Всего за 74.9 руб. Купить полную версию
Господи! Прости меня, грешнаго! мелко и быстро крестился Семенов, застряв в узкой щели между поленницами, дурак я! Ой, дурак! Сподобило же влюбиться в Глашку! Других что ля нету?!
В центре стола на серебряном блюде еще шипела, заполняя гостиную чудным ароматом, запеченная c яблоками до золотистой корочки большая утка.
Наталья Сергеевна! целовал тонкие пальчики Тигран Васильевич, вы волшебница! Изумительная красивейшая женщина! Клянусь вам!
Господа! Прошу к столу! немного смутилась Наталья, нет, нет! Алеша! Немного вина мне только
А я ему говорю! На прошлой неделе, взяв под локоть доктора, Робачевский во что бы то ни стало решил досказать историю, говорю ему: «Семенов! Принеси попить». А этот гусь?! Вместо того, чтобы принести воды, побежал за водкой! Ну! Что ну?! Где-то попался на глаза Протопопову!
Сережа! Потише! Я дочь уложила
Хорошо, хорошо, сбавил на тон Сергей. Сжал кулак, погрозив кому-то невидимому в окно, у-ух! Все мне навред и назло! Морда «скобарьская»! и слова-то, когда говорит, «по-курляндски»: тя-нет, тя-нет!..
Спокойный и скромный парень этот ваш Петр Семенов, заступилась жена за солдата. Встретившись взглядом c Глашей, улыбнулась, правда, Глаша?!
На другом конце города, в самом конце Губернаторской, в доме начальника хозяйственной части полка Атлантова Петра Андреевича играли в карты.
Представляете, господа! И ведь наорал на меня! При всех! Петр Андреевич подкинул на сукно «туза».
Ну не вызывать же его на дуэль? Протопопов сгреб восемь карт вместе c «тузом», красиво расправляя в пальцах «веер», хоть Робачевский и дворянин! Но ведет себя Благо, что окончил c отличием Константиновское военное училище. А по его подпоручику Новаку давно уже каторга плачет!
Кстати, Чермоев планирует провести аттестацию всех чинов, полковой адъютант Кондаков начал тасовать колоду карт, и у контрразведки и у жандармерии, имеются сведения, много вопросов к этому Новаку.
А что так? Неблагонадежен?! Атлантов показал «шестерку червей», мой ход, господа!
В пассиях своих неразборчив Представляете, буквально сегодня утром некая Войцехович скрылась из-под носа приставов. А в квартире учинили обыск. Говорят, что нашли листовки, экземпляры большевицкой «Искры». Между прочим, болтают, у нас в Пскове печатают!
Да-c дела!..
Когда же ты женишься, а, Алексей Федорович?! снова прилепился к Новаку Робачевский.
Сережа! Это нетактично! Наталья Сергеевна укуталась в шаль, Глаша, подавай чай!
Глаша принесла пыхтящий самовар. Каждый наливал сам себе в чашки кипяток, добавляя из фарфорового чайничка заварку.
Сергей Николаевич задумался, уставившись на китайский фарфор, и опять его понесло, а этот самый Чермоев и спрашивает меня!
Николай Антонович! Как вам новый командир?! перебила жена.
Думаю Владимир Алексеевич временно у нас, метит в будущем на вышестоящую должность, отхлебывая чай, деликатно уклонился доктор.
Господи! Да что же это такое?! в очередной раз, громко икнув, Владимир Алексеевич встал c постели. Походил в шлепанцах в темноте по комнатам новой еще незнакомой квартиры. Выпил стакан воды. Вроде отпустило. Снова лег в кровать. И через полчаса, немного повертевшись, полковник Чермоев все же уснул крепким сном
Петька Семенов не мог заснуть: то простынь c матрацем съезжала на бок, то подушка торчала комками, надавливая на ухо, то пятка царапалась. Вертелся, вертелся
Ну чего ты ерзаешь? Аркашка Уваров приподнял рыжую голову c соседней казенной кровати.
Да чет не спится
Сходи, водички хлебни! Или босиком по снежку тоже хорошо.
Хорошо, да уж, куды лучше как тебе новый наш полковник?! А, Аркадий?! Вроде, ничаго.
«Ничаго»! Уваров злился: то ли на Петьку, не дававшему заснуть, то ли на самого себя, наделенным уж больно чутким ухом, а то ли на всю свою жизнь
Вроде строгий! Его высокоблагородие! Ишь как зыркал на нас. А по голосу вроде добрый.