Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Отец убит подо Ржевом. «В безымянном болоте, пятой роте, на левом, при жестоком налёте», как напишет потом Твардовский. Девять ртов осиротил, и мать, раздавленная вдовьей долей, которая и так в самом малом и необходимом себе отказывала, просто не знала, чем еще помочь. Если надо, она и от своего тела бы кусок отрезала ради умирающей дочки, но вот беда: Аля-то и не ест ничего не может. Организм даже воду не принимает всё обратно. Бабушка, с трудом разомкнув Але зубы, едва пол-ложечки бульона в день вливала в нее. Аля угасала прямо на глазах
Узнав про беду с девочкой, однажды к Бакилиным заглянул старик-сосед. Из поношенного вещмешка он достал полковриги хлеба, бутыль с молоком и жутко вонявшую каким-то незнакомым нутряным запахом корчажку.
Фу-у, что за вонишшу приволок, дедушка?
Не воротите нос-от это пользительная штука! Сало барсучиное, натуральное, враз Алечку на ножки поставит!
Старик был знатным рыбаком-охотником, поэтому в войну не так бедовал рыбка да убоинка выручала. Ставил капканы на барсуков в дальних урочищах за Комендатами и Билимбаихой, топил из них сало, которым и пользовал всех болящих.
Исти такую гадость оно, конечно, врагу не пожелаешь. Тут привычка требуется. Ты вот что, соседушка, послушай: ложкой вот стокмо черпни, да два раза в день скармливай Алечке. Рот-от ей рукой зажимай, а то стошнит и без пользы продукт уйдет. Плачет пусть, давится а проглотить должна! Хоть обманом, хоть силой заставь
Две недели не отходя от Алиной койки, под скептические взгляды докторов бабушка выполняла иезуитские указания нежданного лекаря. Слезы ручьем текли, а сердце кровью обливалось, но когда на щеках у Али проступил румянец и кашель будто стал жиже, а дыхание не напоминало уже предсмертные всхрипы, даже суровая врачиха поверила, что порой вековая сила народного милосердия бывает сильнее науки и божьего промысла
Бабушка, мне бы хлебца, тронула Аля ее руку и впервые за долгое время улыбнулась.
А ночью в последний раз пришла к Але «фея» без привычной косы и совсем не страшная:
Сильная ты, пионерочка! Похоже, до-олго я к тебе еще не приду!