На большом экране жил Нью-Йорк. Там в окнах домов горел свет и по улицам катили машины.
Вы что! выдохнул потрясённый Сан Саныч. Там же народу миллионов, наверное, десять!
Оказалось, что, несмотря на все тяготы жизни, он остался совсем не кровожадным человеком.
"Десять", хмыкнул Брусникин и указал рукой на экран компьютера. Шестнадцать миллионов пятьсот двадцать шесть тысяч сто три человека Сто четыре Сто пять Сто семь Двойня, видно, родилась. Плодятся, как кролики.
Мы рождены, чтоб сказку сделать пылью! провозгласил лозунг ракетчиков полковник и нажал страшную кнопку.
Мигнули лампочки.
Пошла ракета! сказал Тимофеич и обрадованно потёр руки. Мы им покажем, как негров обижать!
Дегтярёв смотрел на экран остановившимся взглядом. Сегодня утром, попивая дома чаёк с бутербродами, а позже толкаясь в вагоне метро по дороге на работу, он и помыслить не мог, что к вечеру станет свидетелем начала третьей мировой войны.
Лицо крупным планом! сказал я оператору.
Собственно, ради вот этих кадров мы всё и затеяли. Видели ли вы раньше лицо человека, который знает то, чего не знают миллиарды других людей?
Изображение Нью-Йорка на экране дрогнуло и исчезло.
Вот! сказал Тимофеич бесстрастно. Будут знать, как выделываться.
Сан Саныч не успел ни осознать произошедшего, ни испугаться по-настоящему. В зал уже входила его жена. Она же и прислала к нам в программу письмо предлагала разыграть своего благоверного.
Я шёл следом. Увидев нас обоих, Дегтярёв изменился в лице в который уже раз за сегодняшний день. Понял, что произошло. И что всё не всерьёз.
Ну, вы даёте! пробормотал он после паузы. Я же поверил! Я же думал война!
И дальше такая тирада сплошное "пи-и-и". Хорошо ещё, что съёмка уже закончилась.
* * *
Борис поджидал меня в зале, в котором загружались продуктами машины.
Ну, вы дали! сказал он восхищённо. Я в полном восторге!
Я вежливо улыбнулся ему в ответ.
А когда полковник запуск произвёл! У этого мужика челюсть отвисла, клянусь!
Я продолжал улыбаться, хотя уже ничего не понимал.
Это, наверное, потому, что вы его напоили. Иначе бы он вряд ли клюнул.
Погоди-ка, остановил я его. А где ты был во время съёмок?
Рядом со мной его точно не было. И откуда же он мог знать, как всё происходило там, на съёмочной площадке?
У себя я был, Женька. И всё видел в прямом, так сказать, эфире.
Борис засмеялся и потянул меня за рукав.
Мы свернули в один из боковых проходов, прошли мимо одной двери, другой, а третью справа по ходу Борис распахнул. Я увидел небольшую комнату и ряд мониторов на длинном столе. На тех мониторах была вся жизнь подземного Борисова царства. Я видел все залы и тот, где мы только что снимали наш сюжет тоже.
Полный, в общем, контроль за обстановкой, хмыкнул за моей спиной Борис.
В комнате находился только один человек, огромных размеров парень что в высоту, что в ширину. Как бы Борис, но раза в три увеличенный. Даже лицом они были несколько похожи.
Мои глаза и уши, представил его Борис. Звать Алексеем.
Алексей осторожно пожал мою руку своей лапищей. Сжал бы по-настоящему быть мне калекой.
Классная работа! сообщил мне Алексей. Мы тут падали со смеху.
Как же вы камеру там установили? удивился я. Мои ребята монтировали декорации и никто ничего не заметил.
Высший пилотаж! сказал Борис. Есть и у нас специалисты!
Похлопал Алексея по плечу. Тот, наверное, и был тем самым специалистом, умеющим незаметно устанавливать видеокамеры.
Может, ещё что будете снимать у нас?
Я в ответ неопределённо пожал плечами. В ближайших планах ничего такого не было. Декорации будем разбирать.
Я не против, сообщил Борис. Чтоб, в общем, вы снимали.
Ему понравилось, я видел. Поблагодарил Бориса и пообещал когда-нибудь обратиться к нему опять.
Расставались мы друзьями. Борис долго тряс мне руку. Потом то же самое проделал Алексей.
Я думал, что с этим великаном никогда больше не встречусь.
Но ошибался.
* * *
Через две недели разыгрывалось большое действо. Вручались премии лучшим телевизионщикам страны. Так сказать, от коллег коллегам. Мы выдвигались сразу по четырём номинациям. И что-то должны были получить.
Когда-то мы выдвигались по семи номинациям и не получили ничего. Совсем. Нас проучили за строптивость и за нежелание играть в чужие игры. Мы тогда выстояли, чего не скажешь о наших недоброжелателях. Они кончили очень плохо. А мы окрепли. И с нами теперь так жестоко обходиться не решались. Так что что-то получить мы были должны обязательно.
Я, как представитель попавшей в шорт-лист программы, получил право от своего имени пригласить на церемонию нескольких гостей. Два приглашения я отправил Жихареву: одно для него, как для друга программы и спонсора, другое для Ольги. Я хотел её видеть, и, чтобы Жихарев поступил так, как нужно мне, а не как-то иначе, я в приглашении поставил её имя. Приглашение было отпечатано типографским способом, но там оставалась одна свободная строчка, как раз для имени и фамилии приглашённого. Я и написал имя: Ольга. А с фамилией затруднился: то ли она Жихарева, то ли носит другую фамилию. Я до сих пор не знал, кем она приходится Константину.
Вы бывали когда-нибудь на тусовках телевизионщиков? Зрелище почище цирка. Море эмоций и страстей, но всё прикрыто маской радушия и равнодушия, проявляемых одновременно. Здесь нет друзей, а есть конкуренты. Здесь нет великих и нет начинающих, потому что все гении. Хотя бы в своём собственном представлении. Здесь весело, потому что здесь настоящая жизнь. Все льстят друг другу, но каждый знает цену этой лести. А если все всё знают то это и есть цирк. Театр. Очевидное невероятное.
Дёмин встретил нас со Светланой у входа в зал. Он приехал раньше нас и уже успел многое узнать.
Нам отдают три номинации из четырёх, сообщил Илья. Забрали приз "За лучший сценарий". Не потому, что не тянем, а потому, что это единственная номинация, в которую попали кавээнщики. Если им этот приз не отдать они вообще остаются ни с чем. Посчитали, что несправедливо.
Несправедливо, согласилась Светлана. Они заслужили.
Нам улыбались и с нами раскланивались. Мы вежливо отвечали на приветствия. Я выискивал взглядом Жихарева и его бесподобную спутницу.
Ты кого-то ищешь? спросила меня Светлана.
Нет, буркнул я и отчего-то смутился.
Светлана посмотрела на меня подозрительно.
Наши места были рядом со сценой.
Садись у прохода, предложил мне Дёмин. За призами будет ближе ходить.
Он уже все вычислил. Настоящий администратор.
Я оглянулся и наконец-то увидел Жихарева. Ольга была с ним. Она и увидела меня первой. Улыбнулась благодарно и чуть смущённо тронула своего спутника за руку. Теперь и Жихарев меня увидел. Помахал мне рукой. Вместе они смотрелись великолепно. Идеальная пара. Я вообще-то не завистник, но Жихареву завидовал. Хотел бы я быть на его месте в эти минуты.
Действо тем временем началось. Роскошно украшенная сцена, ослепительные ведущие и вспышки блицев. Всё как положено. Дёмин не зря приехал раньше нас. Он уже знал, кто какой приз получит. Когда ещё только объявляли очередную номинацию, Илья говорил, кто победил. И практически не ошибался.
Вот тебе и тайна деятельности жюри, усмехнулась Светлана.
Жюри те же люди, сказал Илья голосом человека, прекрасно осведомлённого о внутреннем устройстве этой штуки под названием "жизнь". Так что ничего странного.
И насчёт наших побед информация у него была достоверная. Мы взяли призы в трёх номинациях из четырёх возможных. За призами выходил я, все три раза. Ещё когда вышел впервые, отыскал взглядом Жихарева и его спутницу. Мне предстояло сказать несколько слов, и я произнёс их, глядя на Ольгу.
Спасибо моим зрителям. Я делаю эту программу для них, для тех, кто нас любит.