Перегрин Монкрейфф в Шотландии, 1993 год
На самом деле Фулд был впечатлён этим шагом, и Монкрейффа пригласили в Нью-Йорк для управления денежными рынками и торговли казначейскими бумагами США. Именно тогда отношения шотландца с Петтитом укрепились.
Когда дело доходило до управленческих решений, Дик слушал Криса, который никогда не боялся высказывать своё мнение. Дик уважал Криса. Они были хорошей командой, рассказывает Монкрейфф.
Шотландец очень
подружился с Петтитом, которого считал таким вдохновляющим человеком. Мы с Крисом действительно хорошо ладили друг с другом. Наверное, первоначально Крис был настроен против меня. Наверное, он думал: "О нет! Перри будет очередным умником". Крис не любил "умников", потому что, как мне показалось, в Lehman (возможно, Дик и некоторые другие руководители) о новых сотрудниках обычно говорили: "О, это умный парень", а потом оказывалось, что они ничего из себя не представляют.
Им было о чём поговорить, включая Вьетнам, Шотландию и военную историю. Одним из исторических героев Петтита был шотландский король-воин за независимость Роберт Брюс, и Монкрейфф происходил из его рода.
13 июля 1983 года Глюксман пришёл в офис раньше Питерсона, который был на совещании за завтраком, и, по словам Кена Аулетты, который вёл хронику смещения Питерсона в книге "Жадность и слава на Уолл-стрит", начал составлять срочные сообщения исполнительному помощнику Питерсона. Когда Питерсон вошёл, он направился в офис Глюксмана, не ожидая ничего необычного.
Я просто подумал, что это одна из наших еженедельных встреч, сказал Питерсон Аулетте.
Но Глюксман был напряжён, и Питерсон спросил его, что случилось.
Я много думал о своей жизни, сказал Глюксман. Ты знаешь, как важны для меня лодки, круизы и корабли. Примерно так же, как я испытываю удовлетворение, когда руковожу судном, я начинаю испытывать то же чувство по отношению к Lehman.
Он был недоволен своей ролью и считал, что его способности используются недостаточно, что у него, в отличие от Питерсона (культурного нью-йоркского интеллектуала и бездельника, который публиковал эссе в "Нью-Йоркском книжном обзоре" и считал Генри Киссинджера своим другом), не было никаких альтернатив.
В этом вся моя жизнь, сказал он.
Лью, правильно ли я тебя понимаю? переспросил Питерсон. Хочешь сказать, что ты хочешь вести бизнес в одиночку?
Глюксман не просто согласился с этим выводом; он сказал Питерсону, что хочет, чтобы тот до 30 сентября ушёл. Все знали, что Глюксман руководил повседневной деятельностью компании, и Глюксман знал, что может рассчитывать на поддержку совета директоров, если дело дойдёт до голосования.
26 июля 1983 года было созвано специальное заседание правления, и директора прибыли в 14:00, не имея ни малейшего представления о том, что происходит. К концу дня Питерсон полностью уступил.
Боб Генирс, партнёр, вспоминает, как его вызвали на заседание исполнительного комитета Lehman, где Глюксман сделал объявление.
Лью и Пит вместе встали, Лью сказал, что Пит уходит, а затем, к нашему удивлению, он попросил Пита выйти, чтобы "я мог поговорить с партнёрами, вспоминает Генирс. Я подумал, наблюдая за лицом Питерсона: "Мы ещё услышим о нём".
Монкрейфф объясняет:
В контракте Питерсона на случай ухода содержался пункт, согласно которому, если Lehman будет продана в течение определенного количества лет, он получит дополнительное выходное пособие, как и все партнёры, большинство из которых были банкирами, а не трейдерами. Большинство банкиров были кровно заинтересованы в том, чтобы Lehman была продана по любой цене. Они думали, что если компанию не продадут, они не получат надбавку. Он [Лью] перераспределит их акции среди своих избирателей, после чего эти акции выкупят по номиналу. В каком-то смысле это пример того, что абсолютная власть, возможно, не к добру.
11 мая 1984 года Lehman Brothers Kuhn Loeb была поглощена Shearson, розничной брокерской фирмой, приобретённой в 1981 году American Express за 360 млн. долларов. American Express тогда управлял Джеймс Д. Робинсон III. В её правлении были такие светила, как Киссинджер,
президент Джеральд Форд и Вернон Джордан. Компания Shearson была вторым по величине подразделением розничной торговли в стране, которым руководил Сэнфорд И. Сэнди Уэйлл, который ушёл почти сразу после заключения сделки. Его заменили его же заместителем Питером А. Коэном, темноволосым любителем сигар, склонным к резким выражениям.
Питерсон заработал на сделке 6 млн. долларов (12 млн. долларов по сегодняшнему курсу); Глюксман 15,6 млн. долларов (32 млн. долларов сегодня); Питер Соломон 7,8 млн. долларов (16 млн. долларов сегодня); Джим Бошарт 6,2 млн. долларов (13 млн. долларов сегодня); Рон Галлатин 6 млн. долларов (12 млн. долларов сегодня).
Но прежде чем слияние завершилось, каждого партнёра Lehman, которому принадлежало более 800 акций, попросили подписать соглашение об отсутствии конкуренции. (По словам Коэна, существовал секретный список из 53 имен, которые, по мнению Shearson American Express, были им нужны. На самом деле нас не волновало, что остальные не подпишут, говорит он.) Фулд держался до тех пор, пока его наставник Глюксман не капитулировал. Затем он согласился вместе с несколькими другими высокопоставленными банкирами Lehman присоединиться к недавно объединённой фирме. Фулд получил за подписание контракта 7,6 млн. долларов.