Да, он не из болтливых.
Что и говорить. Целыми днями рта не открывает! Посмотрели бы вы его в столовой: стоит как истукан, молчит и ничего не ест.
Ничего не ест? ужаснулась Мили.
Сухарик, кусочек сыра или яблоковот и всё. Да он просто объявляет забастовку, рассмеялась консьержка. И я вот что вам посоветую: подержите пока мальчика дома. Тем более, у нас было три случая ветрянки, а если будут ещё, садик закроют!
Мили схватила мальчугана на руки и бегом побежала домой. Оказывается, её Лео ничего не ест. И к тому же в садике ветрянка! А вдруг он уже заразился?
Мили была так встревожена, что даже забыла отчитать Флору за легкомыслие. На следующий день, в воскресенье, она повела Лео в дежурную аптеку. Никаких симптомов ветрянки фармацевт не нашёл, однако сказал, что ребёнок бледен и ему было бы полезно переменить обстановку.
Возвратясь домой, Мили почувствовала страшную усталость, присела на табуретку. Задумалась. Лео не вернётся в детский сад, это ясно, но ведь смотреть за ним некому. Вот если б отвезти его в деревню!
И Мили как во сне увидела дом Маметты, сад, густую траву во дворе А может быть, Маметта возмёт Лео на некоторое время?
«Напишу-ка ей письмо, решила Мили. Но я не знаю ни её фамилии, ни адреса. Придётся написать так: «Андели. Маметте, кормилице, дом возле леса». Право же, письмо дойдёт!»
Ответ пришёл с обратной почтой. Маметта соглашалась взять Лео и просила всего сто пятьдесят франков в месяц. Это было по-дружескивсего сто пятьдесят франков! Правда, сумма эта составляла больше трети заработка Мили!..
А как быть с Жилем и Флорой, как жить в этом противном Руаневедь они совсем от рук отбились. Все эти тревожные мысли измучили Мили, она решила посоветоваться с Валентином. Он стал для неё надёжной опорой и рассуждал всегда здраво.
Валентин взглянул на старшую сестру: какой у неё удручённый вид.
Право, не знаю, как нам быть, сказал он задумчиво, Жиля надо пристроить к делу. В школе он почти не учится, бредит морем. Ах, если бы ему удалось снова увидеть море!.. Послушай, вот что мне пришло в голову, вдруг прервал он себя, эта толстая блондинка, мамина знакомая Госпожа Де не могу вспомнить её фамилию.
Мадам Дезобе́р? живо отозвалась Мили.
Она совсем о ней забыла. Это подруга матери. Она вышла замуж за коммерсанта из Трувиля и уехала из Гонфлера. Госпожа Дезобер приезжала на похороны, плакала, просила папу непременно сообщить, если понадобится её помощь.
Неплохая мысль, пробормотала Мили. Может, она согласится взять Жиля и Флору? Посмотрим, что она нам ответит.
Но письмо от мадам Дезобер не облегчило положения. Она соглашалась принять на некоторое время девочку, а о мальчике и слышать не хотела. Вот вам и цена обещаний.
Мили была так уязвлена, что чуть было не отказалась, если бы не Флора. Девочка очень обрадовалась, узнав, что её приглашают в Трувиль.
Ну что ж. Придётся принять приглашение. Пусть едет одна, сказал Валентин сестре. Здесь ей делать нечего
В конце июля Флора уехала, взяв картонку, служившую ей чемоданом, с красным платьем, сшитым для «Школы смеха». Она была в восторге от путешествия, но всё же обливалась слезами в минуту расставания.
Но её слёзы как летний дождь. Мили хорошо знала свою Флору. И, возвращаясь с вокзала, она снова стала раздумывать о судьбе Жиля. Непутёвый мальчишка ничуть не огорчился, что его не пригласили в Трувиль.
«Нужно будет ещё раз всё обсудить с Валентином, решила Мили. И поговорить с папой». Да как ей раньше не пришло в голову: сначала посоветоваться с отцом, а потом уже что-то решать.
На следующий день вечером она побежала в больницу. Безразличие, с которым господин Кастиль принял все семейные новости, даже как-то успокоило её.
Ну и хорошо ну и хорошо, повторял он. А у меня вот новый сосед, вот его койка, рядом! А вишен ты мне принесла? Его болезнь затягивалась, и его ничего не интересовало, кроме того, что происходило в четырёх стенах белой палаты.
Мили ласково улыбнулась ему и подавила вздохона так и не решилась поговорить с ним о Жиле.
VIIIЛео
Прошло несколько дней после отъезда Флоры, и Мили с грустью проводила Лео к Маметте. Лео, изумлённый неожиданным путешествием, крепко сжимал в кулаке стеклянный шарик. Как ей будет не хватать малыша! Маметта и в самом деле была женщиной очень доброй, очень отзывчивой. Встретила она их так радушно, что Мили сразу стало тепло и уютно в этой знакомой комнате с красным плиточным полом, снова сидела она за столом перед чашкой горячего кофе.
По комнате семенил Ален, но ни Жорже, ни Полетт не было видно, и Маметта объяснила, что детей взяли родителиведь содержание стоило довольно дорого.
Вот я и решила принять вашего малыша, говорила она улыбаясь. Он тоже, кажется, дикарёнок, как и его старший брат. Какую комедию разыграл тогда! Знаете, а я ведь побывала у вас на следующий день после этой истории. Но вас уже и след простыл. Что же у вас стряслось?
Чего только не было вздохнула Мили.
И она рассказала о своих новых заботах. Маметта выслушала её и заявила напрямик, что заболевание господина Кастиля пошло всем на пользу.
Да что вы говорите?! возмутилась Мили.
Но иначе вы бы так и не освободились от этой клоунады?
Папа выздоровеет, и, пожалуй, он
Ну, ну, в его возрасте так скоро не излечиваются, заметила Маметта. Я-то всё это знаю по своему Деду. А братья довольны?
Валентин и Жерве довольны, но вот Жиль меня тревожит: город ему не нравится, школу он терпеть не может. Просто ума не приложу, что с ним делать? Пожалуйста, посоветуйте, как мне с ним быть? робко попросила Мили.
Уж не хотите ли вы, чтобы я взяла его вместе с Лео? воскликнула Маметта. Ну нет, это невозможно. Он уже большой. И, кроме того, вам это не по карману.
Ох, эти деньги!
Деньгивещь немаловажная Кстати, сколько лет вашему Жилю?
Четырнадцать.
Да, ему самое время ремеслу учиться.
Он хочет быть моряком.
Да, уже слышала. А почему бы не раздобыть ему какую-нибудь работу на лето? Он не заработает много, конечно, но кое-что это даст.
На вольном воздухе?
Дался вам этот вольный воздух! засмеялась Маметта. Я подумаю и напишу вам Ну как там Жерве?
Лицо Мили сразу просветлело. Она с гордостью рассказала, что Жерве стал ходить в школу и очень изменился к лучшему. За два месяца он почти по всем предметам догнал одноклассников, получает по сочинению пятёрки.
Вот увидите, он далеко пойдёт, воскликнула Мили, и глаза её заблестели.
Раздались чьи-то шаги, и в комнату вошёл Дед. На нём топорщился синий фартук, длинный, почти до полу. Он угрюмо посмотрел на гостей и направился к соломенному креслу. А увидев пустые чашки, разворчался.
Хочешь кофе? спросила Маметта, чтобы предотвратить грозу.
С твоим кофе одно разорение!
Вдруг звонкое восклицание и весёлый смех прервали его слова. Мили и Маметта озадаченно переглянулись. Кто же это смеётся? Оказывается, Лео! Вот он подбежал к Деду, встал перед ним и разглядывал его, словно забавную игрушку. И вдруг попросил:
Ну ещё что-нибудь скажи!
С этими словами малыш взобрался на колени к старику. И удивительное делоДед улыбнулся.
Вот так история! удивлённо воскликнула Маметта. Ведь мой муженёк обычно на детей и внимания не обращает.
Пока он играет с вашим мужем, прошептала Мили, я, пожалуй, тихонько уйду.
Она снова услышала смех Лео и ушла успокоенная.
Маметта всегда выполняла свои обещания. Спустя день она написала, что родственник её соседей держит на опушке леса кафе «У зелёного холма» и на лето ищет себе помощника. Еда, жильё и жалованье: сто сорок франков в месяц. «Если это вам подходит, немедленно сообщите хозяину, пока место ещё не занято», писала Маметта.
Твоя знакомая здорово нас выручает, сказал сестре Валентин. Конечно, нам это подходит. Не откладывая поговорим с Жилем.
Но Жиль принял новость в штыки:
Работать в кафе? Ни за что! А хотите, чтобы я работал, пошлите меня к дяде Норуа.
Не болтай глупости, возразил Валентин. Сам понимаешь, ехать в Гонфлер сейчас нельзя. А кафе