Всего за 172 руб. Купить полную версию
С доброй улыбкой, не осуждая и не спрашивая, принял Онен мужа дочери своей, и открылся ему арели и сказал ему о страхе своём. И отвечал ему Онен так: Если чувствуешь в том нужду, то можешь пытаться изменить природу свою и ей, но не себе, ибо Абрина полюбила Грейль, не арели. Не изменить того, что я рождён человеком, а ты арели, и дана нам любовь не та, что эулиен, но меньше ли в ней Света оттого, что она исходит от нас? И сказал ему Абрин: Её чистота укоряет меня. Её Свет обвиняет меня. Рядом с ней пропадаю я, и страх завладевает мной, ибо плоть моя жжёт меня огнём, а глаза Грейль лишают рассудка. И где прежняя твёрдость моя, если рядом с любимой женой я слаб и съедаем страхом? Нет прежнего мужества в муже Грейль! И ответил ему Онен: Не печалься, Абрин. Не за прежние силы и славу полюбила тебя Грейль, и не тебе, мужу её, бояться признаться жене в страхе за неё, ибо мужество не в том, чтобы не бояться, а в том, чтобы доверять друг другу.
И в ночь, когда сияли звёзды и крепка была власть луны, госпожи их, пришёл Абрин к дражайшей жене своей, ибо неизреченная нежность завладела им, и не мог он утаить и скрыть её. И встречен был улыбкой Грейль, светлее которой нет на свете, и признался ей, под её же взглядом смятение отпустило его, и сказала эу мужу своему: Пусть буду я единственным страхом твоим, ибо и его обращу я в силу твою, и всякую слабость твою обращу в силу, и сомнения твои отведу. Не для того ли признали мы друг друга женой и мужем, чтобы быть бесстрашием и силой друг друга, и не оттого ли полюбила тебя я, Абрин, что в том, что называешь ты слабостью и есть твоя сила и Свет твой? Тогда же склонился Абрин перед женой своей и в светлые объятья её вошёл, и слабости своей не устрашился, и от Грейль не утаил её. Тогда осиян был он улыбкой эу и утверждён в ней, и так легли они по велению сердец своих как муж с женою, и по Свету трепетной Любви их и по нежной страсти её был ребёнок у Грейль, и вскоре узнала она о том и сказала мужу своему. Так лишился Абрин сна и покоя, и сделался звонкий смех предвестником его самого, а сам он тенью жены своей. Когда же пришёл срок Грейль разрешиться в родах, поставил Седби сильнейших из войска своего перед покоями Грейль, ибо лишь так могли сдержать они арели, что желал войти к жене своей. И удерживали они его силой и словом, но не смогли удержать, потому что повторила Грейль имя мужа своего. И разметал он товарищей своих и вошёл в покои, тогда же оставили все эулиен их, и поднесла Грейль мужу своему дочь их. Её же вскоре принял Финиар её из рук отца и нарёк Ифхи́ру [Ifhíru].
Hi bráytal` érki, kíl`ye úrut vol` bráytil`, kowb híleimil` ti, oh víe míen! Íl`i háol hílē beíl`tane híol térlen ret éniē fa átarē áldanē. Émugii íemi kevh émugii Íl`i ámugen ítamen áhen. Im duh wh éahē hi ev el`horúruen, o íurh míik tiy víe míen im níe áku ókenē. Erk ret bráytenne ü ín ínhin el`térlen i Íl`e. Im isít im ísurmen térlenfor ténē, ki ni tentát nih éke, nih tórnē, im is térlenfor ténē, ki ni híanu nöral` íeh, átu mo vo māynd im wh ékem vo íl`i maynd.6 (1)
(1) L. I. I. V. E. 80:38
Так была Ифхиру рождена от прекрасной Грейль, дочери Элигрен, дочери Виэльлине Маленького безумца, сына Эливиена Путешественника, славного сына Финиара, и от мужа Грейль, что был из арели бесстрашного Абрина. Взяла Ифхиру красоту свою от сияния гордых звёзд и Свет от прекрасной своей матери, также в полной мере перешла к ней и красота отца её, и была Ифхиру одной из прекраснейших эулиен Дома своего. В Любви, заботе и попечении воспитывали её. И много Фиэльли трудилась над ней и весь род Ирдилье. А потому благородной и мудрой выросла Ифхиру, и глубоким поклоном привечал её сам Финиар. Всю сердечную нежность свою и осторожную заботу отдал Абрин первой дочери своей и крепким щитом стал для сердца её от всякого ветра недружественного и злого, от взгляда нечистого и слова осуждающего. Много гордилась им Грейль, прекрасным мужем своим, и не жалел добрых слов Финиар, хваля его. И вскоре стала Ифхиру, подобно отцу своему верной опорой для сердца перед злыми ветрами этого мира, и с тяжким сердцем отпустил её Абрин, когда попросила Ифхиру разрешения уйти к людям, дабы взять путь свой и служение.
Долго странствовала по мирной земле неутомимая Ифхиру, и учительствовала она, и лечила, и очищала воду. И так пришла на север мирной земли, где поселилась среди людей, скрывая Свет свой и золотую кровь. И так нашла себе место при дворе умом своим и красотою, а также неутомимой заботой рук своих. Высоко ценил её король и желал её, высоко ценили Ифхиру воины его и братья и желали её, всякий из мужчин, кто видел и знал её не желал себе иной жены, кроме Ифхиру, никто же из них не решался и приблизиться к ней, ибо столь велик и горд был Свет Ифхиру, что удерживал всякого от неверного шага. Так заняла Ифхиру при дворе место оллама7 и ведала книгами и хрониками, она же прогнала друидов, прельщённых близостью власти, прочь от двора короля своего. Много добрых слов и подвигов было за Ифхиру, но золото прошлого с сокровищами его и именами, доблестью и славой вот истинная заслуга её перед людьми, ибо эти сокровища честно сберегла она и оставила им.
Был же день перед королевским праздником и ночь его. И собрались все люди севера и юга, запада и востока подле высшего короля своего, ибо так было заведено. И была ночь безустанного празднования, музыки и вина. И стояла Ифхиру в стороне, ибо всё это не мило было ей. Тогда же увидел один из пирующих Свет её, и не смог ничего поделать с сердцем своим, и приблизился к Ифхиру, и завёл с ней беседу чинную и благородную, как полагалось ему. Был же это И́мреи [Ímrei], юный арели из-под холмов Борхе.
Много славных родов держит мирная земля. Много эулиен окормила она покровительством своим, многим из арели оказала честь и приняла их с любовью. Vol` Ímrei káreuli élatē, el`kánih` el`dáor, el`dábi, mayndéren ek íyen ret Úimiē Íl`mē. Et vol` páyei nói Isúla Íldari, káreul Móurnug im Evfér, tshímre Mídaē ret Dun Eskále vol` nói máyei8 (2). Седьмым сыном был Имреи среди детей отца своего и назван был им Доблестным Светом, ибо высоко ценил Исула всякий Свет и крепко держался его. Да не оставит Свет дом его и тех, кто в нём!
(1) так были от первого дня арели, не избегавшие Света, и те, что тяготели к нему. Были такими и Исýла [Isúla], чей род никогда не вставал против эулиен, и Мида. Широк и прославлен род Исулы Благословенного от гор Морн до самого края мирной земли. Мида же, смелый и славный король, был убит Анкхали, и многие сыновья его также погибли, не приняв власть Бессветлого, те же, что выбрали жизнь, были помилованы им и обращены к тени. Дочери же Миды продолжили род его. Так стала Эвфéр [Evfér] госпожой Исулы, а тёмная сестра её Тэмлэ́й [Tēmléy] госпожой Альтира, главы дубового рода его под корнями деревьев мирной земли и за краем её. И трое сестёр их продолжили род Миды в Свете и тени. Было же это во времена, когда ещё не пробудила Эликлем печалью своей Владыку и не вошёл он в свою власть в подзаконном мире, что есть у него ныне.
И пуще огня королевского пылали сердца их. И Светом спасительным стал Свет глаз Ифхиру и Имреи в ту ночь. Он же и стал рассветным. Всякое начало в Свете. Всякий Свет Свет Слова. В словах их и Свете родилась Любовь. Её же благодарим мы за новый день для всякого, кто встретил его.
И так окончен был праздник, и опустел спасительный чертог, но никак не могли Ифхиру и Имреи оставить друг друга, ибо беседа их не была окончена, и не могли сердца их вынести и мысли о разлуке.
Настал же день и час, и встревожились в доме Исулы долгим отсутствием Имреи, и послал отец его за ним. И пришёл неусыпный поверенный за ним и нашёл Имреи преображённым. Тогда же из-за страха перед участью гонца с тяжким сердцем оставил Имери возлюбленную свою и отправился в предел отца своего и матери, но оставил Ифхиру хетаках из нити платья своего как клятву, что он вернётся за ней, что бы ни случилось. И, вернувшись в дом свой, честно сказал Имреи королю и отцу своему, что не может он больше оставаться под сенью дома его и под властью его, ибо обрело его сердце дом в сердце эу Ифхиру, и её власть теперь над ним выше власти отца его, а потому желает Имреи быть с госпожой своей неразлучно всю вечность, отведённую им, и служить ей, и оберегать её, и ради этого права жертвует наследным престолом своим и сыновьим правом сына Исулы. Горько было славному королю слышать такие слова от возлюбленного сына своего, выращенного в почтении и Любви, достойным всякого трона в мире над или под твердью его, но мудр был Исула и выше прочих даров почитал Любовь, а потому не воспротивился ей и вскоре отпустил Имреи с благословением своим к возлюбленной его, ибо великой честью счёл Любовь юной эу из рода Эйвели к сыну своему. И так, хоть и минуло в мире эу немало лет, (3) вернулся Имреи к ожидавшей его Ифхиру в день, когда хетаках на запястье её порвался от старости. Тогда же поднял его Имреи и вместо хетаках предложил Ифхиру душу свою, исполнив ифхёлье над нежной рукой её. И в тот же день по желанию их был праздник в Доме Ифхиру и рода её, что был шумен и ярок, не чета королевским праздникам смертных, ибо в этот день и дни, наследовавшие ему, праздновали эулиен соединение Ифхиру и Имреи и до последних огненных листьев грядущей осени славили их имена. Да смилуется Бог наш и пошлёт искру славы тех дней и в наши серые дни, ибо и она одна утешит и ободрит нас, как могли ободрить и утешить влюблённые Ифхиру и Имреи одним лишь видом своим и улыбкой!