Всего за 219 руб. Купить полную версию
Передай ему, что он тоже неплохо выглядит, отвечал принц.
Мы только что сменили кудесника, объяснила королева. Поэтому король так поздоровел.
Вы уволили Магического Макса? спросил принц Хампердинк. Я думал, других не осталось.
Мы нашли еще одного в горах совершенно замечательный. Старый, конечно, но на что сдался молодой кудесник?
Скажи ему, что я сменил кудесника, вмешался король Лотарон. Получилось так: Скабу бубу бубубу кудебу.
Что он сказал? осведомился принц.
Что человеку твоего положения не пристало жениться на любой принцессе.
Не поспоришь, не стал спорить принц Хампердинк. И вздохнул. Глубоко. Значит, видимо, Норина.
С политической точки зрения идеальный брак, согласился граф Рюген.
Принцесса Норина была из Гульдена, что лежал за Флоринским проливом. (В Гульдене говорили иначе: там Флорин располагали по ту сторону Гульденского пролива.) Оба королевства вряд ли протянули бы столько веков, не воюй они вечно друг с другом. Между ними случились Оливковая война, Тунцовая размолвка, чуть не разорившая обе страны подчистую, Католический конфликт, совершенно их обанкротивший, а вслед за ним Изумрудные разногласия, в ходе которых оба государства снова разбогатели в основном потому, что ненадолго объединились и взялись грабить всех остальных в пределах морской досягаемости.
Я вот только не знаю, как у нее с охотой, заметил Хампердинк. Нрав дело десятое, но орудовать кинжалом пусть умеет.
Я видела ее несколько лет назад, сказала королева Белла. Прелестна, но едва ли мускулиста. По-моему, она чаще вышивает, чем действует. Но прелестна это да.
Кожа? спросил принц.
Беловатая, сказала королева.
Губы?
Количество или цвет?
Цвет, З. М.
Розоватые. И щеки тоже. Глаза крупноватые, один голубой, другой зеленый.
Хм сказал Хампердинк. А фигура?
Гитарноватая. Одевается роскошновато. И конечно, славится на весь Гульден крупнейшей в мире коллекцией шляп.
Ну давайте позовем ее на какой-нибудь государственный праздник и поглядим, сказал принц.
Вроде в Гульдене была принцесса подходящего возраста? встрял король. Получилось так: Бубу в Гульбубу бубу буцесса бущего бубуста?
Никогда-то вы не ошибаетесь, улыбнулась королева Белла, глядя в слепнущие глаза своего властелина.
Что он сказал? осведомился принц.
Что мне надлежит сегодня же отправиться в Гульден с приглашением, ответила королева.
И так начался достославный визит принцессы Норины.
* * *
Снова я. Из-за этого сокращения я угрызаюсь меньше всего. Не будучи склонны к предельному самоистязанию, вы ведь пропустите главы «Моби Дика» про китобойный промысел? Вот и сцену сборов у Моргенштерна тоже лучше не открывать. Ибо на следующих пятидесяти шести с половиной страницах «Принцессы-невесты» имеет место ровно это: сбор и паковка багажа. (Сцены распаковки тоже сюда относятся.)
Происходит следующее: королева Белла пакует почти весь свой гардероб (11 страниц) и едет в Гульден (2 страницы). В Гульдене она распаковывает гардероб (5 страниц) и вручает приглашение принцессе Норине (1 страница). Принцесса Норина принимает приглашение (1 страница). Затем принцесса Норина пакует всю свою одежду и шляпы (23 страницы), после чего принцесса и королева вместе возвращаются во Флорин на ежегодное празднование основания Флоринбурга (1 страница). Они прибывают в замок короля Лотарона, и принцессу Норину провожают в ее покои (1/2 страницы), где она 12 страниц распаковывает одежду и шляпы, которые паковала полторы страницы назад.
Я как-то теряюсь. Я беседовал с профессором Бонджорно, завкафедрой флоринской истории в Колумбийском университете, и профессор мне сказал, что эта глава великолепнейшая во всей книге сатира, ибо здесь Моргенштерн, оказывается, демонстрирует, что, хотя Флорин полагает себя несравненно развитее Гульдена, Гульден на деле гораздо утонченнее Флорина, что доказано превосходящим числом и качеством женских нарядов. С настоящим профессором я спорить не решусь, но, если у вас затяжная и неизлечимая бессонница, сделайте своему организму доброе дело и начните читать третью главу полной версии.
В общем, сюжет слегка оживляется, едва принц и принцесса знакомятся и вместе проводят день. У Норины, как и было обещано, беловатая кожа, розоватые щеки и губы, крупноватые глаза, один голубой, другой зеленый, гитарноватая фигура и, пожалуй, самая выдающаяся коллекция шляп на свете. Широкополые и узенькие, высокие и наоборот, причудливые, разноцветные, однотонные, клетчатые и сетчатые. Шляпы Норина трепетно меняет при любой возможности. Ее представляют принцу в одной шляпе, а когда он зовет принцессу погулять, та отлучается и вскоре возвращается в другой тоже загляденье. И так весь день я подумал, что современный читатель не переживет подобного обилия дворцового этикета, а потому к оригинальному тексту мы возвращаемся в час ужина.
* * *
Ужинали в Большом зале. Обычно все питались в столовой, но для столь торжественной трапезы столовая была маловата. Столы выставили по центру Большого зала, где даже летом было зябко, а меж парадных и прочих дверей гуляли сквозняки. Порывы ветра временами достигали ураганной силы.
В тот вечер события развивались более или менее по плану: постоянно свистели ветра, слуги то и дело вновь зажигали погасшие свечи, дрожали дамы, одетые посмелее. Но принца Хампердинка холод не смущал, а во Флорине дела обстояли так: коли принц не смущается и тебе нечего.
В 20:23 Флорин и Гульден готовы были заключить долговечный альянс.
В 20:24 два государства застыли на пороге войны.
А случилось вот что: в 20:23:05 приготовились подать основное блюдо. Основным блюдом была эссенция поросенка в коньяке, а на пятьсот гостей ее требуется очень много. Дабы ускорить подачу, распахнули огромные двустворчатые двери из кухни в Большой зал. Двери эти располагались в северной стене. Дальше они так и стояли открытыми.
За двустворчатыми дверьми, что вели в винный подпол, приготовили вино, уместно дополнявшее эссенцию поросенка в коньяке. В 20:23:10 двери распахнулись, дабы винные подавальщики быстренько вынесли едокам бочонки. Отметим, что двери эти располагались в южной стене.
Едва они распахнулись, в зале поднялся необычайно сильный боковой ветер. Принц Хампердинк ничего не замечал, ибо шептался с гульденской принцессой Нориной. Они сидели щека к щеке, и его голова почти исчезла под ее широкополой аквамариновой шляпой, которая чудесно подчеркивала изысканный тон обоих ее крупноватых глаз.
В 20:23:20 в зал с некоторым опозданием вступил король Лотарон. Он вечно опаздывал уже много лет, и истории известны случаи, когда люди, не дождавшись его, помирали с голоду. В последнее время, однако, трапезы стали начинать без короля его это не обижало, кудесники все равно запретили ему трапезничать. Король вошел через Королевские двери громадные врата на петлях, куда никому больше не дозволялось ступать. Чтоб их открыть, призывали нескольких дюжих слуг. Немаловажно, что Королевские двери всегда располагались в восточной стене любого помещения, ибо король обретается ближе всех к солнцу.
Дальнейшее описывали как норд или зюйд-вест в зависимости от того, где сидел говорящий, когда поднялся ветер, но все единогласно утверждали, что в 20:23:25 в Большом зале было довольно ветрено.
Почти все свечи погасли и упали, о чем надлежит помянуть лишь затем, что некоторые, еще горя, опрокинулись в керосин (керосиновые плошки расставили по пиршественному столу, дабы возжигать эссенцию поросенка в коньяке). Со всех сторон на тушение огня сбежались слуги, и поработали они на славу, если учесть, что по залу туда-сюда летали всякие предметы веера, шарфы и шляпы.
Особенно шляпа принцессы Норины.
Шляпа улетела к стене, где принцесса подхватила ее и поспешно водрузила на голову. Случилось это в 20:23:50. Слишком поздно.
В 20:23:55 принц Хампердинк с ревом вскочил, и жилы у него на шее вздулись тросами. В зале кое-где еще полыхало пламя, и краснота огня сгустила красноту побагровевшего принцева лица. В эту минуту он походил на горящий бочонок. Он открыл рот и сказал гульденской принцессе Норине четыре слова, что привели два государства на грань военного конфликта: