Всего за 12 руб. Купить полную версию
Как это сгорит?! не понимал я.
Печи ремонтирует. Огромные такие металлургические печки.
C наш дом?!
Еще выше. И там очень жарко. Они обливаются водой, залазят внутрь, меняют запчасти, кирпичи
Ни х.., ничего себе, чуть не сматерился я, представляя, как это вообще возможно, залазить в огненную беспощадную стихию, и какие же это такие огромные печи, где можно варить даже сталь
На полпути остановились у придорожного кафе. Так и есть. Отец c приятелем были «поддатыми». Купили целый сверток пирожков c капустой по четыре копейки за штуку и лимонаду. Ввиду того, что надо мной висел «злой рок очищения желудка» я не стал есть. Подумал, что лучше будет, если поем у бабушки.
Добравшись до обеда к бабулиному дому, вышло совсем не так
На улице у ворот, во дворе, в избе было множество людей. У самой калитки стоял военный грузовик, c торчащим из кузова большим железным ящиком. Рядом стояли два солдата в шинелях, курили
Одна часть моих родственников громко настаивала на том, что надо этот «ящик» занести в дом, другая везти сразу на кладбище.
Была еще одна проблема. Бетонный мост по дороге на кладбище затопило. Осень была дождливой. И людям по шею в ледяной воде не пройти. Если только не дать большой крюк до мостков.
Родственники ссорились. Бабуля навзрыд причитала где-то в избе. Решал все мой отец.
Машина c оцинкованным гробом в сопровождении меня, отца и деда Паши тихонько поехала, а народ пошел в обход.
Солдаты c дедом сидели в кабине, я c отцом в кузове, накрытым тентом. На мосту мутная вода так и забурлила вокруг нас, чуточку не доставая до пола. Было бы совсем страшно, если б не рядом сидящий на скамейке отец. Он больше не плакал, держался. Надо было закончить мужскую часть работы
Вернувшись c похорон, я наконец-то поел, отогрелся. А потом долго рассматривал дядину медаль «За отвагу».
Медаль была круглой, серебристого цвета. Вверху летели три самолета, а внизу ехал танк.
Значит, дядя Гриша погиб геройски, отважно. Наверняка, убил много «фашистов». Как выяснилось из разговоров за поминальным столом, был он танкистом.
Он и меня позапрошлым летом катал на своем мощном «касемьсоте». Из кабины огромного трактора все вокруг казалось таким малюсеньким: и деревенские бабы и девки, что кричали и смеялись нам вслед, были совсем крохотными в своих ситцевых платьицах
Это у него я выпросил пластинку Высоцкого. Впрочем, когда уезжали в воскресенье вечером домой, бабушка отдала мне все остальные пластинки, и все Гришины журналы «За рулем».
Я мог бы назвать себя в тот момент самым счастливым человеком на свете, если бы если бы не дядя Гриша в цинковом ящике
В субботу надо было идти к мамкиной бабушке помыться в бане