Всего за 329 руб. Купить полную версию
А потом я задумывалась об иностранных учениках в этой американской школе – обо всех японцах, испанцах, французах, норвежцах, индийцах, арабах, иранцах, немцах, голландцах, китайцах. Как они изучают целые предметы, например, историю, алгебру и физику, на английском языке, который им вообще не родной?
Когда они спрашивали меня что-то типа «Как обнаружить этих спортзал?» или «Ты обитаешь Америка?», их английские фразы были куда осмысленнее моих итальянских.
По ночам, когда я пыталась учить итальянский, иногда я настолько злилась из-за того, что не могу что-то запомнить, что швыряла книгу об стену. Тётя Сэнди слышала глухой удар и стучалась ко мне.
– Опять занимаешься итальянским? – спрашивала она. Она сочувствовала мне, потому что сама однажды пришла домой с испорченной причёской – не смогла объяснить парикмахеру, чего хочет.
Учительница итальянского сделала мне только один комплимент, хотя я тогда даже и не поняла, что это комплимент. Она сказала, что у меня «итальянский язычок». Мне это показалось оскорблением, но Гатри объяснил, что это значит, что у меня хорошее произношение. Мне даже стало интересно: может быть, это всё потому, что я слышала, как некоторые из этих слов произносит мама, и их звучание отложилось в голове?
Сны Доменики Сантолины Дун
Я получила целый мешок писем от родителей, Стеллы и Крика. Письма были по-итальянски, и я не могла их прочитать. Я показывала письма окружающим, но никто их тоже не мог прочитать. «Это не настоящий итальянский», – говорили мне. Некоторые письма сопровождались рисунками, но я не смогла их рассмотреть. Они были очень, очень чёрными. «Должно быть, они тоже на итальянском», – подумала я.
Глава 9
Ступни и зубы
Я получила ещё две открытки от тёти Грейс и тёти Тилли.
Дорогая Динни!
Спасибо тебе за открытку. У меня ещё не было марок из Швейцарии! Не понимаю, почему тебе приходится говорить по-итальянски, ты же не в Италии. Надеюсь, ты скоро сходишь порыбачить.
Операция на ступне у Лонни прошла не очень хорошо, но он пошёл к специалисту, так что ампутировать всё-таки не придётся, и это стало для него огромным облегчением, уверяю тебя.
Я собираюсь к Тилли. Отнесу ей немного рагу, потому что она совершенно не умеет его готовить.
Вот тебе целый газиллион объятий.
Люблю-люблю-люблю,
Твоя тётя Грейс.
А вот что писала тётя Тилли:
Дорогая Динни!
Твой папа справится, не беспокойся. Очень трудно растить ребёнка, а потом видеть, как он вылетает из гнёздышка, но это хорошо.
У меня есть фотография малыша Стеллы, он очень миленький.
Может быть, тебе стоит сходить на рыбалку одной?
Я собираюсь исправить зубы, буду выглядеть как Мэрилин Монро!
Пойду приготовлю желе. Скоро придёт Грейс, принесёт своё ужасное рагу. Не говори ей, что я тебе про это написала.
Умножь два этих поцелуя на миллиард и узнаешь, сколько я тебе их посылаю: хх
С любовью, твоя тётя Тилли, чемпионка по приготовлению чизкейков с желе.
Глава 10
Жалобы
Лила больше не считала всё вокруг «потрясающим» и «невероятным». Теперь у неё всё было «ужасным». Иногда я даже думала, что она специально заставляет людей её не любить. Началось всё со второго учебного дня, когда она потребовала сменить соседку по комнате. Лилу поселили в одной комнате с Белен, которая училась уже второй год.
– Я не понимаю ни одного её слова, – пожаловалась Лила.
– Скоро начнёшь понимать, – пообещал ей комендант общежития.
Лила позвонила родителям в Саудовскую Аравию и пожаловалась. Потом пошла колотить в дверь кабинета дяди Макса.
– Мои родители платят такие деньги не для того, чтобы я жила в комнате с кем-то, кто даже по-английски не говорит! – заявила она. – Если бы я знала, что мне придётся жить с иностранкой из Испании, я бы ни за что сюда не приехала. Я хочу соседку-американку.
По большей части обо всём этом я узнавала дома. Дядя Макс предупредил меня, что я, скорее всего, услышу много такого, что нужно будет держать при себе. Я должна вести себя так, словно не знаю ничего из услышанного дома.
– Есть такие вещи, – сказал дядя Макс, – про которые я буду рассказывать Сэнди, и ты наверняка их услышишь. Если тебя что-то будет беспокоить, дай мне знать.
Когда я услышала разговор о Лиле и её соседке, я спросила:
– Почему её нельзя просто поселить вместе с американкой?
Дядя Макс объяснил, что цель школы – смешанное обучение.
– Лила немного выучит испанский, узнает что-нибудь о Белен. А Белен немного выучит английский и узнает что-нибудь о Лиле. И та успокоится. Вот увидишь.
Но Лила не успокоилась. Целую неделю она ходила в кабинет дяди Макса и требовала переселить её в другую комнату.
– Откуда у тебя столько терпения? – спросила его тётя Сэнди. – Если честно, я никогда не смогла бы работать, как ты. Я бы уже скакала и кричала на всех этих детей – «хватит ныть!». Будь я на твоём месте, меня бы уволили в первый же день.
В конце недели я снова спросила дядю Макса:
– Почему вы просто не переселите её?
– Белен – хорошая девочка. Они с Лилой станут лучшими подругами. Вот увидишь.
В следующий понедельник Лила сломя голову убежала из кабинета дяди Макса и пропустила все уроки. Она позвонила родителям, вечером позвонила домой дяде Максу, разбросала всю одежду Белен по комнате и всюду преследовала коменданта общежития.
Примечания
1
Jack-of-all-trades (англ.) – человек, который умеет «всё по чуть-чуть».
2
Carissima (итал.) – родная.
3
Смешно! (Итал.)
4
Andiamo (итал.) – идём скорее.