Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Чистая работа, шхуну можно починить, первый помощник капитана стёр кровь с сабли пуском паруса.
Браво, бис! Дин Фриман спрыгнул на палубу захваченного судна. Отлично Бартоломью, справился без меня, улыбнулся капитан. Можешь осмотреть свою добычу.
Благодарю капитан, чуть склонил тот голову и направился вместе с остальными матросами осматривать судно.
Морские разбойники ринулись опустошать трюм и каюты, попутно добивая всех, кто где-либо спрятался.
Кают на шхуне было три: верхняя уютно обставленная кают-компания, где до сих пор на столе стояла еда, помещение капитана, и две маленькие.
Бартоломью дёрнул дверь одной из маленьких кают, она оказалась запертой, и оттуда слышался детский плач. Первый помощник непобедимого Фримана с силой пнул дверь ногой. Замок разлетелся на куски и дверь с шумом распахнулась.
Глазам пирата предстала невероятная картина: попавшее в каюту пушечное ядро превратило жилище в груду досок и вещей из перевёрнутого сундука. Само же ядро разорвало пополам пожилую мулатку. А небольшую кроватку, в углу, словно спас сам бог, в ней лежала маленькая девочка и неудержимо плакала. На лице злобного и грубого пирата, до мозга костей, Бартоломью, по прозвищу Акулий Зуб, вдруг воцарилась улыбка.
Ну-ну, не плачь, он поправил одеяльце, закутав малышку от холода.
Девочка перестала плакать, только чуть всхлипывала.
Из-под подушечки виднелось что-то круглой формы. Бартоломью вытащил золотой медальон с изображением девы Марии и маленького Иисуса, на обратной стороне было что-то написано, но так как он с трудом умел читать, то не предал этому значения.
Смотря на лик святых, пират, не имевший семьи и дома, впервые задумался о своей грешной душе, а уж потом о том, как отнесётся к такой находке капитан Фриман, ставший ему и другом, и братом, хотя Акулий Зуб был значительно его старше.
Вот это да-а-а, послышалось растяжное за спиной.
Бартоломью лихорадочно сжал медальон в ладони и обернулся.
Позови капитана, сказал он одному из толпившихся у каюты матросов.
Вскоре кроватку с малышкой перенесли в неповреждённую каюту.
Вся команда заглядывала в дверь, чтобы поглазеть на столь необычную находку.
Акулий Зуб превратился в мамочку! хохотали все тридцать четыре человека команды, видя Бартоломью с малышкой на руках.
Как ни странно, только в его присутствии девочка не плакала, а когда он взял её на руки, даже улыбнулась.
Она твоя, как и корабль, ухмыльнулся капитан Фриман.
Что я буду с ней делать? панически выдал Акулий Зуб и аккуратно положил девочку в кроватку. Что вы капитан, я не в состоянии заниматься этими ну он запнулся на слове, жестикулируя и указывая на малышку.
Мирскими заботами, Зуб, вот как это называется, дополнил боцман.
Да, Эндрю прав, я не знаю этого, отчеканил, казалось бы не умеющий краснеть, но всё же изрядно покрасневший пират.
Капитан, а Каролин? спросил Эндрю.
Да, отдай ребёнка ей, чуть осмелел Бартоломью.
Хорошо, согласился капитан. Позовите её сюда.
Фриман обернулся на скалящиеся улыбками лица моряков.
А корабль кто чинить будет?! рявкнул он. А ну за работу! Ребёнка никогда не видели?
Команду тут же, как ветром сдуло. Послышались приказы боцмана и все дружно принялись за работу.
Фриман взял нежную маленькую ручку девочки, тянущуюся в его сторону. Девочка обеими ручонками ухватилась за его пальцы, рассматривая их с явным интересом. Грубость бывшая доселе, сменилась неким сожалением.
Видя это Бартоломью произнёс:
Единственный живой груз.
Капитан вздрогнул. Что творилось в его душе, не мог понять даже он сам. Бартоломью давно не видел его таким.
Она прелестна, вздохнул Фриман.
В каюту вошла миловидная брюнетка двадцати четырёх лет.
И что тут? спросила она.
Вот, Фриман отошёл от кроватки.
О боже, Дин ты чудовище, выпалила она.
Знаю, ответил он, приняв надменный вид. Ты единственная женщина на борту и знаешь, как ухаживать за детьми.
Я? удивилась она.
Да. Иначе я вас обеих выброшу за борт.
Ты чудовище, она злобно глянула на него и подошла с улыбкой к девочке. Какая же она хорошенькая, она вновь глянула на капитана. Хорошо, но что дальше ты намерен с ней делать?