Всего за 349 руб. Купить полную версию
Отец увидел, спрашивает:
Что ты стоишь, будто онемел? Чего как мертвец бледен? Где твои овцы? Где твоя добыча?
А парень перевёл дух, воды напился и говорит:
Ух, батя, я такого видел! Просто чудище не знаю, как я жив остался! Весь в шерсти, бродит у водопоя. Вроде человек, а ест траву, как буйвол. Я вырою ямы он их засыплет. Я поставлю на зверя ловушки он их ломает. Из рук моих уводит зверьё и тварь степную. Он мне не даёт в степи добыть добычу.
Тут собрались соседи, у них сыновья тоже пастухи и охотники. Один, другой, третий говорят то же. Мол, завелось такое чудище, человек не человек, зверь не зверь, не даёт добывать добычу, уводит зверьё и тварь степную, ловчие ямы зарывает, ловушки находит и ломает. Никакой не стало охоты. Как тут быть, что делать?
Отец нашего парнишки выслушал всё это, подумал и говорит:
Ну, ясное дело, соседи. Надо идти к Гильгамешу. Он человек могучий, построил стену Урука, победил Агу. И ума у него палата. Пусть защитит нас. Пусть решает, что делать с новой напастью.
Посовещались они, поговорили, головами покивали и решили:
Ты, малый, видел чудище своими глазами, ты и иди к Гильгамешу, расскажи ему. У него ума палата и силища девать некуда. Пусть он нас избавит от новой напасти.
Поплёлся юноша к Гильгамешу. А тот на площадке у стены храма забавляется: гоняет большущий кожаный шар деревянной колотушкой.
Па Бильга-мес, Уту-пада! Отец наш, победитель, избранный Солнцем! Меня послали к тебе мужи Урука вот по какому делу. Был я тут в степи, пас овец отца моего. И вот что видел: чудище завелось у водопоя. Весь в шерсти, такой огромный. Вроде человек, а ест траву, как буйвол. И другие охотники про него знают: они изготовят на зверя ямы он их зароет, они поставят ловушки он их ломает. Из рук наших уводит зверьё, не даёт в степи добыть добычу.
Гильгамеш ему:
Что дрожишь? Не бойся. Чудище, по-твоему? А каково из себя?
Да я ж говорю: огромный, больше всех человек, больше даже тебя. Весь в шерсти, он не стрижётся, не бреется зарос, как ячменное поле. Одежды не носит, от бури и от солнца себя не прикрывает. Вместе с газелями он щиплет травку, вместе со зверьём тянется к водопою. Всю траву он съест, негде будет пасти наших овечек. Силы он непомерной, никого не боится, звери его слушаются.
А не врёшь ли ты? А то, бывает, у страха глаза велики.
Клянусь чреслами отца! Клянусь утробой матери! Да я сейчас позову соседей, они скажут!
Побежал парень, привёл соседей, свидетелей. Все они говорят Гильгамешу:
Правду он тебе поведал. Завелось такое диво, не даёт нам в степи охотиться, совсем лишило нас добычи. Ты всё можешь, ты умный и сильный, пойди прогони его или убей! Тебе же всё равно делать нечего.
Гильгамеш подумал и им отвечает:
Ну, убить дело нехитрое. Нет, мы по-другому поступим. Больно интересно мне, что это такое нам послали боги. Может быть, это тот самый, равный мне, которого для меня они сотворили? Ступайте, я разберусь.
И вот что Гильгамеш придумал. Вечерком он пошёл в храм к Инане. Там находит одну такую женщину по имени Шамхат, что значит «великолепная». Эта великолепная такая женщина она Ишхара, святая блудница, спутница Инаны. Она живёт в храме, её дело любовное соитие.
Вот они пошептались, Гильгамеш с Шамхат. Гильгамеш придумал ей работу во имя Инаны. Дал он ей поручение: пойти и соблазнить Энкиду.
Пойди ты к нему, ведь он женщины не видел. Встань перед ним, открой ему свою красоту, привлеки к себе, дай ему наслаждение, как ты умеешь. Отдаст он тебе своё дыхание, потеряет силу, перестанет быть зверем, станет человеком.
Позвал и юношу-пастуха, приказал ему:
А ты укажи ей путь туда, где это видел. Она знает, что делать.
Шамхат, недолго думая, собралась, умылась, умастила тело маслом и благовониями и затемно отправилась в степь. Три дня она шла и пришла к тому месту, где пастухи видели косматого Энкиду. Там она спряталась в тростниках смотрит, ждёт. День ждёт, ночь ждёт, ещё день ждёт. Три дня и три ночи ждала притаившись.
Край солнца высунулся из-за горизонта, первые лучики заиграли на листве. Защебетали, зашевелились птицы в прибрежных зарослях. Потянулись к водопою звери: газели, онагры, дикие свиньи. Выбрался из дебрей косматый Энкиду. Попил воды, сел на травку, потягивается.
Тут вышла Шамхат, великолепная, из своего укрытия. Вышла, стала напротив Энкиду, сняла с себя все свои одежды. Глазеет на неё Энкиду, ничего понять не может, такого чуда никогда не видел. Он ведь никогда не видел женщин. А она то так повернётся, то эдак; она то так, то сяк посмотрит. Волосы у неё чёрные, она их свивает и развивает. Грудь у неё полная, тело округлое, приятное, ноги стройные, пальцы тонкие. Вся она так и благоухает, так и светится в лучах восходящего солнца.