Всего за 200 руб. Купить полную версию
Представителю Советского Союза там делать нечего, сказал ему товарищ Котов, но левому, независимому французскому журналисту Альенде обрадуется. Твоя задача вытащить его из страны любой ценой, наставник повел дымящейся кубинской сигарой, Альенде нужен нам живым, а не мертвым, о будущем путче в Москве говорили, как о решенном деле.
Перед отъездом Саши в Сантьяго чилийский парламент принял резолюцию о незаконности правления Альенде. Президента обвиняли во всех грехах скопом, от инфляции до распространения в государстве, как выразились депутаты, марксистских идей. Несмотря на это, Саша не заметил в зале прилета красных звезд или флагов.
Зато я заметил кое-что другое, вернее, другого, офицер на контроле лениво листал его испещренный фальшивыми визами паспорт, ясно, что он здесь не с частным визитом
Черная сутана иезуита не могла ввести Сашу в заблуждение. Он никогда не жаловался на зрительную память. Папка фальшивых староверов Квасниковых исправно хранилась в архивах Комитета.
Это не серый епископ, Саша следил за так называемым глухонемым, Пиявка о нем рассказывала, но тогда у нас не было его фото. Это его брат, работник Моссада, коллега тоже решил не обременять себя багажом.
У него саквояж, у меня рюкзак, Саша получил обратно паспорт, надо за ним проследить. Моссад всегда подпевает американцам, а именно они заинтересованы в будущем перевороте
Не выпуская из вида черной сутаны, Саша нырнул в толпу, валящую к конвейерам для выдачи багажа.
В распахнутые окна маленькой комнаты вливался жаркий полуденный ветер. Кованый балкон Леоны, нависший над булыжником узкой калле Лондрес, снабдили потрепанной холщовой маркизой.
Цветы в глиняных горшках пышно разрослись. На выложенном плиткой полу поместился легкий деревянный столик и скрипучий стул. Леона часто восседала там с чашкой кофе и пишущей машинкой, обложившись рабочими папками.
С балкона она хорошо видела колокольню церкви святого Франциска. Сооружение прибавили к храму времен конкисты в викторианскую эру.
Нас часто трясет, смешливо сказал ей Виктор Хара, старая колокольня два раза рассыпалась в труху. В девятнадцатом веке решили возвести более массивное сооружение
Серые камни колокольни увенчивали большие часы. Бой курантов доносился прямо на балкон Леоны. Поднявшись на цыпочки, повернувшись налево, она могла разглядеть и белый мрамор президентского дворца Ла Монеда.
Отсюда пять минут до авеню освободителя Бернардо ОХиггинса, Леоне казалось смешным, что герой чилийской независимости носил ирландское имя, и пять минут до площади перед дворцом, по спине пробежал холодок, всего десять минут ходьбы. Танки окажутся на площади гораздо быстрее, она вынула карандаш из небрежного узла светлых волос, но хватит разводить панику, коммунисты сильнее фашистов
В левых кругах, где вращалась Леона, военных по-другому и не называли. Леона старалась не думать о черных почти что свастиках, эмблеме ультраправой организации «Родина и свобода». Граффити с паучьими символами покрывали стены в центре города. На дверях подъездов расклеивали отпечатанные призывы к гражданскому сопротивлению.
Помните героев июньской революции, так правые называли провалившуюся попытку путча в начале зимы, не сдавайтесь, присоединяйтесь к силам патриотов, патриотами Чили себя здесь считали все.
Как правые, так и левые, хмыкнула Леона, но Альенде зря делает ставку на армию. В июне военные его поддержали, но сейчас все может измениться
Стены гостиной пестрели яркими коммунистическими плакатами и афишами левых концертов. Леона бросила взгляд на обрамленный конверт пластинки. Гитару мистера Рида пересекал размашистый автограф: «Вперед, за мной, к борьбе за свободу!». По мнению Леоны, певец отличался невыносимой напыщенностью.
Настоящий павлин, девушка затянулась сигаретой, он не скрывал, что я у него была не единственной поклонницей, Рид отправился из Чили в социалистическую Германию.
Ты выучишь язык, обнадежил он Леону, поехали со мной, незачем здесь торчать. Альенде обречен, наши фашисты, мистер Рид ненавидел ЦРУ, не позволят ему проводить социалистические реформы. Нечего надеяться, что крестьяне получат землю, а рабочие заводы
Леона сделала вид, что хочет завершить консультации по идущим сейчас судам. Она не могла получить местную адвокатскую лицензию. Документ требовал трех лет практики в конторе дипломированного юриста и подробного экзамена.