за спиной, как и растаявшая прореха, похитившая меня из этого мира почти десять лет назад. Я выбросил в траву длинное одеяние Избранного, которое заставлял носить Рой красивое и лёгкое как шёлк, оно не годилось для простых людей.
Дорогой мой названый брат, ты считал, что этим показываешь свою любовь ко мне, делаешь мальчишку-человека себе ровней, закрывая глаза на наше очевидное различие. Но для других человек-Игрушка никогда не стал бы братом Избранного, как бы ты этого ни хотел хотя нам двоим было всё равно. Ты подставился под удар, чтобы сделать меня свободным, вернув домой, а я пока ещё толком не осознал ни нового счастья, ни потери. Только в груди скреблись тоска и сомнение: правильно ли поступил и буду ли жалеть о том, что пошёл своей дорогой?
Наверное, не должен. Каждый из нас принадлежит своему миру, мы чужие
Эта мысль так взбесила, что, не посмотрев под ноги, я споткнулся и долго лежал в траве, сдерживая слёзы и глядя на бегущие в небе облака, чувствуя себя одним из них холодным и бездушным, гонимым ветром, высокомерно поглядывавшим сверху на копошащихся внизу существ Нет, Рой, мы не чужие, и я обязательно снова увижусь с тобой, брат
Только приняв это решение, немного успокоился и, отряхнув грубое одеяние слуги, пошёл к городу в надежде, что там меня помнят и ждут. Выйдя на широкую дорогу, долго морщил лоб, пытаясь вспомнить, была ли она здесь раньше. Раздавшийся сзади странный визжащий звук, напугал так, что, шарахнувшись в сторону, я едва не попал под колёса красивой чёрной машины.
Выскочившие из неё двое ребят, не сказав ни слова, набросились на меня с кулаками. Растерявшись, я даже не защищался, согнувшись от первого же пинка. Удар под коленку сбил с ног, и тело беспомощно растянулось на дороге. Я опомнился, услышав хохот нападавших, и как
один из них, пьяно икая, сказал:
Посмотри-ка на этого урода, Серый! Из какой психушки он сбежал, ты видел этот прикид? Вот умора Давай стащим с него эти позорные штанцы, поржём
Его приятелю понравилась идея, но я уже взял себя в руки: в мире Избранных мне часто приходилось защищаться от нападок завистливых слуг и презиравших Игрушку одноклассников. Заботливый Рой обучал младшего братишку приёмам рукопашной борьбы, и, надо сказать, я в этом преуспел. И не только в обороне, в чём быстро убедились обидчики.
Через минуту они лежали, заливаясь кровью, жалобно моля о пощаде. Мне было плевать и на них, и на их вопли, а вот одежда заинтересовала, но раздевать придурков, конечно, не стал. Надо было проверить, сохранились ли в этом мире магические способности, и я рискнул. Результат получился неплохой синие штаны, из памяти выплыло забытое слово джинсы, свободная рубаха с короткими рукавами и необычная, но, как оказалось, очень удобная обувь на гнущейся подошве были скопированы с недругов.
Тем временем, голова, наконец, начала соображать: дорога была широкой, значит, в любой момент могли появиться и другие авто это слово тоже само пришло на ум пора было избавляться от ненужных свидетелей. Лёгкое заклинание сна пришлось очень кстати. Закинув негодяев в машину, осторожно передвинул её на обочину, мысленно благодаря Роя, заставлявшего непоседу каждый день заниматься магией.
Теперь я выглядел гораздо лучше, и можно было продолжить путь, но на душе стало ещё тяжелее. Попытка уговорить себя, что ничего страшного не произошло, и такое могло случится в любом из миров, с треском провалилась. Мне всегда казалось, что негодяев больше, чем хороших людей они словно грязная пена, всегда на виду, и от этой мысли легче не становилось. Что ж, неважное начало воссоединения с Родиной, оставалось надеяться, что дальше всё будет лучше?
Я шёл пешком по краю дороги, меня обгоняли автомобили: кто-то сигналил, а кто-то, оценивая взглядом, предлагал «подвезти», что безумно злило, заставляя искать привычный меч у бедра. Но он, увы, остался дома
Опять вспомнилась комната в поместье Избранного, такая светлая и просторная, с выходом в вечно цветущий сад и к большому пруду, где резвились золотые рыбки. Идиллия, мираж, сон Забудь об этом, Сан, навсегда забудь. Вместо этого в памяти мелькнули две убогие каморки, заставленные старой мебелью, развешанное на верёвках под кухонным потолком бельё, тесный стол, за которым приходилось есть по очереди, дети, наверное, мои братья, с воплями бегающие по узким коридорам Это твой дом, Сан, то есть, Сашка Воробьёв. Хорошо, хоть фамилию вспомнил, легче будет искать родных.