Всего за 9.99 руб. Купить полную версию
Дарузес
Калифов женскогополанемного.Поправурождения,посклонности,
инстинкту и устройству своих голосовыхсвязоквсеженщины-Шехеразады.
Каждый день сотни тысяч Шехеразад рассказывают тысячу иоднусказкусвоим
султанам. Но тем из них, которые не остерегутся, достанется вконцеконцов
шелковый шнурок.
Мне, однако, довелось услышать сказку об одной такойсултанше.Сказка
эта не вполне арабская, потому что в нее введена Золушка, котораяорудовала
кухонным полотенцем совсем в другую эпоху и в другой стране. Итак,есливы
не против смешения времен(что,какнамкажется,придаетповествованию
восточный колорит), то мы приступим к делу.
В Нью-Йорке есть одна старая-престараягостиница.Гравюрыснеевы
видели в журналах. Ее построили - позвольте-ка - еще в то время, когдавыше
Четырнадцатой улицы не было ровно ничего, кроме индейской тропы на Бостон да
конторы Гаммерштейна. Скоро старую гостиницу снесут. Ивтовремя,когда
начнут ломать массивные стены и с грохотом посыплются кирпичи по желобам, на
соседних углах соберутся толпы жителей,оплакиваяразрушениедорогогоим
памятника старины. Гражданские чувства сильны в Новом Багдаде; апущевсех
будет лить слезы и громче всехбудетпоноситьиконоборцевтотгражданин
(родом из Терр-Хот), который умиленнохранитединственноевоспоминаниео
гостинице - как в 1873 году его там вытолкали в шею,струдомоторвавот
стойки с бесплатной закуской.
В этом отеле всегда останавливалась миссис МэггиБраун.МиссисБраун
была костлявая женщина летшестидесяти,впорыжеломчерномплатьеис
сумочкой из кожи того допотопногоживотного,котороеАдамрешилназвать
аллигатором. Она всегда занимала в гостинице маленькую приемную и спальню на
самом верху, ценою два доллара в день. И все время, пока она жила там, к ней
толпами бегали просители, остроносые, с тревожнымвзглядом,вечнокуда-то
спешившие. Ибо Мэгги Браун занимала третье местосредикапиталистоквсего
мира, а эти беспокойныегосподабыливсего-навсегогородскиемаклерыи
дельцы, стремившиеся сделатьнебольшойзаеммиллионовэтаквдесятьу
старухи с доисторической сумочкой.
Стенографисткойимашинисткойвотеле"Акрополь"(нувот,яи
проговорился!) быламиссИдаБэйтс.Онаказаласьслепкомсгреческих
классиков. Ее красота была совершенна. Кто-то из галантныхстариков,желая
выразитьсвоеуважениедаме,сказалтак:"Любовькнейравнялась
гуманитарному образованию". Таквот,одинтольковзгляднаприческуи
аккуратную белую блузку мисс Бэйтс равнялся полному курсу заочногообучения
по любому предмету. Иногда она кое-что переписывала дляменя,ипоскольку
она отказывалась брать деньги вперед, то привыкла считать меня чем-товроде
друга и протеже. Она была неизменно ласкова и добродушна, идажекоммипо
сбыту свинцовых белил или торговец мехами непосмелбывееприсутствии
выйти из границ благопристойности.