Всего за 200 руб. Купить полную версию
Гейденрейх, осужденную за измену родине, выразившуюся в жизни в блокадном Ленинграде, сактировали, как инвалида в сорок втором году. Женщине влепили в паспорт штамп, запрещающий возвращение в столицы. Гейденрейх, с ее десяткой и поражением, как говорили в Усольском лагере, где сидела бывшая балерина, предпочла не интересоваться, откуда, каждое утро, появляется Наденька, как звали девочку.
Ученица стояла в красивом плие:
Понятно, откуда. Ее привозят на трофейном опеле, с сопровождающим, при оружии. Она дочка кого-то из лагерных начальников, к гадалке не ходи
Темные, тяжелые косы, девочка укладывала на затылке. Наденька носила аккуратные, атласные пуанты, пышную юбочку, дорогого тюля, явно заграничный, танцевальный купальник. Большие, карие глаза спокойно оглядывали репетиционный зал. За два часа экзерсиса и упражнений на полу, девочка едва ли говорила с десяток слов:
Я даже не знаю, сколько ей лет, задумалась Гейденрейх, то есть на вид, восемь, или девять. Для классического танца она высокая. Она хорошо будет смотреться в народных композициях. Задатки у нее отличные, видно, что спортивная девочка Наденька легко садилась на шпагат и не просила перерыва, в занятиях.
Екатерина Никодимовна стучала ладонью по крышке рояля:
Деми-плие, гран-плие, пор-де-бра Следи за руками, Надя второй час занятий проходил не у станка, а в центре зала. Кинув взгляд на ученицу, Гейденрейх удивилась:
Она знает, как делать это движение. Она второй раз ошибается, что с ней такое сопровождающий, позевывая, закрылся газетой. Девочка, безмятежно, не меняя позиции, взглянула на преподавательницу. Подойдя к ученице, поправляя ей руки, Екатерина Никодимовна не услышала, а уловила шепот:
Avez-vouz ete a Paris, madame Catherine? она похлопала длинными ресницами. Екатерина Никодимовна шевельнула губами:
Oui.
Dites-moi потребовала Надя. Произношение у девочки было безукоризненное.
Plus tard, Nadine Гейденрейх, со значением, скосила глаза на двери:
Merci Надя, немедленно, вернула руки на положенное место. На пухлых губах девочки, цвета спелой малины, промелькнула легкая улыбка. Старые часы с кукушкой пробили одиннадцать утра, Гейденрейх вернулась к роялю:
Занятие закончено. До завтра, Надя, иди переодеваться сопровождающий, поднявшись, распахнул перед малышкой дверь. Екатерина Никодимовна полюбовалась прямой спиной:
Осанка королевская, словно она аристократка, а не дочь гэбиста. Она, скорее всего, учит французский. В лагерях можно отыскать каких угодно преподавателей. Мне надо быть осторожной, и не болтать при ней лишнего репродуктор, в углу зала, пока молчал:
Скорей бы он сдох пожелала Гейденрейх, все только одного и ждут
Приоткрыв форточку, затянувшись «Беломором», она проводила глазами скрывшийся в поземке, черный опель.
На заднем сиденье машины, среди кашемировых пледов, валялись цветные карандаши. Нырнув в машину, расстегивая каракулевую шубку, Надя закатила глаза:
Даже здесь рисуете старшая сестра и младший брат склонились над альбомами. Аня, наотрез, отказалась заниматься балетом. Девочка, холодно, сказала их воспитателю, как себя называл обходительный человек, средних лет:
Мне это неинтересно. Я не против уроков музыки, но на балет пусть ездит Надя они подозревали, что МГБ могло отыскать и заключенную преподавательницу балета, но решило воспользоваться находящимся под рукой хореографическим училищем.
Интернат, как называли пышное, ампирное здание, стоял на большом, огороженном участке, на берегу лесного озера. От проходной, с воротами мощного железа, до окраины города было всего полчаса на машине.
Покосившись на переднее сиденье, на шофера и шелестящего газетой сопровождающего, Надя нашла в складках пледа простой карандаш. Аня ездила с братом на занятия академическим рисунком, в художественный музей:
Там тоже думают, что мы дети лагерных начальников, криво усмехнулась Надя, я по лицу Екатерины Никодимовны все понимаю. Но, может быть, она мне расскажет о Париже, хотя бы немного перегнувшись через плечо брата, она поинтересовалась: «Что это?». Павел поднял серые глаза:
Мост Понте-Веккьо, во Флоренции. Нам сегодня рассказывали о рисунках Леонардо. Ты знаешь, что он придумал вертолет и водолазный костюм когда брат начинал говорить об искусстве, его было не остановить: