Всего за 74.9 руб. Купить полную версию
Вроде строгий! Его высокоблагородие! Ишь как зыркал на нас. А по голосу вроде добрый.
Все они одинаковые «ихблагородия»! только и умеют, что орать на нашего брата, да по моське хлестать
Как думаешь, отпустят нас в отпуск в деревню на покос? Владимир Захарыч тот отпускал.
То Гудима был, сел на кровати Аркашка, надо к Новаку подойти, приспроситься.
Пойдем вместе.
Как будет добрый в расположении духа, я тебе мигну, Уваров снова улегся, завернувшись поплотнее в колючее одеяло.
А чего ждать-то? Он завсегда добрый. И землячок наш, как-никак c одной деревни.
Может, и c одной деревни, да рылом мы не таки!
Семенова пробрал смех, глядя на торчащие уваровские рыжие усы и его сверкающие злые глазенки из-под подушки.
Чего ржешь?! Услышит Ефимов, он тебе задаст!
Ефимов дома у своей Прасковьи давно уж под бочком похрапывает!
А чего тогда лежим?! скинув одеяло, снова уселся Уваров, пошли в мою «коптильню». У меня осталось маленько «снотворного»! только тихо, не разбуди остальных
Глава вторая
После Седмицы и дня Блаженного Христа ради юродивого Николая Псковского резко пошло на оттепель. Дворники то и дело успевали счищать мокрую наледь c крыш, отскабливать снег с крылечек, обильно посыпая песком скользкие дорожки.
Над городом висели плотной завесой серые мохнатые тучи, но сильный порывистый ветер нет-нет да и вырывал клок, обнажая небесную синь
Полковник Чермоев приехал за четверть часа до прибытия поезда к варшавскому вокзалу встречать жену Софью Андреевну.
На перроне было немноголюдно: извозчики, ожидая клиентов, зевали на двуколках позади прохода на площадь; лоточник стоял у входа в вокзал; несколько барышень из Мариинской гимназии, видимо тоже кого-то встречали; да начальник вокзала, заложив руки за спину, медленно прогуливался вдоль фонарей.
Но вот, пыхтя и посвистывая, со стороны линии: «Москва Виндава» прибыл паровоз, c легкостью волоча за собой полдюжины вагонов.
Владимир Алексеевич быстро вычислил среди них первый класс. Окликнул солдата, приехавшего c ним в помощь перетаскивать багаж. И, углядев в полузакопченном окне супругу, замахал рукой
Здравствуй, Володенька! Софья Андреевна поцеловала мужа в щеку, кажется или ты похудел?
Ну, здравствуй! Владимир Алексеевич в свою очередь украдкой чмокнул жену в щечку, не привыкший на виду показывать своих сентиментальностей, а где Лизанька?!
Елизавета приедет через неделю. Пусть погостит пока у теток. Миша на каникулы тоже будет. В воскресенье забегал домой.
Местные псковские дамы, стоявшие невдалеке, c неприличным интересом разглядывали госпожу Чермоеву.
Софья Андреевна, несмотря на свои сорок лет, выглядела моложаво, свежо. Однако весьма скромное серое узкое пальто без единого намека на вышивку или тесьму по воротнику и манжетам, что считалось очень модным, и ботинки на пуговицах и шнурках, не вызывали восторга. Как вдруг из-под шляпки, не видимая до этого из-за поднятого воротника, блеснула сережка.
Ах! Какая красота! ослепительный бриллиант, вкрапленный в белое золото, стоил не меньше, да что там целое состояние!!!
А если псковские модницы еще б узнали, что та самая шляпка была куплена в «Прадо» из коллекции Пуаре, то умерли бы на месте от зависти
А в это время Алексей Новак, изрядно взопрев, наконец-то вышел из ворот Губернского Жандармского Управления, что на Пушкинской в доме Боговскаго.
Беседу c ним лично проводил Николай Арсеньевич Сомов, полковник, и, не смотря на грозную должность начальника жандармерии, вполне себе порядочный человек.
Итак, Алексей Федорович, знакома ли вам Анна Каземировна Войцехович?!
Адъютант управления Волков, усевшись c боку, тщательно записывал все вопросы и ответы.
Да, знакома.
Где и когда познакомились?
Прошлым летом, кажется, в августе.
Где, у кого?
У Католического костела. Я мимо проходил Анна Каземировна сопровождала какую-то старушку. Я помог им сесть в экипаж, спокойным тоном отвечал Новак.
Ну, хорошо, Алексей Федорович, Сомов потупил глаза, я понимаю, что вопрос чрезвычайно не деликатный, но все же прошу ответить, в каких отношениях вы c госпожой Войцехович?!
Алексей задумался. А действительно, в каких?! Не жена ему, не любовница, не друг