Всего за 200 руб. Купить полную версию
Спите, пожалуйста, неловко сказала девушка, вам надо отдохнуть. Я сделаю флорентийский бифштекс, пасту с порчини, схожу за десертом. Спите, Россо
Повесив пиджак на стул, Лючия достала из внутреннего кармана немецкий, трофейный вальтер:
Он сказал, что у него местные документы, вспомнила девушка, но не надо ему разгуливать по улице. Немцы не поймут, что он не итальянец, но полиция сразу к нему придерется
Купив панеттоне, Лючия заглянула в аптеку Санта Мария Новелла, набитую немецкими офицерами. Избегая заинтересованных взглядов, она рассчиталась за сандаловое мыло и эссенцию, после бритья:
Бритва у меня есть, папина, довоенных времен. Папа купил несессер до первой войны аккуратно расставив все в ванной, Лючия принесла пахнущие лавандовым саше полотенца и старый халат, шотландского тартана, тоже отцовский:
Вынимая из плетеной корзинки кусок говядины, замачивая белые грибы, она вздохнула:
Не квартира, а музей. Впрочем, Россо занимается искусством, ему будет интересно. Наверное Лючия поняла, что краснеет. Он проспал почти восемь часов:
Ничего страшного, успокоила его девушка, за обедом, говядина стала только нежнее Россо съел и бифштекс, и пасту, и тарелку флорентийской салями, с ломтиками сыра и оливками. Лючия ловко подсунула ему тарелку, с нарезанным панеттоне:
Пекла не я она смутилась, у нас хорошая кондитерская. Я вам сделаю печенье, миндальное она захлопотала:
Пейте кофе, покурим на балконе. Квартира тоже выходит на церковь, во Флоренции всегда так над крышами рыжей охры, в закатном, лиловом небе, кружились голуби. Ветер развевал высохшее белье. Пахло свежим хлебом, на площади звенели велосипеды мальчишек. Россо не отрывал от нее взгляда:
Вы и правда очень похожи на девушку с картины, Лючия Катарина. У нас в России есть песня, с вашим именем она кивнула:
Только в Италии партизаны ее переделали он попросил:
Если бы у вас нашлась гитара, я бы спел. Меня научил играть наш командир, Люпо. Он тоже русский, как и я о Люпо Лючия знала от связников. Гестаповские плакаты обещали большие деньги, за его голову:
У них даже описания Люпо нет, усмехнулась девушка, ловят его, ловят, и не поймают она поняла, что беспокоится за Россо:
Я волнуюсь за всех связников, сердито сказала себе девушка, не придумывай себе того, чего нет грубая ткань подушки промокла от слез. Лючия сдерживала рыдания:
Россо читал мне, из дневника стольника Толстого, о его путешествии в Италию, в конце семнадцатого века
В темной спальне Лючии вспыхивали огоньки сигарет. Привалившись растрепанной головой к надежному плечу, она чувствовала его теплое дыхание:
Я дневник прочел мальчишкой, на первом курсе Академии Художеств. Моя мама работала смотрителем в Эрмитаже, в зале итальянского ренессанса. Мы с сестрой бегали туда, после школы отец Павла преподавал рисование и черчение:
Он умер от туберкулеза, когда Наташе исполнился год. Но я его хорошо помню, мне тогда было десять лет до революции, студентом, отец Павла ездил на лето в Италию:
От Академии Художеств, коротко усмехнулся Россо, но, когда я туда поступил, за границу давно никого не посылали. Мне оставалось читать книги и рассматривать карты он привлек Лючию к себе:
Я прочел, и сразу пообещал, что я когда-нибудь окажусь в этой церкви. И оказался он закрыл глаза:
Изнутри та церковь вся зделана из розных мраморов такою преславною работою, какой работы на всем свете нигде лутче не обретается. И в те мраморы врезываны каменья цветные, индейские и персицкие, и раковины, и карольки, и ентари, и туниасы, и хрустали такою преудивителною работою, котораго мастерства подлинно описать невозможно она слышала знакомый, ласковый голос:
Оказался, но не думал, что я встречу девушку, которую полюблю, раз и навсегда Лючия помолчала: «Война идет, Россо». Он поцеловал ее в ухо, в темные, мягкие волосы, в холодный нос:
Дай я тебя обниму, ты замерзла. Идет согласился Павел, но это ничего не значит. То есть значит, для нашего дела. Остальное Лючия услышала, что он улыбается, остальное от войны не зависит. Как говорит Люпо, смерть везде, но нельзя ее бояться. Любовь побеждает и войну и смерть, Лючия. Любовь сильнее всего, как сказано в Библии в коридоре послышались шаги, Лючия насторожилась. Барак технического персонала вставал в шесть утра, на поверку в мерзлом коридоре и скудный завтрак,
Дай я тебя обниму, ты замерзла. Идет согласился Павел, но это ничего не значит. То есть значит, для нашего дела. Остальное Лючия услышала, что он улыбается, остальное от войны не зависит. Как говорит Люпо, смерть везде, но нельзя ее бояться. Любовь побеждает и войну и смерть, Лючия. Любовь сильнее всего, как сказано в Библии в коридоре послышались шаги, Лючия насторожилась. Барак технического персонала вставал в шесть утра, на поверку в мерзлом коридоре и скудный завтрак,
Остался час до подъема. Натали говорила, что надзирательницы могут устроить шмон, из-за праздника к завтрашней годовщине революции вход в барак украсили лозунгами, алого кумача. Лючии, с другими чертежницами, пришлось с отвращением выписывать имя товарища Сталина: