Сергей Виноградов - Наследие. Том первый (1967  2016) стр 5.

Стоять один, рубаху теребя

Ты  муза?

Муза в гости пришла.

Здравствуй, Муза,

Проходи и садись ко столу.

Вот стакан, вот бутылка,

Вот ужин

Закуси и начнём рандеву!

От восторга кричу: Ай, да баба 

Не моргнув выпивает стакан!

И на пол женский, видимо, слабый,

И скорее иду на таран.

А она, словно ведьма, хохочет:

Ты, поэт, вновь набрался уже.

И сидит за столом, между прочим,

Словно в прочном сидит блиндаже.

И глазами стреляет, как пушка.

И в квартире сплошной артобстрел.

Может Муза не Муза? Неужто

Снова чёрт ко мне в дом залетел?

Амур

Залетел на огонёк в опустевшую квартиру

Незнакомый паренёк так похожий на факира.

Оказался балагур, неплохой и скромный малый.

Говорил, что он Амур, но про это врал, пожалуй.

Посидели, погрустили, помечтали вместе вслух,

За знакомство пропустили. Тут он сразу и потух.

Пыль сошла со слов слащавых, Обнажилась плоти суть.

Мне кричал: начни сначала и стучал зачем-то в грудь.

Говорил: любовь  отрава, нашим женщинам не верь!

Мне от слов тех дурно стало  выгнал я его. За дверь.

Пусть Амур он, пусть Пророк он, но зачем же клеветать!

Кто-то долго бился в окна  не хотел всё улетать.

Зеркало

На зеркало пенять не мудрено

И зеркало винить во всё не сложно

За то, что показало нам оно

Всё так как есть. Совсем не так, как можно.

А мы ему той правды не простили.

(Смотреться в зеркало порой небезопасно).

Бьём по лицу стеклянному в бессилии 

Нет зеркала! Но образ тот ужасный,

Как оказалось, мы в себе носили

Вот так и случается

Утро. Будильник орёт. Ненормальный!

Вахтёр у ворот, как салага-дневальный.

Старуха с мешком вновь у дома напротив 

Я семечек тоже пощёлкать не против.

Но мимо куда ж я несусь так ретиво?

Ах, да, за углом  жигулёвское пиво,

Потом  в магазин. И начнётся разгул!

Вот так и случается первый прогул.

Литературные пародии

Чертополох

Люблю цветы. Безумно и безмерно!

Не выразят любовь и сотни слов.

Вы розы любите, к примеру,

А я люблю  чертополох

Вы розы покупаете любимым.

Цветов прекрасных я купить не смог,

У магазина проторчав напрасно.

И подарил жене чертополох

И пусть букет мой будет неказистым

Лишь ты скажи, что он совсем не плох,

Ведь розы увядают слишком быстро,

Зато во всю цветёт чертополох!

Так и в стихах: благоуханье красивых слов,

Как пышных роз, в десятках строк,

Но вот доходит до признания в любви 

В словах чертополох

Поставить бы в том месте точку,

Чтоб лишнего, не дай мне Бог,

Вдруг не сказать. А между строчек

Уже пророс чертополох

Я убит под откосом

Живут во мне твои слова:

Любовь убита под откосом!

Так ты ж одна со мной была

Так кто убийца?

С тем вопросом

Хожу и думаю, страдая,

Ответа не найду ни в чём

Злюсь на себя,

А злясь, рыдаю,

Тебя считая палачом.

Я в небо рвусь,

А ты боишься,

Чтоб я однажды не сбежал

И под откос

Спихнуть стремишься

Меня. И притаив кинжал,

Взмахнёшь рукой 

Любовь убита!

Сентябрь отпел, отбушевал

И я тобою позабытый

Упал сражённый наповал.

Оставив песню недопетой,

Свои стихи не дописав,

И словно дым от сигареты

Я таю тут же на глазах.

Лишь одного я не пойму:

Ну, почему же под откосом?

А почему же не в Крыму?

Там море  спрячешь без вопросов

Испорченный телефон

В лютый зной

В июльский полдень

К автомату на Сенной

Прихожу

При всём народе

Говорить с чужой женой.

Замолчали люди

Тут же,

Вот уж шепчут за спиной:

Это надо же! При муже

Говорит 

Пошли со мной!

А от зноя трубка рыжа,

Жарит так, что мочи нет,

А она бубнит обиженно:

Муж приехал на обед!

За стеклом

Людишек месиво

Шепчут: знать, не повезло!

Ах, зачем трубу повесила,

Нет монеты как назло

А вокруг на удивление

Целое столпотворение:

 Знать не хочет!

 Кто? Актриса?

 Ну даёт, и он туда

 Как зовут её?

 Лариса

Я расслышал без труда

 Что ж он

Голову морочит ей?

 Ненормальный

 Просто псих

 Муж был дома,

Между прочим

 Ну а он?

 Читал ей стих!

И пошло гулять

В народе

На Сенной зевак

Не счесть!

А я ей хотел пародию

Эту вот, как вам, прочесть

Зубная боль

Зубная боль грызёт всю ночь меня.

Я до утра и маюсь с ней и мучаюсь.

Который час в ушах моих звенят

Оркестры нервов к боли не приученных.

Вот так бы совесть мучилась порой,

Была б тогда и боль вполне терпимой.

Я для неё, конечно, не герой,

Но, видимо, им стать необходимо.

А я пасую вновь и анальгин

От боли принимаю. Так уж вышло 

Ни совести в угоду, ни другим,

Кто эту боль мою, увы, не слышит.

Мне оправданий нет перед собой,

Я как и все, такой же  не из стали.

Когда у совести опять зубная боль,

Когда у совести опять зубная боль,

Мы быть людьми ещё не перестали.

Чужие окна

По джунглям каменным бреду в ночной тиши.

Чужие окна смотрят равнодушно,

Как я ищу дорогу в Храм души.

Им ничего подобного не нужно.

За ними споры все разрешены,

Там совесть спит за прочными замками

И нет там ни пороков, ни вины 

Кто ж будет заниматься пустяками,