Всего за 172 руб. Купить полную версию
(4) так есть клятва над свечой, она же тéйлен и́льрелэ [téylen íl`relē] клятва свечи, или тéйлен э́лигэ [téylen éligē] клятва пламени одна из особых клятв эулиен, когда двое скрепляют руки свои в рукопожатии над горящей свечой и тем тушат пламя той свечи, и оно погибает в их ладонях, оставляя на них след печать произнесённой над огнём клятвы.
Всё сотворено Творцом и названо им в свой час. Всё друг другу родственно и соприродно, даже то, что, кажется, противостоит друг другу, хотя создано вместе и не может без другого. Ни человек, ни арели, ни эулиен не есть враги, но братья, ибо единоназваны Создателем, задумавшим их. Но в подзаконном мире, суровейшем из всех соназванных миров каждый ищет не соединения, но разделения, и не хочет быть со всеми, но сам по себе, лучше других. Потому дух стоит над плотью, и он свободен, но лишён права, ибо лишён правил. И потому арели-э-Данаэ стоят над рани и удунаи. И потому так презирают человека и так очарованы им, ибо дух человека выше духа арели, но облечён законами плоти и мира, довлеющего над ним. И потому арели так люто ненавидят эулиен, ибо в них явлено то, чего лишены арели от начала своего, их же боятся арели и ненавидят за то, на что обрекла народ их всесветлая Эликлем, дав им печальное право в мире подзаконном и принудив их к вечной тоске о нём. Каждый народ учит детей своих не верить другому, каждый стращает сказками о злобе и коварстве другого народа, хоть одни и те же истории рассказывают друг другу и одним и тем же пугают друг друга. Оттого арели не верят эулиен, а эулиен не доверяют людям, и люди страшатся эулиен и ненавидят их. Дух каждого тянется ввысь, ожидая соединиться с изначальным Светом, от которого сам он есть, но мы в невежестве своём, как умеем, следуем за ним и выбираем каждый свой инструмент по разумению своему: науку ли, войну ли, магию ли, молитву ли. Но лишь Надежда общий путь, которым может прийти дух всякого к Любви, ибо Надежда один из знаков Любви. Самый широкий путь и самый щедрый.
Долго учились Алларда и Ильнуб верить друг другу, много обличий сменил арели, не зная, как подступиться к эу, пока не утвердился в одном из них, в котором пребывал при первой их встрече. Тогда же принял Алларда плоть и отринул естество арели, поверив эу и следуя за ней. И научилась эу верить Алларде, следя за переменой настроения его, и успокаивая его, и охраняя от гнева и всякой печали. Так избыл Алларда изменчивость арели и приучился к верности, хотя по-прежнему бывал печален и вспыльчив, но слушал сердце, что билось в нём, а не следовал за стихией мимолётной страсти, что первобытным чувством врывается в грудь всякого арели, чтобы промелькнуть и исчезнуть, оставив за собой мучительную пустоту и отчаянье всякой преджизни.
Отдохни, о путник многих печалей!
Пусть ветер разгуляется в груди.
Где бы ты ни был сияют звёзды,
Где бы ты ни был возможен Свет!
Когда же открыл для себя Алларда сокровище улыбки эу и так же ответил ей, решила Ильнуб, что пора им с арели вернуться в Светлый Дом.
Тот, кто открыт Надежде не безнадёжен. (5)
(5) L. I. I. V. E. 18:38
Так пришли Ильнуб и арели к ступеням Светлого Дома, и устрашился Алларда и медлил, ибо знал грехи свои и помнил бессчетное множество их. И сказал он эу: Я не войду, ибо я грешен. И сказала ему Ильнуб: Скажи «прости, Боже», и отверзнется путь для шага твоего. Но сказал Алларда: Я арели. И сказала ему Ильнуб: Скажи «прости, Боже», и отверзнется путь для шага твоего. И собрался арели, и перед ступенями Светлого Дома склонил колени свои, тогда же воздел он руки к небу, как делают это эулиен в молитве, и сказал в сердце своём «прости меня, Боже». И взяла Ильнуб Алларду за руку, и вместе с поклоном перешагнули они порог обители, и так вошёл арели в Светлый Дом, и Свет его осиял его. Тогда просил арели Ильнуб отвести его к семьям тех эулиен, что убил он при ней, дабы принёс он своё покаяние им и предложил свою службу. И исполнила Ильнуб по воле его, и никто из эулиен не пожелал служения арели, и, видя сокрушение его, простили его. Тогда же мать одного из эулиен, казнённых Аллардой, привела его к Финиару. И выслушал Всеспрашиваемый историю арели и принял его в объятья свои. Тогда же спросил он, чего желает Алларда? И ответил тот: очищения. Тогда отвёл его Финиар в глубину покоев своих и поставил арели перед свечой его, что вспыхнула, едва вошёл он в Дом эулиен. И взял Финиар руки арели и молитву свою прочитал над ним, и так исполнил обряд нуахтинени, очищение именем, и стал Алларда с того дня Иси́ан [Isían].
Пожелал Исиан измениться и изменить жизнь свою. Звал Седби его в войско своё, но отказался арели от всякой войны, и запретил себе, и зарёкся. Взял Исиан себе послушание в Оленьем роду и труд себе нашёл там, дабы ничто не напоминало в нём прежнего арели Алларду. Эликлем же стала верным наставником его и другом, которую почитал Исиан как мать. Она же свидетельница того, как проснулась нежность в сердце арели, и трепет её поселился в нём. Научился Исиан доверять эулиен и верить чужой заботе, принимать её, не оскорбляясь и доверяя ей. Но пуглива была улыбка Исиана, ибо едва видел он Ильнуб исчезала она с лица его, и краснел он, и становился бледен, и дрожь сходила на него. И не знал Исиан прежней силы и воле своей не подчинялся, тогда же спрашивал он Эликлем в великом испуге, что ему делать и как быть? И сказала ему Эликлем так: То, что сейчас называешь ты слабостью своей есть величайшая сила твоя. Бессилен ты лишь потому, что не в праве силы своей, и источник её не принадлежит тебе, оттого и волнение твоё, и слабость, и трепет. Таков один из ликов Любви. И если желаешь исцеления добейся Ильнуб, и то, что прежде делало тебя недужным исцелит тебя и сделает неодолимым, как никогда прежде. Не знал арели прежде, что есть Любовь, и вот так узнал её. С того же дня двенадцать лет ухаживал он за Ильнуб с великим почтением и осторожностью, любезно и изысканно, как может лишь только арели. Двенадцать лет удерживал Финиар Ильнуб, приходившую к нему, от амевиль, ибо был мил ей Исиан, и ещё прежде, чем узнал сам о Любви своей, сделался силой самой Ильнуб и в сердце её был назван Светом его, но ещё не перестало сердце самого арели нуждаться в печали, и потому запрещал Всеспрашиваемый Ильнуб и удерживал эу. Когда же прошло двенадцать лет, и позабыл о Печали прежней госпоже своей арели, пришли Исиан и Ильнуб к Финиару вместе и вместе просили его об амевиль. И уже ожидал их Финиар, ибо всё было готово к торжеству их. И потому в тот же день был праздник свадьбы их, и в праве жены и мужа соединил Всеспрашваемый двух влюблённых, тогда же слабость оставила Исиана, и обрела Ильнуб сильного и верного мужа, одного из достойнейших мужей Светлого Дома.
Все мы ожидаем милостивых чудес, сокровенного Чуда, ищем Любви и умоляем о ней, не ведая, что мы слепые мастера, приставленные к камню человеческого сердца, которое и есть драгоценность, философский камень, что ждёт чуткого взора и тонкой работы. (6)
(6) L. I. I. V. E. 141:41
Нежная и властная Любовь была дана Ильнуб и Исиану, в ней же да процветают они!
Звенье сто двадцать четвёртое. Ифхиру и Имреи
Отшумел праздник свадьбы Абрина и Грейль, и во многих объятьях побывал Абрин и верных улыбок принял много, но смотрел он теперь на жену свою и не знал сладу с сердцем своим, ибо все дела свои прошлые знал он и помнил, и час, что исцелил его, и не мог он найти покоя, и не смел приблизиться к возлюбленной своей, что блистала среди всех красавиц и затмевала их Светом и улыбкой. Так боялся Абрин томной страсти своей, ибо чистота эу укоряла его, и не смел, и не мог он рассказать ей о страхе своём. Тогда же искал он совета и поддержки, и так обратился к Онену за утешением.