Хорошо, мама, ответил Мишель, все еще не осознавая до конца, что произошло.
Они вместе вернулись в столовую. Жан тем временем подсел к Алену.
Послушайте, сказал он, если уж говорить о сюрпризах, то самый лучший сюрприз устроили нам вы. Вот уж кого я не ожидал встретить!
Да, знаете, холодно ответил Ален, дела
Ах да! Правда! Вы же по парфюмерной части. Видно, туго вам приходится! Не то что в нашей аптеке: лекарства всегда нужны людям, а вот духи Куда же вы ездили с вашим товаром?
Ален заколебался. Мадемуазель Алиса заерзала на стуле.
Ален только что рассказывал нам об этомкак раз перед тем, как вы пришли. Подумайте только, он объездил чуть ли не всю страну! Он говорит, что в клиентах недостатка нет, товара маловот что! Представляете, флаконы и то невозможно раздобыть!
А мыло, подхватила мадемуазель Мари, Ален говорит, что мыло
Но как же так, воскликнул Жорж, ведь Ален совсем не
Мишель дернул его за рукав и прошептал ему на ухо несколько слов. Жорж замолчал.
Пора тебе привести к нам своих родителей, Жорж, сказала Эвелина, я сейчас подам кофе.
Жорж повиновался, но едва он приоткрыл дверь, как в квартиру влетела консьержка и, задыхаясь, метнулась в столовую.
Немцы! крикнула она. У Кутюров в квартире немцы!
Эвелина Селье зажала рукой рот, чтобы заглушить крик, который чуть-чуть не вырвался у нее. Соланж кинулась к брату.
Они пришли за тобой! закричала она, цепляясь за него. Они тебя уведут! Я не хочу, не хочу! На помощь!
Замолчи! сурово приказал Ален, высвобождаясь из ее рук. Значит, немцы у нас в квартире, мадам Кэлин?
Да.
Если так, я смываюсь!
Невозможно! Они оставили у входа своего шпиона, и машина их там стоит. Я говорила тем двум, другим, что у вас никого нет, но они мне не поверили. Тогда я решила, что пусть лучше они обыскивают квартиру, а я тем временем сбегаю вас предупредить, и я отперла им дверь моим собственным ключомон и к вашей двери подходит. Что вы решаете, мосье Ален? Они придут сюда, уж это как пить дать, вот только обыщут вашу квартиру!
Н-да, стиснув зубы, ответил Ален, решить не так-то легко. Хотел бы я знать, кто на меня донес! Я уверен, что за мной никто не шел!.. Погодите, а что, если в окно?.. Нет, с третьего этажа не спрыгнешь
Эвелина Селье взяла его за руку. Она уже успела овладеть собой. Властным жестом она указала на красный халат, который валялся на стуле.
Наденьте его, сказала она, и предоставьте остальное мне. Мальчики вам помогут. Мадам Кэлин, я думаю, вам лучше пойти к себе: нельзя, чтобы немцы вас здесь застали. А вы, девочки, подойдите к елке и притворитесь, будто вы ее украшаете. Мы все останемся за столом. Мосье Жан, займите место Алена. Я сейчас подам кофе.
Консьержка вышла. Эвелина Селье в последний раз оглядела комнату и начала разливать коферука ее чуть дрожала. Ален прикрепил к своему подбородку белую бороду, а Жорж и Мишель, стоя на коленях, старались застегнуть на нем булавками красный халат.
Согнитесь немного, Ален, сказала Эвелина, надо, чтобы вы казались меньше ростом. Я скажу, что вы мой деверь. Документы ваши на какое имя?
Пьер Сенеша́ль.
Хорошо. Нельзя допустить, чтобы
В дверь постучали. Раздался грубый окрик:
Откройте!
Открой! сказала мать Норетте.
Она продолжала разливать кофе. Вошли два немца, оба в военной форме. Одинтолстый, с багровым лицом; другойтощий, в очках. Они остановились на пороге комнаты.
О господи! воскликнула Эвелина Селье, изображая растерянность и словно бы в испуге ставя кофейник на стол. О господи, что это?
Ален Кутюр медленно выговорил толстый. Знаете ли вы Алена Кутюра?
Ну конечно, господа, конечно! Этот молодой человек наш сосед! Вы его разыскиваете? Господи, что же он натворил? А вы не звонили к нему в квартиру?
Она умело изображала растерянность и страх. Тощий немец шагнул к ней.
Ваши документы! приказал он.
Да, да, господа, хорошо, одну минуточку Ох, куда же это я дела сумку! Боже мой, я совсем голову потеряла от волнения! Понимаете, мы празднуем рождество. Мой деверь вот переоделся Дедом-Морозом, чтобы позабавить детей А-а, вот и сумка Пожалуйста, господа, вот мои документы
Она протянула свой паспорт тощему немцу, который стал придирчиво его изучать.
Хорошо, сказал он наконец, возвращая паспорт. А остальные?
Сестры Минэ, охая от ужаса, также вытащили свои документы.
А ты, Пьер, сказала Эвелина, оборачиваясь к Алену, что же ты сидишь, покажи господам твой паспорт! Подходящее приключение для Деда-Мороза, нечего сказать! Уж верно, я всю ночь глаз не сомкну!
Ален, съежившийся под красным халатом, приподнял край шторы и достал из кармана бумажник. Дожидаясь его, толстый немец подошел к зажженной елке. Может, она ему что-то напомнилана какое-то мгновение его взгляд задержался на ней. Но он тотчас вновь отвернулся от елки.
Ну, что вы там возитесь? прикрикнул он на Алена. Давайте паспорт!.. Так, хорошо
А вот мои документы, сказал Жан.
Толстый немец взял его паспорт, но почему-то не вернул сразу. Он долго его рассматривал, затем передал своему спутнику. Немцы шепотом обменялись несколькими словами. Можно было расслышать: «Groß, blond». Тощий немец вынул револьвер.
Пойдем с нами! приказал он, наставив его на Жана.
Жан побледнел и отпрянул назад.
Я?.. забормотал он. Почему вдруг я? Ну и дела! Но я же ни в чем не виноват! Я
Он испуганно оглядел комнату, посмотрел на Алена, затем на мадам Селье. Ален ответил ему суровым, холодным взглядом; на лице Эвелины он прочел горячую мольбу.
Жан весь подобрался и, стараясь овладеть собой, шагнул к немцам.
Это ошибка, печальная ошибка, сказал он, но, если надо, я последую за вами. Что ж, пошли?
Он вышел вместе с двумя немцами, машинально поправляя галстук. Никто не шелохнулся. Все прислушивались к тяжелым шагам, удалявшимся вниз по лестнице, от этажа к этажу. Потом послышался шум отъезжающей машины. Соланж кинулась к брату так порывисто, что оторвала белую бороду.
Они тебя не взяли! зашептала она. Как я боялась!.. Ален! Ален! Мой Ален!
Она громко рыдала от горя, от страха. Чтобы успокоить девочку, пришлось положить ей на лоб холодные примочки, но Соланж продолжала дрожать и прижиматься к брату, словно не верила, что он в самом деле с ней. Норетта целовала ее, сестры Минэ гладили ей руки. Жорж с Мишелем сердито поглядывали на Алена.
Он же ни в чем не виноват, этот Жан! решительно сказал Мишель.
Разумеется, сухо подтвердил Ален, да только они приняли его за меня! Я же слышал, о чем шептались немцы: «Высокий, блондин» А все из-за этого проклятого парикмахера, который выкрасил меня в огненный цвет Бедняга! Да, неприятно, конечно, подставлять вместо себя другого, но что поделаешь, если нельзя иначе!
Но ведь он ни в чем не виноват, повторил Жорж, они ведь искали вас, а не его!
Ален не ответил. Эвелина Селье знаком подозвала к себе мальчиков.
Я знаю, что вы думаете, сказала она, но вы уже достаточно взрослые, чтобы понять: жизнь Алена не принадлежит емуона принадлежит его боевой группе!
Но ведь Жан ничего такого не сделал! наверное, в третий раз повторил Мишель.
Вот именно, Мишель! Раз он ничего не сделал, он скорее всего отделается легким испугом: проверят документы, установят личность и освободят А вот Алену был бы верный конец. Да к тому же его стали бы пытать. А вдруг он что-нибудь сказал бы под пыткой?..
Она замолчала, а потом добавила, внушительно произнося слова:
Ален не мог поступить иначе. Он обязан был молчать.
Друзья кивнули в знак того, что всё поняли.
Я ухожу, сказал, поднимаясь с места, Ален, и без того я довольно доставил вам забот. Но вы сами-то остерегайтесь! Признаться, я не совсем уверен в этом мосье Жане. Чтобы только выпутаться из этой истории, он способен рассказать все немцам.
Не думаю, мягко возразила Эвелина Селье. Если бы он захотел сказать, он сделал бы это сразу, а вы же сами видели: он ничего не сказал! К тому же мы успели обменяться взглядами, когда его уводили: бывают взгляды красноречивее слов. Нет, не думаю, что он на вас донесет Но вы-токуда вы решили идти?