Всего за 399 руб. Купить полную версию
Мяличкин досадливо поморщился, и карандаш побежал по бумаге: «Я, Мяличкин Константин Юрьевич, являясь начальником сектора третьего отдела Региструпра, был отправлен в командировку в Таллин (Ревель) с целью».
Глава 4
Бутылка виски
I
Отель «Де сакс» находился почти в центре Праги. Это была самая дорогая гостиница города. В былые времена здесь останавливались члены австрийской и саксонской династий.
Расплатившись с извозчиком, частные сыщики зашли внутрь.
Метрдотель, справившись о цели визита, поведал, что полиция, прибывшая на место после сообщения доктора, опрашивает подчинённых мистера Баркли в тринадцатом номере.
Комната под несчастливой для русских людей цифрой оказалась в самом конце коридора второго этажа. Ардашев постучал в дверь.
Войдите! пробурчал знакомый голос инспектора Яновица.
Войта улыбнулся и первым шагнул в номер, Клим Пантелеевич вошёл за ним.
Пятидесятиоднолетний Милош Яновиц как всегда, слушая свидетеля, по привычке гладил нафабренные усы и, облачённый в белую сорочку с галстуком и в костюме-тройке, при первом знакомстве всегда производил впечатление высокообразованного и вежливого человека, но это впечатление таяло, как снег, стоило ему приступить к допросу. Судя по всему, в данный момент полицейский опрашивал за столом последнего свидетеля, вернее, свидетельницу. Двое других Эдгар Сноу и Алан Перкинс сидели на диване во второй комнате, ожидая окончания неприятной процедуры.
Ого! вставая, воскликнул инспектор. Сам господин Ардашев пожаловал! И, как всегда, в сопровождении верного Санчо Пансы моего бывшего непутёвого подчинённого.
Так уж и непутёвого? огрызнулся Войта. А разве не я раскрыл убийство на Ржетезовой улице, пока ваша светлость ковыляла в участок после изрядно принятого на грудь?
Смотри мне, Вацлав! погрозил пальцем инспектор. Допросишься!
Ладно-ладно, ваше вселенское величество, прошу не гневаться. Мы по делу. Переговорить бы.
Яновиц повернулся к свидетелям и сказал:
Господа, прошу вас подождать в холле. Возможно, вы ещё понадобитесь.
Мисс Лилли Флетчер тотчас перевела слова инспектора и вместе с остальными покинула номер.
Садитесь.
И на том спасибо, проронил Ардашев и расположился напротив.
Итак, что же вас привело сюда? осведомился полицейский, набивая трубку табаком из кожаного кисета.
Наверное, то же, что и вас, господин инспектор, ответствовал Клим Пантелеевич. Всего несколько часов назад, к нам в контору заявился этот американец вместе со своими помощниками. Он сообщил нам, что будучи ещё в Америке получил несколько писем с угрозами. Вымогатель составил для него и его окружения, включая даже домашнего питомца, прейскурант жизни, в котором были указаны суммы, позволяющие мистеру Баркли здравствовать в течение августа, а потом и сентября месяца. Вот потому-то он с большим удовольствием пересёк океан, и, судя по всему, чувствовал себя здесь в безопасности.
Прейскурант жизни? прикуривая трубку, удивился инспектор. Такого я ещё не слыхал.
Да, представьте себе.
И что же этот толстосум от вас хотел?
Он просил меня отправиться вместе с ним в Америку и отыскать преступника.
И поэтому вы здесь?
Почти. Я протелефонировал в «Де сакс», чтобы с ним встретиться, а мне сообщили, что мистера Баркли увезли в карете скорой помощи. Приехав сюда, нам поведали и о вас. Вы не знаете, в какой он больнице?
На Франтишку.
Где прозекторская доктора Гольдберга?
Да.
Что с ним? поинтересовался Войта.
Не знаю, пожал плечами полицейский. Врачи обнаружили у него признаки то ли удара[5], то ли паралича сердца[6], то ли грудной жабы[7]. Шут их разберёт. Если судить по рассказу переводчицы и двух молодых людей, они всей компанией сидели здесь, в номере, и обсуждали дела. Баркли налил себе немного виски и закурил сигару. Потом явился коридорный и передал американцу письмо. Тот прошёл в другую комнату, судя по звукам, распечатал конверт. Вернулся злой. Снова налил виски и выпил. Покурил. Вдруг схватился за сердце и, начав задыхаться, осел в кресло. Его положили на диван, расстегнули сорочку и открыли окно. Срочно вызвали доктора. Американец этот, видно, большая шишка. Сам полицмейстер распорядился, чтобы я приехал и проверил не было ли в отношении него какого-либо злоумышления. Но нет, всё чисто, если не считать вашего рассказа.