Всего за 549 руб. Купить полную версию
Так, постародавнемуобычаю,каждыйгодпередвесеннимипоходами
происходил смотр государевых служилых людей - дворянского ополчения.
Василий и Михаила сели верхами. Цыганову и Алешкину лошадейраспрягли,
посадили на них без седел двух волковскиххолопов,атретьему,пешему,
велели сказать, что лошадь-де по дороге ногу побила. Сани бросили.
Цыган только за стремя схватился: "Куда коня-то моего угоняете? Боярин!
Да милостивый!"... Василий погрозил нагайкой: "Пошуми-ка..."Акогдаон
отъехал. Цыган изругался по-черному и по-матерному, бросил в сани хомути
дугу и лег сам, зарылся в солому с досады...
Об Алешке забыли. Он прибрал сбрую в сани. Посидел, прозяб без шапки, в
худой шубейке. Что ж - дело мужицкое, надо терпеть. И вдруг потянулносом
сытный дух. Мимо шел посадский в заячьей шапке, пухлый мужик смаленькими
глазами. На животе у него, в лотке под ветошьюдымилисьподовыепироги.
"Дьявол!" - покосился на Алешку, приоткрылсуглаветошь,-"румяные,
горячие!" Духом поволокло Алешку к пирогам:
- Почем, дяденька?
- Полденьги пара. Язык проглотишь.
У Алешки за щекой находились полденьги -полушка,-когдауходилв
холопы, подариламамканагорькоесчастье.Ижалкоденег,иживот
разворачивает.
- Давай, что ли, - грубо сказал Алешка.Купилпирогиипоел.Сроду
такого не ел. А когда вернулся к саням, - ни кнута, ни дуги, ни хомутасо
шлеей нет, - унесли. Кинулся к Цыгану, -тотиз-подсоломыобругал.У
Алешки отнялись ноги, в голове - пустой звон. Сел было наотводсаней-
плакать. Сорвался, стал кидаться к прохожим: "Вора не видали?.."Смеются.
Что делать? Побежал через площадь искать боярина.
Волков сидел на коне, подбоченясь, - в меднойшапке,нагрудиина
брюхе морозом заиндевели железные, пластинами, латы. Василия неузнать-
орел. Позади - верхами - два холопа, как бочки, в тигелеях,наплечах-
рогатины. Сами понимали: ну и вояки! глупее глупого. Ухмылялись.
Растирая слезы, гнусавя до жалости, Алешка стал сказывать про беду.
- Сам виноват! - крикнул Василий, - отец выпорет. А сбрую отец новую не
справит, - я его выпорю. Пошел, не вертись перед конем!
Тут его выкрикнул длинный дьяк, махая бумагой. Волков с места вскачь, и
за ним холопы, колотя лошаденок лаптями, побежаликНикольскимворотам,
где у стола, в горлатной шапке и в двухшубах-бархатнойиповерх-
нагольной, бараньей, - сидел страшный князь Федор Юрьевич Ромодановский.
Что ж теперь делать-то? Ни шапки,нисбруи...Алешкатихоголосил,
бредя по площади. Его окликнул, схватил за плечо Михаила Тыртов,нагнулся
с коня.
- Алешка, - сказал, и у самого - слезы, и губы трясутся, - Алешка,для
бога беги к Тверским воротам, -спросишь,гдедворДанилыМеньшикова,
конюха. Войдешь, и Даниле кланяйся три раза в землю...Скажи-Михаила,
мол, бьет челом... Конь, мол, у него заплошал... Стыдно, мол... Дал быон
мне на день какого ни на есть коня -показаться.