Конечно, доктор Круттивертти. Вот только, э-э, век Летучей Мыши уже подходит к концу. Может, ты хочешь, чтобы наш брыкающийся и вопящий город наконец вытащили из века Летучей Мыши?
Несомненно.
Вильям записал и это. Для него всегда было загадкой, почему кого-то, кто тем временем брыкается и вопит, обязательно нужно тащить. Почему нельзя просто взять за руку и повести?
Надеюсь, ты пришлешь мне экземпляр своего письма? осведомился казначей.
Конечно, доктор Круттивертти.
Если еще что-нибудь понадобится, спрашивай, не стесняйся.
Спасибо, доктор. Кстати, насколько мне известно, Незримый Университет всегда выступал против использования наборного шрифта.
О, я думаю, настало время раскрыть свои объятия волнующим перспективам, которые сулит нам наступающий век Летучей Мыши, пояснил казначей.
Мы Э-э, как я упоминал, доктор, он уже вовсю отступает.
Стало быть, нужно поторопиться, не так ли?
Верно подмечено.
Что ж, мне пора лететь, сказал казначей. Жаль только, нельзя.
Лорд Витинари, патриций Анк-Морпорка, потыкал пером в чернильницу, проламывая покрывающую чернила тонкую корочку льда.
Почему ты не заведешь себе нормальный камин? спросил Гьюнон Чудакулли, первосвященник Слепого Ио и неофициальный представитель городского религиозного истэблишмента. Я, конечно, не сторонник душных помещений, но здесь откровенно холодно!
Слегка свежо, не без этого, согласился лорд Витинари. Странно, но лед светлее чернил. Чем это вызвано, как думаешь?
Вероятно, наукой, расплывчато изрек Гьюнон.
Подобно своему брату Наверну, волшебнику и аркканцлеру НУ, Гьюнон не любил занимать свою голову заведомо дурацкими вопросами. И боги, и магия нуждались в разумных, непоколебимых людях, а братья Чудакулли были непоколебимы, как скалы. И примерно так же разумны.
А. Неважно О чем мы там говорили?
Хэвлок, ты должен положить этому конец, понимаешь? У нас ведь была договоренность.
Витинари, похоже, занимали только чернила.
Должен, ваше преосвященство? переспросил он спокойным тоном, не поднимая головы.
Ты же знаешь, все мы дружно выступаем против этой чепухи с подвижными литерами!
Напомни мне еще раз Смотри, смотри, он постоянно всплывает на поверхность!
Гьюнон вздохнул.
Слова слишком важны, чтобы доверить заботу о них механизмам. Мы ничего не имеем против граверов. Ничего не имеем против слов, которые надежно закреплены. Но слова, которые можно разобрать, а потом сделать из них другие слова Это же чрезвычайно опасно! Мне казалось, ты тоже это не одобряешь?
В широком смысле не одобрял и не одобряю, подтвердил патриций. Но долгие годы управления этим городом, ваше преосвященство, научили меня одной очень важной вещи: вулкану тормоза не приделаешь. Иногда разумнее позволить событиям развиваться естественным путем. Вскоре они перестают развиваться и умирают. Так происходит чаще всего.
Раньше, Хэвлок, ты не отличался столь снисходительным отношением, заметил Гьюнон.
Патриций посмотрел на него холодным взглядом, который длился ровно на пару секунд дольше, чем того требовала комфортность.
Гибкость и понимание всегда были моим девизом, сказал он.
О боги, правда?
Абсолютная. А сейчас я хочу, чтобы ты и твой брат, ваше преосвященство, проявили некоторую гибкость. Напоминаю, это предприятие основано гномами. Кстати, ваше преосвященство, назови-ка мне самый крупный гномий город.
Что? О Сейчас вспомню По-моему, это
Да-да, именно так все и реагируют. Но на самом деле это Анк-Морпорк. Здесь сейчас живет более пятидесяти тысяч гномов.
Не может быть!
Уверяю тебя. Недавно мы установили очень хорошие связи с сообществами гномов Медной горы и Убервальда. Имея дело с гномами, я всегда старался, чтобы дружественная рука нашего города была слегка наклонена вниз. Кстати, учитывая нынешнее временное охлаждение в наших отношениях, все мы весьма рады, что баржи, груженные на гномьих рудниках углем и осветительным жиром, прибывают в город каждый день. Улавливаешь, что я имею в виду?
Гьюнон бросил взгляд на камин, в котором тлел одинокий кусочек угля.
Кроме того, продолжил патриций, игнорировать этот новый тип, гм, отпечати становится все сложнее. Крупные отпечатни уже существуют в Агатовой империи, а также в Омнии, о чем ты наверняка знаешь. Именно из Омнии в огромных количествах поставляются «Книга Ома» и памфлеты, которые там так популярны.
Кроме того, продолжил патриций, игнорировать этот новый тип, гм, отпечати становится все сложнее. Крупные отпечатни уже существуют в Агатовой империи, а также в Омнии, о чем ты наверняка знаешь. Именно из Омнии в огромных количествах поставляются «Книга Ома» и памфлеты, которые там так популярны.
Фанатичные бредни пожал плечами Гьюнон. Ты давно должен был их запретить.
На сей раз взгляд патриция был куда более продолжительным.
Запретить религию, ваше преосвященство?
Ну, под запретом я имел в виду
Никто и никогда не называл меня деспотом, ваше преосвященство, отчетливо произнес лорд Витинари.
По крайней мере дважды, ха-ха-ха, решил разрядить обстановку Гьюнон Чудакулли.
Правда, слегка неудачно.
Прошу прощения?
Я сказал: по крайней мере дважды Ха-ха-ха.