Правая закручена в штопор, капот разворочен. Неудивительно, что боец принял меня за немца. Поди разбери, что это за
самолет.
Эх, “Як” мой, “Як”! Сколько раз мы с тобой побеждали в небе и выручали друг друга! И сейчас ты спас меня в последний раз, ценой своей
жизни.
Прижимаюсь лбом к еще горячему капоту.
— Хорошо ты дрался, дружище, — говорю я, и мне кажется, что “Як” слышит меня и отвечает. Или это потрескивают остывающие детали
раскаленного мотора?
Подхожу к бензобаку и открываю сливной кран. Весело журчит струйка бензина.
— Прощай, солдат. И прости, если сможешь, — говорю отойдя на несколько шагов, бросаю в лужу бензина горящую спичку. Останки “Яка”
вспыхивают жарким пламенем.
Снимаю шлемофон, достаю “ТТ” и салютую “Яку”. Молча смотрю на пожирающее самолет пламя. Поняв смысл происходящего, солдаты тоже обнажают
головы и в молчании смотрят на погребальный костер.
— Проводи меня до командира, сержант, — прошу я.
Глава 18
У костра, очерченного кругом
Чуть усталых солдатских глаз,
Идет разговор о многом
И, конечно, о нас.
Р. Шехмейстер
В блиндаже, освещенном двумя большими коптилками, сидят шесть командиров. У дверей — радиостанция, за которой дежурит девушка-ефрейтор.
Я определяю старшего — это капитан моих лет — и представляюсь:
— Гвардии капитан Злобин, командир эскадрильи 2-го Гвардейского истребительного авиационного полка. Находился в разведке, сбит в воздушном
бою, сел на вынужденную посадку в вашем расположении.
Капитан представляется в свою очередь:
— Капитан Ненашев, командир батальона 414-го стрелкового полка. Держим оборону. Здоров? Не ранен?
— Все в порядке, спасибо.
— Могу чем-нибудь помочь гвардии?
— Можешь. Первое, — я отстегиваю планшет с картой и подаю его капитану, — эту карту надо как можно скорее доставить в штаб фронта. Здесь
последние данные о расположении танковой группы Гудериана.
Капитан бросает на карту взгляд, и его скуластое лицо вытягивается.
— Еремин! Мухой — в штаб дивизии! Бери трофейный “Хорьх” и лети, словно тебе зад скипидаром смазали.
Молоденький лейтенант вскакивает.
— Есть доставить карту в штаб дивизии!
— Береги ее, лейтенант, как невесту, как маму родную, — прошу я его. — За эту карту восемь гвардейских асов головы сложили.
— Не беспокойтесь, товарищ гвардии капитан, доставлю в целости-сохранности, — заверяет лейтенант и выбегает из блиндажа.
— Слушай, гвардия, что они, в самом деле уже сосредоточились для удара? — спрашивает Ненашев с беспокойством.
— Да нет, это я так, от балды нарисовал.
Капитан мрачно улыбается и спрашивает:
— Ну а второе?
— Мне нужна связь со своей частью.
— Нет проблем. Только на прошлой неделе рацию нам в батальон выдали. Хоть со Смоленском, хоть с Москвой поговорить можно. Тоня, помоги
гвардейцу связаться с его частью.
Выяснив у меня частоту. Тоня быстро устанавливает связь со штабом моего полка и передает мне микрофон.