Терентiй Травнiкъ - Белокнижье. Собрание сочинений в 4-х томах. Том 2 стр 5.

Тем, кто с бесстрастием коснется
Его исписанных страниц,
В ком во единое сольются
И «вверх», и «вбок»,
и «вширь», и «вниз».

Кто не потащит на себя
Строку в угоду своей страсти,
Кто будет истинно прекрасен,
Надеясь, веря и любя.

я стихами прощаюсь
и с жизнью и с вами.
Всё раздам до последнего слова.
И пролягут стихи сквозь
столетья путями,
И войдут в поколения новых.
По проложенным словом
дорогам любви
Отмостились побуквенно мною
Ваши песни, распетые в ночи и дни,
Те, что высеклись жизнью простою.

Надеждой смерть преодолима

Как часто я с глубокой думой

Вокруг могил один брожу

Над старым кладбищем осенняя печаль.
На старом кладбище  октябрь сметает листья.
Закатным цветом выкрашена даль,
Кресты  темны, надгробия  тенисты.

Смиренна осень. Вечер. Тишина.
Листы озябли и к могилам жмутся;
Не погостить  навечно остаются
Когда-нибудь пришедшие сюда.

Не возвращается никто и никогда,
Покой  прекрасен, вечность  безмятежна,
Своим бессилием над силой смерть сильна,
Но также немощна она перед надеждой.

Страстная пятница

Бог на кресте, на перекрестке,
Где все пути сошлись
Там мертвый от смерти очнется.
Сердцам  горе и высь!

Где перекладины коснулись
Друг друга на груди,
Оттуда шаг на день наш Судный 
Иного нет пути.

Господь, раскинув руки-крылья,
Весь мир собой объял.
Да будет Крест произнесенный 
Началом всех начал.

Быть может, в Рим ведут дороги
На праведной земле,
Но те пути, что смерть попрали, 
Сомкнулись на Кресте.

Среди стен бесконечной страны

Заблудились четыре стены,

А среди четырех заблудился

Тот, который ушедшим родился

Не хватит ни времен, ни знаков,
Ни солнца, ни земли вращений,
Ни волн, волнующих накатов
Вослед идущим поколеньям

Не хватит стойкости солдатской,
Соленых вод у океанов,
Не хватит алфавитных знаков
И выдоха для слова «мама».

Не хватит ничего у жизни
Ни для себя, ни для других,
Покуда в ней не будет капли,
Всего лишь капельки любви.

Мне жаль, что жизнь во мне остыла,
И смерть любить не научила
И каждый слог, и каждый стих,
И просто вздох, и просто миг.
И я, талантливый во всем,
Талантом жизни обделен.

Но буду верить и молиться,
Чтоб мне с печалию смириться
И, в одиночестве живя,
Познать любовь  и жить любя.

Не в суетливой страсти чувств,
Искусной ревности, чей вкус
До отвращения знаком,
А той любви, где больше нет
Ни женщин, ни мужчин, лишь свет,
Единый цвет, единый тон
Любовью будет наречен

И впредь не разделю я сам
Любовь к друзьям, любовь к врагам,
Любовь к любимым, нелюбимым 
Все станет целым и единым.

Творческой семье Вахрушевых 

Борису Апполинарьевичу

и Александре Алексеевне

Пусть в стихах гимном старость звучит.
Я люблю эту пору у жизни 
С кракелюрами женских морщин
И бессильем мужской дерзкой мысли.

Когда тело обмякло и больше
Не диктует соблазна другим,
Когда в женщине женское  тоньше,
А мужчина со словом  един.

Когда близость действительно близость,
А любовь  не занятье уже.
Так второю волною невинность
Возвращается на вираже.

Я люблю эту хворь, эту горбность,
Это шарканье немощных ног
И глаза, где житейскую гордость
Заменил на смирение Бог.

я со звездой всю ночь проговорил,
Она мне мерностью лучистой отвечала,
И мне хватило смелости и сил
Улавливать Вселенские начала.

Писал стихом, иначе не поймут
Читатели языков звездных пений,
Плеядных рифм, где метеорный труд
Акцентным росчерком в полнеба, словно гений,

Играючи мелком с наклоном черканул
Мечтателям полночной тишиною,
И я, дивясь величию, воскликнул:
«О, Господи, я раб блаженный Твой!»

Хоть запятой, хоть сбитою секундой
Меня во Царствие Твоем Ты помяни,
Когда предстану нищим в день Твой Судный,
Когда умолкнут все мои стихи

Когда не пишется, а хочется писать,
То я иду с тетрадию на волю.
А как на воле можно не писать?
Как можно не летать по ветру в поле!?

Сторонушка, я пью тебя захлёбно,
За строчкой строчку с нового листа.
И если суждено прослыть мне звездным,
Твоя в том виновата красота

Её  до золота застенчивая осень,
Её  до хруста снежная зима,
Её  весной, разбуженная сочность
И лето красное  для красного словца.

Решил писать зимой про лето,
Так наугадно, безответно,
По памяти строку вести
И где-то в белом листоснежье
Тепло июньское найти.

Натыкать буквы  пусть цветут,
Роняют лепестки в подстрочник.
Как никогда, я лето жду 
Уставший зимний одиночник.

Кидаю лист из дневника
По ветру в этот долгий вечер.
Приснилось лето мне. С утра
Ему стихом в письме ответил.

В нем я спросил его: «Ты ждешь?»
Я обязательно приеду!
И привезу тебе стихов
От неизвестного поэта.

Ты будешь слушать, я  читать
И смахивать с листа зарницы,
В ночи тетрадностью шуршать
И петь о зимах небылицы

Февраль кончается весною,
Зима сопливит, не у дел,
И ничего уже не стоят
Ее побелка, соль и мел.

Луна лимонна и кисла,
Туман свернулся у дороги.
Весна, осенняя весна 
Ни отступленья, ни подмоги.