Серен разделась и легла в кровать, но долго не могла заснуть. Снаружи в комнату заглядывала луна, а сердце девочки всё ещё бешено колотилось от испуга.
Где Томос?
Почему его комната заброшена?
И что написано в дневнике, который она аккуратно сунула под подушку?
В темноте Серен гладила его бархатистую обложку. Он, наверное, хранит так много секретов. Скорее бы его прочитать.
Девочка села в кровати и прислушалась. Снаружи раздавался тихий шелест. Серен на цыпочках подошла к окну, отодвинула край занавески и задохнулась от восторга.
На улице шёл снег!
Белые хлопья кружились в тихом танце, совсем как в снежном шаре. Словно это Серен потрясла шары и вызвала снегопад. Как по волшебству!
К утру вернулось бледное солнце, но лужайки и деревья были белыми и пушистыми. За завтраком все находились в приподнятом настроении. Дензил принёс дрова и пробормотал:
На улице просто сказка!
На его ботинки налипла слякоть.
Для нас только грязи больше, поморщилась миссис Вильерс.
Серен подняла голову:
Можно мне выйти во двор? Пожалуйста!
Немного помолчав, миссис Вильерс ответила:
Можешь выйти на короткую прогулку.
Серен выскочила из-за стола.
Правда?!
Но не дальше чугунных ворот!
Но
Экономка пронзила девочку суровым взглядом:
Собираешься спорить со мной?
Нет, конечно, нет, сказала Серен и попятилась к двери.
И оденься потеплее.
Но Серен уже мчалась вверх по лестнице. Вбежав в свою комнату, она в восторге воскликнула:
Я иду на улицу!
На Ворона, который нахохлившись сидел у маленького камина, это сообщение не произвело никакого впечатления.
Девочка сунула руки в пальто и схватила перчатки.
Охраняй дневник и снежный шар. Она вдруг остановилась, поражённая догадкой. Погоди-ка! А если они хотят услать меня из дома, чтобы обыскать мою комнату?
Ворон сердито пробормотал:
Нужна ты им очень!
Ну ладно, тогда не пускай сюда никого.
Птица бросила ей испепеляющий взгляд.
Как хорошо было на свежем воздухе! Серен пробежала мимо кухни, нашла служебную дверь и вырвалась в белый серебрящийся простор с морозным воздухом и широким нежно-голубым небом. Тонкий слой снега лежал на крышах и подоконниках, покрывал, подобно кружеву, мощённый булыжником двор. Девочка начала изучать окрестности дома.
Многочисленные служебные постройки конюшни и каретные сараи, молочни и прачечные не использовались. Больше всего девочка хотела найти сад и наконец вошла в него через арку в старой кирпичной стене. Клумбы стояли пустые и замёрзшие, деревья голые. Но снегопад застелил всё вокруг белой пеленой; каждую травинку и сухой лист обрамляла пушистая кайма из кристаллов. Серен сняла перчатки и провела рукой по земле, пробежала по траве и с хрустом оставила следы. Ворота были открыты, словно замёрзли в таком положении, всюду пели птицы, как будто спешили начирикаться всласть, пока не закончился короткий зимний день.
Да здравствует свобода! Здесь не было ни миссис Вильерс, зорко следящей за каждым шагом девочки, ни Дензила, крадущегося по тёмной лестнице. Выйдя из дома, где царило гнетущее молчание, Серен ожила. Она до изнеможения носилась по укрытому снегом саду, потом ходила, поддерживая равновесие вытянутыми в стороны руками, по низким стенам ограды, кидала снежки в стволы деревьев, собирала мёртвые листья, каштаны и орехи, полые стебли и ягоды падуба.
Как было бы хорошо набрать такую охапку и сделать украшения к Рождеству. По стенам вился плющ, а высоко на дереве росла омела. Но в Плас-и-Фране, видимо, никто не собирался готовиться к празднику.
В конце сада росла живая изгородь, а за ней поднималась высокая стена. Серен пробежала вдоль стены, проводя пальцами по заиндевелому кирпичу, пока не добралась до запертых чугунных ворот. Они, вероятно, вели в парк. Серен, подобно узнице, вцепилась в железные прутья и стала смотреть наружу.
Широкое поле спускалось к озеру. Мрачная гладь тёмной воды выглядела зловеще на фоне белого окружения. Как ни странно, ни лебедей, ни даже уток девочка не увидела. Интересно, какая там глубина? Ах, если бы можно было подбежать к берегу!
Неохотно оторвав взгляд от озера, Серен обернулась на дом. Окна её комнаты располагались с другой стороны, но, насколько она понимала, сюда выходило одно из окон детской на чердаке. Девочка попыталась вычислить, какое именно.
Наверное, вон то маленькое окошко под небольшим щипцом.
И вдруг у девочки перехватило дыхание: за занавесками комнаты кто-то стоял! Тёмная фигура, плохо различимая в тени. Кто это? Томос? Дензил?
Серен помахала неизвестному.
Эй! изо всех сил закричала она. Здравствуйте!
Но человек, вероятно, отошёл от окна или задёрнул занавеску.
Потому что теперь в окне никого не было.
8
Зов
Стой спокойно, иначе я тебя уколю.
Вы уже меня всю искололи! воскликнула Серен, поскольку очередная булавка вонзилась ей в ногу. Ой! Нельзя ли поосторожнее?
Когда девочка, замёрзшая и озадаченная, вернулась с прогулки, миссис Вильерс бросилась к ней и сразу же отвела её в свою комнату. В камине теплился огонь, и после улицы Серен показалось, что здесь очень жарко. Экономка велела девочке раздеться.
Теперь Серен стояла на столе в кухне в новом платье из бледно-голубого батиста и шерсти скучного серого цвета, а швея миссис Робертс, маленькая опрятная женщина, которая, казалось, до ужаса боялась миссис Вильерс, подгибала подол.