Ненавижу кафе!
Да ты ведь не знаешь, какое оно!
Всё равно ненавижу. Захотели, чтобы матрос официантом стал! Ещё чего! Раз вы заставляете меня туда ехать, значит, совсем меня не любите. Когда я думаю, что подарил тебе лодку, Мили
Что ты выдумываешь? крикнула Мили. Мы ведь о тебе заботимся.
Валентин почувствовал, что сейчас сестра сдастся, и вмешался. Разыгралась бурная сцена, но Жиль упрямо стоял на своём: просьбы, угрозы, упрёкиничто не действовало. Он обещал больше не бродяжничать, обещал быть послушным. Но заявил, что покинет фургон только тогда, когда отправится к дядюшке Норуа, и не раньше
Не настаивай больше, шепнула Мили Валентину. Если мы будем его принуждать, он, пожалуй, сбежит.
Жиль ушёл, не прибавив ни слова. Тут Жервевсё это время он молча сидел в углуподал голос. Он твёрдо сказал:
В кафе буду работать я.
Валентин нахмурился.
Не о тебе речь, возразил он строго, всё ещё не остыв после ссоры с Жилем.
Отчего же? Я хочу зарабатывать деньги и помогать Мили.
Ты добрый мальчик, Жерве, взволнованно воскликнула Мили. Но ты ещё маленький
Я моложе Жиля всего на полтора года, ответил Жерве. Напиши Маметте, что я поступаю на это место.
Он с независимым видом стоял между старшимибратом и сестрой, говорил, отчеканивая каждый слог. Валентин обнял его за плечи.
Понимаю, что такая работа тебе не по душе, но всё же ты за неё берёшьсямолодец. Мили предупредит Маметту, а я провожу тебя до кафе «У зелёного холма».
IXФлора
Флора была довольна всем, особенно же самой собой: да, стеснительной назвать её было трудно. Она сошла с поезда в Трувиле уверенно, твёрдо решив пожить там в своё удовольствие. Первый же вечер превзошёл все её ожидания.
Госпожа Дезобер была хороша собойпросто кинозвезда на афишах, ну, а её служанка ещё красивее; а какие у неё серьгибольшущие золотые кольца с жемчужинами. Господин Дезобер был не очень красивым: толстый-претолстый. Зато он заразительно смеялся, курил трубку, что очень понравилось Флоректо знает почему.
Но сам дом, стоявший на улице Розовых кустов, затмил всё. Комнат в нём было великое множество. Флоре отвели на втором этаже уютную комнатку, спала она на великолепной кровати с розовой периной.
Итак, всё сулило одни развлечения.
Увы, на следующий же день Флору ожидало горькое разочарование. Всё началось с лестницы. Утром она выбежала из комнаты и сразу увидела эту злосчастную лестницу. Конечно, не удержалась: как была в старенькой ночной рубашке, вскочила верхом на перила и с визгом соскользнула вниз. Вот здо́рово! Она скатилась ещё раз, ещё и ещё А на шестой раз попала в объятия господина Дезобера. (Кстати, ей было приказано называть их попростудядей и тётей.) Дядя пожурил её, а тётя заметила:
Ну и воспитание!
Потом тётя повела Флору в ванную. Там красовалось множество блестящих крапов и зеркал. Какие муки они принесли ей! Тётя сняла с неё ночную рубашку, усадила в огромную ванну. И вот, вымытая, выскобленная, оттёртая до красноты, Флора недоуменно моргает, не понимая, что с ней происходит.
Должно быть, ты не часто моешься в ванне, заметила тётя.
Никогда не моюсь, заявила Флора.
Так вот, запомни: здесь ты будешь мыться каждое утро.
Тут началась целая история с одеждой. Мили всё так аккуратно починила! А тётя открыла картонку с одеждой Флоры и разахалась. Серое платье, видите ли, вылиняло, одни лохмотья, ну, а зелёный передникпросто гадость.
Немедленно в магазин.
Флора заплясала на месте, но радоваться было рано. Тёте не понравился красный цвет, она любила только голубой. И вот вамголубые шорты, голубой полувер, голубая блузка. И жёлтые кожаные сандалеты. Флора вышла из магазина с недовольным видом: голубой цвет удручал её, а сандалеты немилосердно жали.
Тётя окинула её удовлетворённым взглядом.
Теперь у тебя более или менее приличный вид.
Наконец пришло время завтрака. Сколько ножей, вилок, тарелокуму непостижимо! Флора даже растерялась. Как во всём этом разобраться?
Держись прямо, твердила тётя, не обгладывай кости! Не глотай такими большими кусками! Не облизывай пальцы!
Дядя, правда, не ворчал, он поступал ещё хуже: изображал из себя школьного учителя! Когда подали картофельное пюре, он спросил, сколько будет семью девять. Разрезая пирог с вишнями, спросил, как называется столица Италии. Флора отвечала наобум: 28 Берлин Дядя хохотал до слёз. Но когда он вдруг попросил: «Назови мне быстро три морские рыбы», Флора решила, что пришло время положить конец этой глупой игре.
Если сам не знаешь, загляни в книгу, посоветовала она.
Господин Дезобер назвал её дерзкой девчонкой, а Флора скорчила такую гримасу, что её снова отчитали.
Целых два дня Флора не решалась болтать и шалитьбоялась, что ей достанется. Стала тихой, молчаливой.
Если б тебя увидела твоя бедная мамочка! вздыхала госпожа Дезобер. Все ваши беды из-за жизни на колёсах; бродягивот во что вы все превратились.
Надо сказать, что сердце у госпожи Дезобер было доброе, и она старалась запастись терпением, а перевоспитать девочку, отучить от всех причуд, оказалось делом нелёгким. Флора совсем приуныла. Где ониподмостки Маленького театра, где онавесёлая кочевая жизнь? Она почти ничего не ела за обедом, а в спальне заливала слезами подушку. Почему её здесь без конца ругают? Ведь она так хорошо себя ведёт!..
Как-то утром ей пришла в голову соблазнительная мысль. В доме царила тишина. Она соскочила с постели, надела красное платье, старые холщовые туфли на верёвочной подошве, тихонько вышла из комнаты и проскользнула на лестничную площадку. Входная дверь заперта, но ведь существуют окна Открываем и прыгаем!.. Свобода! Но куда идти?
Она побежала прямо к пляжу, мурлыкая весёлую песенку и дрожа от утренней прохлады. На песчаном берегу ни души. Пять-шесть кульбитов, и Флора немного согрелась. Она принялась разглядывать высокие отели, окаймляющие бульвар, вдоль песчаного берега. Самый красивыйбелый, с балконами. Вдруг на одном из этих балконов распахнулась дверь и вышла дама в розовом переливчатом пеньюаре.
Флора в восхищении захлопала в ладоши. Дама улыбнулась девочке, а она ответила пируэтом и стала танцевать. Дама кому-то махнула рукой, и на балкон вышел высокий человек в пижаме.
Тем временем то тут, то там стали открываться окна, двери, и на балконах появились новые зрители. Они смотрели на забавную, растрёпанную девчонку в красном платье: она вертелась, кривлялась, подпрыгивала, одна на безлюдном бульваре.
Господин в пижаме бросил ей монетку, соседи последовали его примеру; Флора, ничуть не смущаясь, подняла монеты, послала зрителям воздушный поцелуй, перекувырнулась напоследок и убежала вприпрыжку.
Служанка Люси́, с утра нацепившая серьги, собиралась подметать крыльцо. Вот она увидела Флору и выпустила метлу из рук.
Да откуда ты взялась?
Ходила гулять, весело объявила Флора.
Так рано?! Значит, это ты выпрыгнула из окна? А я-то испугалась: подумала, к нам воры забрались. Ну, если госпожа Дезобер узнает!..
Флора бросилась к Люси, повисла у неё на шее:
Не говорите ей, пожалуйста! Мне так хотелось пойти погулять! Я больше не буду, честное слово!
Служанка покачала головой, и тут Флора, состроив умильную рожицу, быстро добавила:
Ах, какие у вас дивные серьги! А знаете, ведь вы гораздо красивее тёти!
Люси была явно польщена, хоть и замахала руками. Тут хитрая девчонка горячо её поцеловала.
Какая у вас нежная кожа! Я так вас люблю, Люси! Ведь вы ничего не скажете тёте, правда?
Ну хорошо, хорошо, сдалась служанка. Только быстрее входи и переоденься. Ты же знаешь, хозяйка не любит это платье.
Ещё поцелуй, и я бегу! пропела Флора.
Всё утро она вела себя примерно.
Ей необходима твёрдая рука, убеждённо говорила госпожа Дезобер мужу. Она, пожалуй, научится светским манерам.
Конечно, у неё есть хорошие задатки и она бывает так мила!.. отвечал он. А вдруг мне удастся приохотить её к учению, научить считать и правильно писать? Ведь она так невежественна