Всего за 419 руб. Купить полную версию
Знакомы ли вы с прелестницей мисс Санчес?
А Ник такой, не моргнув глазом:
Не-а.
Не связывалась ли с вами на днях полиция или некий Уолтер Бэйнс?
Ник начинает понимать. Уолтер. Долбаный придурок Уолт. Безнадежный лузер, с которым вечно происходят всякие катастрофы и именно Нику приходится расхлебывать последствия. Когда Уолтер обдолбался солями и решил отгрызть себе руку, конечно же, в травмпункт его тащил Ник. И это еще фигня, а что было, когда Уолт хотел присунуть той смазливой сатанистке!.. Даже не пытаясь скрыть раздражение, Ник заявляет:
Не слыхал о таком.
Голос в трубке звучит гулко, как из бочки. Словно этот Толботт звонит откуда-то из-под земли.
Смею вас заверить, что я весьма обеспеченный гражданин, который готов щедро вознаградить вас за любое содействие.
Ник шарит рукой по простыне, пока не нащупывает маленький кругляшок таблетку флексерила, десять миллиграмм. Рефлекторным движением, не глядя, отправляет ее в рот и прожевывает без запивки. Если этот хрен звонит насчет наркоты, возможны проблемы. Обстоятельства вчерашнего вечера в голове Ника по-прежнему довольно туманны. И на телефоне он висит уже достаточно долго, чтобы его местонахождение определили. Достаточно долго, чтобы в любую секунду мог раздаться настойчивый стук в дверь.
Нику что-нибудь передать? спрашивает он, понимая, что пора закругляться.
Передайте ему, чтобы не ходил в полицию, отвечает Толботт и после едва заметного колебания добавляет: Скажите ему, что через пару дней все разрешится.
Уже чувствуя, как расслабляются мышечные зажимы, Ник выдает:
Во что Шаста впуталась на этот раз?
А сиплый аристократ Толботт немедленно интересуется:
Позвольте узнать ваше имя?
Ник обрывает звонок. Выскакивает из постели, осторожно глядит в щелку между шторами. Под окнами пока никого не видно.
Ник снимает с локтя зеленое колечко, жует, погрузившись в размышления. Отключает в телефоне геолокацию, потом для верности вытаскивает батарею.
В торговом зале поставили ряды складных стульев, но мест все равно не хватило, и народ толпится вдоль стен. Все происходит в магазине товаров для охоты и рыбной ловли огромном, с обустроенным внутри водоемом, чтобы ловить форель на удочку. Только время уже позднее, магазин закрыт, искусственные водопады отключены, форель загнали по аквариумам в подсобных помещениях, так что ручей в плексигласовых берегах стоит пустой. Звуковое сопровождение тоже выключено: не заливаются трелями певчие птицы, не трубит благородный олень мать-природа отработала смену и ушла домой.
Бинг и Эстебан осматривают толпу. В основном черные братишки. Сборище джамалов. Армия волков-одиночек.
В дальнем конце зала сидит тот хрен из качалки Колтон, или как бишь его там. С ним рядом его «плюс один» то ли Пегги, то ли Полли.
Перед собравшейся толпой выступает человек.
В дальнем конце зала сидит тот хрен из качалки Колтон, или как бишь его там. С ним рядом его «плюс один» то ли Пегги, то ли Полли.
Перед собравшейся толпой выступает человек.
Поднимите руки, кто знает, зачем собакам купируют уши? спрашивает он.
И, не дав никому ответить или хотя бы руку поднять, начинает разглагольствовать о древних пастухах, подрезавших уши щенкам. В целях борьбы с инфекциями. Чтобы волку было не за что ухватиться. Резали ножницами для стрижки овец, жарили обрезки ушей на огне и скармливали тем же собакам чтобы злее были.
А многие ли из вас, спрашивает, знакомы с ассирийскими законами?
Среди собравшихся таких не находится. Тогда он восклицает, делая резкий шаг вперед:
По вавилонским законам Хаммурапи преступникам отрезали уши!
Выступающий подтверждает свой тезис тем, что уши резал и король Генрих Восьмой вагрантам, и сограждане-американцы мятежникам и совершившим преступления против морали, аж до 1839 года.
В общем, заключает он, совсем не удивительно, что на протяжении веков наемные убийцы предъявляли именно отрезанные уши для получения платы.
Бинг поднимает руку и говорит:
Небось кровищи
Оратор мотает головой.
Кровищи будет немного, если Тут он поднимает указательный палец. если ухо срезать с трупа.
Дальше, по его словам, получается так. Главное преимущество скальпов в том, что они мало весят и легки в транспортировке. Недостаток в том, что дело это неопрятное. Та же история с сердцами: их вырезание процесс долгий и трудоемкий. Уши в этом плане идеальны. Места занимают мало, спрятать легко. Сотня ушей запросто поместится в обычный бумажный пакет. Левых ушей отрезать нужно именно левые уши. Такой пакет будет эквивалентом трехсот тысяч голосов. Можно сказать, это целая политическая партия.
Оратор поворачивается в профиль и предлагает слушателям:
Ну-ка держите.
Он имеет в виду свое ухо. Эстебан глядит по сторонам. Желающих нет. Тогда он подходит и берется за ухо. Оно теплое и мягкое.
Потяните как следует, приказывает оратор.
И начинает перечислять требования. Принимаются только левые уши. Все слышали? ЛЕВЫЕ! Только уши из списка. Будет проводиться ДНК-анализ случайных ушей из каждой партии; если обнаружится подлог, мошенника ждет смертная казнь. Уши не подлежат продаже и обмену, сдать их и получить голоса может лишь тот, кто лично их собрал. Все это перемежается бесполезными фактами например, что наградой тореадору после эффектного боя служит ухо быка. Или что через уши происходит излучение тепла организмом.