Помню, что женщина справа
еще раз заговорила со мной тем же несколько приподнятым шепотом.
- Очевидно, какая-то задержка, -сказалаона. -Выкогда-нибудь
видели судью Ренкера? У него лицо _с_в_я_т_о_г_о!
Помню, как органная музыка неожиданноидажевкаком-тоотчаянии
вдруг перешла с Баха на раннего Роджерса и Харта. Но главным образом я как
бы сочувственно стоял над собственной больничной койкой, жалея себя за то,
что приходилось подавлять припадки кашля. Все время, пока я сиделвэтой
гостиной, изредка мелькала трусливая мысль, что, несмотрянакорсетиз
липкого пластыря, у меня хлынет горлом кровь или вот-вот лопнет ребро.
В двадцать минут пятого, или, грубо говоря через двадцать минут после
того, как последняя надежда исчезла, невенчанная невеста, опустивголову
невернымшагомподдвустороннимконвоемродителейпроследовалавниз
подлинной каменной лестнице на улицу. Там, словно передавая с рук на руки,
ее наконец поместили в первуюизлакированныхчерныхмашин, ожидавших
двойными рядами у тротуара. Момент был чрезвычайно живописный -настоящая
иллюстрация из журнала, - и, как полагается на таких иллюстрациях, внее
попало положенное число свидетелей: свадебные гости (втомчислеия),
хотя и пытаясь соблюдать приличия, уже стали толпами высыпатьиздомуи
жадно, чтобы не сказать, выпучив глаза, уставилисьнаневесту. Иесли
что-то хоть немного смягчило картину, тоблагодаритьзаэтонадобыло
погоду. Июньское солнце палило и жгло с беспощадностью тысячи фотовспышек,
так что лицо невесты, в полуобморокеспускавшейсяскаменнойлестницы,
плыло в каком-то мареве, а это было весьма кстати.
Когда свадебныйэкипаж, таксказать, физическиисчезсосцены,
выжидательное напряжение натротуаре-особенноподсамымполотняным
балдахином, где околачивался и я, - превратилось в обычную толчею, иесли
бы этот дом был церковью, а день - воскресеньем, можно было подумать, что
простоприхожане, толпясь, расходятсяпослеслужбы. Внезапнос
подчеркнутой настойчивостью стали передавать якобыотимениневестиного
дяди Эла, что машины поступают в_р_а_с_п_о_р_я_ж_е_н_и_е_гостей, даже
если прием не состоится и планы изменятся. Судя по реакции окружавших меня
людей, это было принято как "beau geste". Но при этомбылосказано, что
машины поступят "в распоряжение" только после того, как внушительный отряд
весьма почтенных людей, называемых "ближайшие родственники невесты", будет
вполне обеспечен всем транспортом, который окажется необходим, чтобы и они
могли сойти со сцены. И после несколько непонятной, какмнепоказалось,
толкотни (во время которой меня зажали как в тиски иприковаликместу)
вдругдействительноначалсяисход"ближайшихродственников": они
размещались по шесть-семь человек в машине, хотя иногда садились и по трое
и по четверо. Зависело это, как я понял, от возраста, поседенияиширины
бедер первого, кто садился в машину.
Вдруг по чьему-то указанию, брошенному вскользь, но весьмачетко, я
очутился у обочины, около балдахина, и стал подсаживать гостей в машины.