Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
И, отстранившись, став зрителем и наблюдателем, вдруг поймём вместе с автором, что железная дорога не только театр, но и взлетная полоса:
ОЖД жестокое призвание,
Вечный бег по взлётной полосе.
А взлёт, отрыв от плоскости бытия, предполагает и третье измерение любовь, к миру, к жизни, такой, какова она есть. Любовь к людям.
И дело тут совсем не в расстояньях,
А в сострадании и в пониманьи,
Что люди тоже крошечные солнца,
В кромешной затерявшиеся мгле.
Тут-то, наконец и приходит то, что связывает земное повествование с вторым планом Русью Небесной. Ещё не рождение поэзии, но предчувствие этого рождения, присутствие вечности рядом с собой.
Служебный долг, отслеживать мгновенья,
Присматриваясь к вечности тайком,
Ловить! И продавать как коробейник,
Бессовестно вломившийся в вагон.
И, вломившись в вагон, вечность не уходит, она наполняет жизнь музыкой слова, поэзией происходит великий акт творения:
Да это же не рельсы! Это струны!
И не пути железные, а лютня
Происходит счастливый момент осознание творческого призвания и предназначения:
Я огонёк, играющий с огнями
Потопленными в сумерках эпохи.
Я музыка для заживо оглохших,
Надежда в землю заживо зарытых
«А я соната про людские судьбы», вот на этой ноте я закончу своё предисловие, уступая место автору, и оставив читателю массу открытий, и пусть он, читатель, пройдет всю четверть века вместе с автором и с выживающей, борющейся за лучшую жизнь, Россией.
Баллада о бригаде
Баллада о бригаде
Баллада о бригаде
Ребятам с Лениградского посвящается
***
Да не робей за отчизну любезную
Вынес достаточно русский народ,
Вынес и эту дорогу железную
Вынесет всё, что господь ни пошлет!
Николай НекрасовКогда-то было всё не так.
Внучок, ты бабушку послушай!
Сегодня правда не в ногах,
Она теперь в сердцах и в душах.
Теперь настал Великий Век,
Разумный мир Россию славит,
Где всякий честный человек
Жить по-людски имеет право.
А мы вставали в пять утра,
И торговали в электричках.
А нас ловили мусора,
И нам друзья давали клички
А мы сидели на мели,
Со злой судьбою бились люто,
Копили рваные рубли,
Чтоб накупить на них валюты.
Теперь вокзал уже не тот,
Приветлив, как весною солнце.
По рельсам лайнер проплывёт,
Российский. Круче, чем японский.
Все пассажиры налегке
Теперь народ тюки не тянет.
С кредитной картой в кошельке,
С любимой книжечкой в кармане.
Смотри в окно, смотри, внучок!
Преобразились полустанки!
Навесы Солнце не печёт
Скамейки. Расписанье в рамке.
И чистота. И тишина.
И красота куда ни глянешь!
Сиди себе, читай журнал,
Не свистнет рак и гром не грянет.
Мы ж по гремящим поездам
Шагали с сумками упрямо
И в пассажирские глаза
Глядели жадно, как в карманы.
А мы кричали: Добрый день!
Но заглушал нас рёв мотора.
За горсть монет, за ком рублей
Вели с народом разговоры.
Нас оглушала тишина
Непокупавшего вагона.
Не тот товар. Не та цена.
И не таким как надо тоном
Копили рваные рубли,
Чтоб накопить на них валюты,
А на рублях росли нули,
А цифры чахли, почему-то
Теперь уж не торгуют здесь.
У всех достойная работа:
Растят хлеба и рубят лес,
Пускают фабрики, заводы.
За труд полезный не гроши
Получишь ты, а деньги, милый
На государство не греши,
Что труд твой недооценило.
Тебе не доведётся, внук,
Чтоб на зиму купить сапожки,
Бежать в толпу, торгуя с рук
Брошюркой в глянцевой обложке
А мы ломились напролом
На рынок, закупаться оптом,
Затем с баулами в вагон
Непроходной и безработный
Мы твёрдо шли в капитализм,
И на плечах страну тащили
Но проходила мимо жизнь,
Пока мы за неё платили.
Да! Мы, быть может, рождены
Для дел возвышенных, прекрасных,
Копались в рухляди страны,
Больной, обманутой, несчастной
Копили жалкие рубли,
Чтоб накопить на них валюты
И выстроить дома свои
В Великом Городе Салютов
Твой светлый разум и талант
Послужат Господу и миру.
Не продавец, не музыкант,
Не «дилер» якобы «от фирмы».
Ты будешь жить в иной стране,
Где не ломают юным крылья
И будешь петь не о войне,
Не про бессилье и насилье
Тебе не надо будет, внук,
Скрываться от стражей порядка.
Мороз твоих красивых рук
Не разорвёт через перчатки.
Ты после школы в институт
Поступишь. Нет тебе заботы
Как удержаться там и тут,
И на учёбе, и в работе
Тебе квартиру не снимать,
По белу свету не скитаться.
И твой отец, и твоя мать
Не будут за тебя бояться.
Ведь ты живёшь в такой стране,
Где стоишь то, чего ты стоишь.
Да, ты живёшь не на войне,
Не после бурей перестроек.
А мы участники войны,
Войны за выживанье сильных,
Теперь в пороше седины,
Морщинисты и некрасивы.
Забрезжит лёгкая слеза
И затеряется в морщинах.
Мы вспоминаем наш вокзал,
Тех лет дремучих чертовщину.
Где наша юность продалась
Скупым клиентам-пассажирам
Где наша старость родилась,
Когда мы даже не пожили.
Скрипел вагон, и в тамбурах
Нам милицейские сержанты
Внушали страх, сдирали штраф.
Нас называли «спекулянты».
Вагон гремел, вперёд летел
Двадцатый век, такой бесстыжий
Нам крылья оборвать хотел.
И кто-то сдался, кто-то выжил.
ОЖД
ОЖД Октябрьская Железная
Нить меж Петербургом и Москвой.
Поезда поют простые песенки
О судьбе-скиталице людской.
Две полоски жизнь твою озвучили.
Между ними шпалы как лады
Счастье есть, да только не обучено
Находить чутьем твои следы.