Терентiй Травнiкъ - Белокнижье. Собрание сочинений в 4-х томах. Том 2 стр 4.

Пятилучьем своим засветиться
И  упасть, когда кто-то с земли
В эту синь вслед за мной устремится 
Не один я на этом пути

Какую тайну кладбища хранят?
Что знать живущим
не дано до срока?..
Быть может, потому они молчат,
Что здесь расходятся пути
судьбы
и
рока

Вот и держится вся эта жизнь

За пустой уголек, за простой огонек

Для души есть последняя гавань,
Как для тела  земля и тлен.
У души  возвращение в небо,
И иного не будет взамен.

Все пройдет, останется опыт
Этой жизни, прописанный в ней,
И уже ничего не дополнишь,
Не исправишь здесь прожитых дней.

С этим ворохом проб и ошибок,
Превратившись опять в малыша,
В беспричинного света обитель
Поползет сквозь мытарства душа.

я видел, как с погоста ночью
Кресты взлетали, унося
Одетых в белые сорочки
Недавно умерших землян.

Светился крестик на часовне
Еле заметным огоньком,
И возвращались они скорбно
Обратно этим маячком.

И в полутемье, незаметно,
В недоумении ворон,
Всей тяжесть своей согбенной
Врастали вновь в могильный холм.

Светало и озябший сторож
Погост дозором обходил 
И, на меня взглянув украдкой,
К губам свой палец приложил.

я отыскал стихами жизнь,
Ее глубокую причинность,
Когда с руки взлетаешь ввысь
И принимаешь эту милость.

Когда ты с сердцем в такт рифмуешь,
А слезы  счастью в унисон,
И малодушьем не пасуешь
Перед невидимым врагом.

Я жизнь стихами отыскал,
Она совсем иная, право, 
Не для утех, не для забавы,
Не та с которой начинал.

Научи меня, горе, писать
И стихами излечивать раны,
Чтоб летать над землею, летать
Всем скорбящим, и сирым, и слабым.

Научи меня, горе, творить
Утешенье в мелодиях тихих,
Чтобы в сердце усладу родить
Потерявшимся здесь и безликим.

Научи меня, горе, идти.
Я не много прошу  только малость:
Мне в пути обретая  дарить
Неподдельную чистую радость.

Научи меня, горе, прощать.
Знаешь ты, что такое прощенье
Научи меня, горе, искать
Своей жизнью Христово спасенье.

всю жизнь гвозди забивал.

Пришло время их вынимать,

а он не умеет.

Умей молчать  тогда освоишь слово.
Умей остановиться на пути.
Учась летать, не забывай другого.
Умей терять, чтоб новое найти.

Грусти  тем твоя радость будет краше.
И уходи  но возвращайся вновь.
Знай, разлюбить придется не однажды,
Чтоб встретить настоящую Любовь

Не всем, кто рифмует, по силам стихи.
Грызть камень не каждый возьмется.
В поэзии  если четвертый  убьют,
А если второй  сам сопьется.

Коснутся поэта хула с клеветой,
Его обрекут на изгнанье,
Но вскоре взойдет он сверхновой звездой,
Взойдет  вопреки ожиданьям.

Взывать к поколеньям, идущим в ночи,
Сквозь время и расстоянье,
И, в землю воткнув свои строки-лучи,
Дать новому  новые знанья.

Таланту многое простится 
За горе одиноким быть,
За зависть и за легкость спиться,
За зло, что тянется за ним.

За то, что он, измучив время,
Свой колос вечности растит.
Еще за то, что, в самом деле,
Меж небом и землей стоит.

Я пенять на судьбу не вправе,

годы милостивы ко мне

Если молодость есть вторая 

лучше первой она вдвойне.

И славу, и печаль, и хворь 
Все в сердце жизнь мне заложила.
Перетекает радость в боль 
И в невозможности есть сила.

Есть буква, слово, белый лист
И красная строка в начале 
Чтоб жизнь в бессилье не молчала,
Устав от разных небылиц,

А немудреною строфою
Укрыла б душу от невзгод 
Чтоб не изгоем, не героем
Отвоевать мне этот год.

Пусть часто думаю о смерти,
Как о покое для души,
Но каждый новый день, поверьте,
Я начинаю,
чтобы
жить

Юным поэтам Николаю Майорову

и Борису Смоленскому, павшим в

годы Великой Отечественной войны,

посвящается это стихотворение

Кто писал, уповая на Бога
О любви в мраке сталинских лет 
Вот кто вымостил слову дорогу
Вот в ком выращен жизнью поэт!
Мы ж сейчас имя Божие зная,
Обеднели в любви, оскудели
Неужели и впрямь, в самом деле,
Нужно выстрадать, взмылить, взалкать,
Чтоб любимой одной лишь строкою
Про Вселенную всю рассказать

Кто писал, уповая на Бога
О любви в мраке сталинских лет 
Вот кто вымостил слову дорогу
Вот в ком выращен жизнью поэт!
Мы ж сейчас имя Божие зная,
Обеднели в любви, оскудели
Неужели и впрямь, в самом деле,
Нужно выстрадать, взмылить, взалкать,
Чтоб любимой одной лишь строкою
Про Вселенную всю рассказать

я почти подорожником стал
И бродяжу по лету с котомкой.
Пыль пускаю лесам и лугам
Я в глаза стихотворной тесёмкой.

Вышиваю налево-направо
Рушники гладью собственных строк,
Каждый стих мой  ручная работа,
И прошит суровьём каждый слог.

Я почти подорожником стал.
Меня к ранам прикладывать стали.
Я стихами лечу вашу боль 
И рубцовлю на сердце печали.

Его при жизни не услышат,
Его при жизни не поймут.
Он нерожденным поколеньям
Доверит этот тяжкий труд.