Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Какой бред! лицо государя скривилось от непритворного отвращения. Похоже, он искренне верил в то, что говорил. Если у разбойника нет еды, он отберет ее у соседа силой! Фрадштадт это главный разбойник нашего мира, а ближайший сосед у него, если ты забыл, это Таридия!
Никакой разбойник не станет нападать на хорошо укрепленную крепость! возразил я. Слишком дорого выйдет! И вы напрасно думаете, что Федор был бы против. С ним все было согласовано!
Никита был прав! сокрушенно вздохнул таридийский монарх. Ты легко оправдаешь совершенно любую, нужную тебе глупость. Совсем потерял голову от вседозволенности!
Тут я уже прикусил язык, поскольку заряженность царя-батюшки на мое негативное восприятие была просто непоколебима и любые оправдания лишь усугубляли ситуацию. Спорить с находящимся в таком расположении духа царем было бессмысленно, тем более что ссора с монархом была чревата для меня самыми негативными последствиями. И не только для меня лично, но и для огромного количества зависящих от меня людей. Так что я решил больше не испытывать лишний раз судьбу и проглотить обиду.
Плохо, что речь зашла о продовольственной проблеме Фрадштадта. Значит, кто-то из моих недругов опять представил государю идею перекупить у Уппланда будущий урожай пшеницы, обычно отправляющийся на Острова, в негативном свете. Возможно, даже с намеком, что я собираюсь неплохо погреть руки на совершаемой за счет казенных средств сделке. А ведь ход этот настолько же прост, насколько и действен! Неожиданно оставшиеся бы на голодном пайке фрадштадтцы вынуждены были бы тратить силы и средства на решение проблем с пропитанием своих граждан, а не на укрепление флота и интриги против соседей. Жалко будет упустить такую возможность ослабить назойливого противника из-за глупости окружения таридийского царя.
Откуда у такого настроя Ивана Федоровича росли ноги, можно было даже не гадать. Фраза «Никита был прав» говорила сама за себя. Закусил удила господин Глазков, решил отыграть потерянные позиции, облив меня грязью в глазах государя. Прав был Григорянский, глава Сыскного приказа воспользовался своим влиянием на старшего Соболева. В такой ситуации только Федор мог бы нейтрализовать Никиту Андреевича, но он едва-едва начал выкарабкиваться из лап смерти, так что защитить меня некому.
Ладно, посмотрим, что за наказание придумал для меня наш дражайший глава государства. Понятно, что фрадштадтцам он меня не выдаст, в темницу тоже не бросит. А вот в действующую армию направить это вполне в его духе. Тем паче что подобные прецеденты в моей жизни уже были, а это решение в условиях болезни нашего главного полководца царевича Федора просто напрашивается.
Ладно, посмотрим, что за наказание придумал для меня наш дражайший глава государства. Понятно, что фрадштадтцам он меня не выдаст, в темницу тоже не бросит. А вот в действующую армию направить это вполне в его духе. Тем паче что подобные прецеденты в моей жизни уже были, а это решение в условиях болезни нашего главного полководца царевича Федора просто напрашивается.
Фрадштадтцам я тебя, конечно, не выдам, с новым тяжелым вздохом продолжил государь, но и оставить тебя в Ивангороде тоже не могу. Наказать тебя для острастки я просто обязан, да и лучше тебе на время исчезнуть из столицы.
Все правильно, сейчас последует приказ отправляться в Корбинский край к армии и без победы над Яношем не возвращаться. Как все банально и предсказуемо. Но как же я ошибался!
Так что езжай-ка ты, дружок, в Рунгазею! продолжил государь, протягивая мне лист бумаги с гербовой печатью. Вот приказ о назначении тебя губернатором! Исчезнешь с континента годика на три-четыре, здесь твои художества позабудутся, а ошибки, дай бог, исправятся. Заодно там порядок наведешь. Совместим, так сказать, полезное с приятным!
Что? я машинально взял приказ и смотрел теперь в него, не видя букв. В Рунгазею?
Посуди сам: фрадштадтцы вряд ли быстро успокоятся на твой счет, а в Новом Свете никто до тебя дотянуться не сможет. К тому же сам знаешь, нам позарез необходим на новых землях толковый губернатор.
Кровь ударила мне в голову, в глазах потемнело, и то ли кабинет качнулся под моими ногами, то ли ноги решили подвести меня на ровном месте. Он отправляет меня в Рунгазею! Сейчас, когда здесь столько планов и незавершенных дел, когда Федор только-только пошел на поправку и еще не может руководить государством! Руководить по-настоящему, а не так, как это делает его отец! Все пойдет насмарку! Бездарные царские друзья вроде Глазкова, Свитова, Решетова быстро зарубят многие начинания, смысла которых не способны понять. И, кроме всего прочего, у нас на носу война с Улорией.
Кто же возглавит армию? с трудом выдавил я из себя вопрос первостепенной важности.
Генерал Пчелинцев, без промедления ответил Иван Шестой, еще раз подтверждая, что все решения приняты заранее. Интересно, они вчера совет держали или прямо сегодня всю ночь не спали?
Пчелинцев? медленно переспросил я, с трудом припоминая, кто это такой.
Пчелинцев Всеволод Семенович, подтвердил государь, глядя на меня с легкой улыбкой на устах. Наверное, мой обескураженный вид доставлял ему удовольствие. Мой давний товарищ, за его плечами несколько военных кампаний еще при моем батюшке.