Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Я? удивилась она.
Да. Иначе я вас обеих выброшу за борт.
Ты чудовище, она злобно глянула на него и подошла с улыбкой к девочке. Какая же она хорошенькая, она вновь глянула на капитана. Хорошо, но что дальше ты намерен с ней делать?
Понятия не имею.
А как её зовут? спросила Каролин.
Не знаю, пожал плечами Дин Фриман.
Прежде чем убивать родителей, узнал бы имя, с отвращением бросила Каролин. Убийца.
Кто ты такая, чтобы читать мне проповеди?! взбесился Фриман и грубо схватил её за руку.
Девочка вновь заплакала. Бартоломью подошёл к кроватке и начал её качать.
Дин опустил руку Каролин, которая бесстрашно смотрела ему в глаза.
Юна11, проговорил Акулий Зуб. Единственная.
Отлично, одобрил Фриман. Вот тебе и имя.
Капитан направился к двери.
Я и Юна будем на борту «Стрелы», утвердительно проговорила Каролин. В моей каюте достаточно места.
Капитан задержал шаг и не поворачиваясь ответил:
Я не против, Фриман тут же покинул каюту.
Каролин тяжело вздохнула и подошла к кроватке. Девочка мирно спала.
Иметь детей от этого человека грех, тихо сказала она. Не понимаю, что же происходит? она глянула на Бартоломью. Неужели и ты доволен такой жизнью? Ходить по лезвию ножа и каждый раз думать, что следующая вылазка окажется в лучшем случае галерной лавкой, а в худшем виселицей. Кому он мстит?.. Зачем?..
Каролин ответов на свои вопросы не получила. Акулий Зуб только помялся, пожал плечами, но секретов своего друга выдавать не стал.
При первом же случае я вернусь домой, во Францию, утвердительно доложила она. Лучше быть танцовщицей и певичкой на постоялом дворе, чем видеть, как убивают невинных людей за бочку рома.
Я принесу сундук с одеждой, сказал Бартоломью. Наверняка там есть что-то для малышки.
Да, вздохнула девушка, кивнув головой. И помоги мне перенести всё это в мою каюту, она улыбнулась, смотря на тихо посапывающую Юну. Я два года воспитывала дочь одной из наших танцовщиц, умершей от родов. Я называла Джульетту своей дочерью, но не смогла спасти её от чумы.
Бартоломью дошёл до двери, но остановившись, засунул руку в карман и вынул медальон, он вновь подошёл к девушке.
Ты знаешь, что здесь написано? спросил он, показывая ей.
Девушка внимательно разглядывала надпись.
Шар-ло-тта Г-ре-йм, по слогам прочитала Каролин. Шарлотта Грейм, она перевернула медальон, всматриваясь в лик святых. Ювелирная работа. Чьё это?
Не знаю, соврал пират, забирая у неё свою находку. Досталась с прошлого дележа. Всегда было интересно, что это за надпись. Надо позаниматься в чтении. Поможешь?
Я что и для тебя нянька? усмехнулась Каролин.
Ну ладно, у капитана есть книги, попрошу, стыдливо ответил Бартоломью.
Хорошо, помогу, улыбнулась она. А вещица шикарная, наверняка принадлежала какой-нибудь аристократке, хмыкнула Каролин, кивнув на медальон.
Может быть, пожал плечами Бартоломью, засовывая находку в карман. А ты не вини капитана, он тоже много потерял в своей жизни.
Ну да, гневно бросила она. Например: совесть, стыд и сострадание.
Бартоломью Акулий Зуб только лишь вздохнул и взяв сундук вышел из каюты.
2
Девятью годами ранее. Англия, Лондон. Июнь 1693 год.
Весь мир театр, в нём женщины, мужчины, все актёры.
Уильям Шекспир12
На дверях старого театра на Друри-Лейн13 пестрела едва не срываемая ветром афиша: «Сегодня состоится спектакль по пьесе Уильяма Шекспира «Укрощение строптивой». Двери то и дело открывались и закрывались, у театра стояло множество экипажей. Уважаемые господа спешили занять свои места.
Два яруса боковых галерей, разделённых на ложи, для особо почётных зрителей уже были заняты дамами в дорогих платьях с кринолином, изящных шляпках, и с веерами в руках, их сопровождали не менее напыщенные и важные кавалеры.
Зрительный зал постепенно заполнялся людьми. По углам горели канделябры, а большая люстра освещала всё пространство зала.
Такую картину наблюдала пара, стоя на сцене, до поднятия занавеса, через маленькую дверь в глубине, в щёлку рассматривая партер.
Опять он, со злостью пробормотал Дин, впиваясь взглядом в третий ряд партера.