Тогда он подаёт мне маленькую куклу, выструганную из дерева, и уходит. Я тотчас называю её Буратинкой. Мне нравится кукла, у меня мало игрушек, но я её не беру, а закапываю в песок. Мне ихнего не надо. Я так и говорю вслух.
Но вечером я ещё дольше не засыпаю. Мне жалко куклу Буратинкузачем я её оставила там! ведь кукла не до конца немецкая: она сделана из нашей дощечки.
На другой день я сама не своя и еле-еле досиживаю уроки в школе. А потом бегу на завод.
Но у стены уже нет песчаной кучи. Песок увезли на стройку, а немцев отправили в Германию.
Вечером мама ведёт меня в магазин игрушек и покупает пупсаВанечку. Я забываю про всё. А мама смеётся: «Эх ты, детский сад!»
Да, детский сад! Говорит автор книги
Наш детский сад находился на Третьей Советской улице. Я ходила в него всю войну. И выжила. Там ни один ребёнок не умер.
Мама не может спокойно видеть Веру Андреевну Кобокнашу заведующую. Бросается навстречу и всё время хочет ей поклониться.
Да разве ж дело во мне? всегда говорит Вера Андреевна и удерживает маму. Это завод. Спасибо нашему директору Тихомирову и всем-всем людям. Без них мы пропали бы Вера Андреевна смотрит на меня и смеётся. Как успехи у этой непослушной девочки? спрашивает она.
Мама плачет. Её убивают мои колы и двойки. Но Вера Андреевна не верит, что я на самом деле такая глупая.
Это из неё голод выходит, говорит она, это пройдёт.
Мне интересно слушать разговор взрослых, и я прыгаю рядом с ними по асфальту на одной ноге. Вместе со мной скачет Ванечка. Нам весело.
Нет, не забыто. Говорит автор книги
И вот я опять на заводе. Прошло двадцать пять лет, и всё как будто забыто. Но сегодня я приехала повидаться с Брюсом, и мне снова вспомнилось детство.
Как взрослеют?
А как люди взрослеют? спросил Нырненко. Неужели я тоже стану, как все?
На этот вопрос ответил Леонид Васильевич:
Не надо торопиться. Мы взрослели не от хорошей жизни: война, блокада У васнаших детейжизнь хорошая. Живите и радуйтесь! А что касается меня, то я даже не заметил, как повзрослел. Работал, работал, шесть лет проработал, и вдругповестка в военкомат. Призыв в армию. А если тебя в армию позвали, значит, ты уже взрослый.
Военная дисциплина
Нырненко быстро оделся один раз в жизникогда его назначили проверяющим уроки. Обычно он валяется в кровати с восьми до без четверти девять. В армии солдаты встают и одеваются за сорок секунд. Брюсу это было нетрудно. Он привык рано вставать, быстро одеваться и бежать на работу. С детства он привык слушаться старших и не пререкаться с ними. Не то что Пчелинцев. Тому Татьяна Николаевна говорит: «Пчелинцев, замолчи! Мешаешь!» А он ей: «Никому я не мешаю! Это Нырненко!»
Брюс с детства знал, что такое военная дисциплина, поэтому в армии ему было легко.
Работа нашла Брюса и в армии. Хотя в то время уже шёл тысяча девятьсот пятьдесят третий год, на полях, в лесах и болотах наши солдаты находили старое, ржавое оружие. Его посылали ремонтировать в оружейные мастерские. Там и работал Брюс.
«Вот когда я подержал оружие в руках. На всю жизнь наигрался и с винтовками, и с автоматами, и с наганами. Привезут всё это доброржавое, покоробленное, иногда даже мхом заросло! Металлолом да и только. А мы с ним возимся-возимся Через некоторое время оно как новое. Не отличитьхоть на спор!»
Чужие несчастья, чужие радости
Однажды в нашем доме загорелась квартира на седьмом этаже. «Пожар!»закричали все, кто видел, как дым валит из окна. И не только закричали, но и вызвали пожарную команду и долго не расходилисьсочувствовали пожарникам.
Нырненко на это сказал, что пожар, наверное, от утюга был. А у него лично никогда ничего не загорится, потому что он утюг не включает. У него другие неприятности: он к зубному врачу ходил. Пожарэто ерунда. Вот когда зуб болитэто несчастье. На стену лезешь. А к зубному врачу идти ещё страшнее. Но зуб ему всё-таки выдернули. Как это было, он не распространялся. «Не в этом дело», сказал Нырненко.
А Пчелинцев сказал мне, что Нырненко связывали полотенцами, а то ему было никак не открыть рот.
Когда рот не открытьсамое настоящее несчастье, сказал Пчелинцев. Не поговорить даже!
Нырненко не захотел вспоминать, как его связывали полотенцами, и сказал радостно:
И как это я забыл! А у отличницы Перепёлкинойдвойка!
Про отличницу Перепёлкину я слышала много. Они её не любили. Она сидит перед ними и мешает своей спиной смотреть на учительницу. Из-за этой самой отличницы Перепёлкиной их часто наказывают. Потому что Перепёлкинаябеда. Они на её спине играли мелом в крестики-нолики, а онасразу жаловаться. А им сразузамечание в дневник. Кому понравится! Вдобавок, Перепёлкинакомандир звёздочки. Командует ими. А кому понравится, когда тобой командует девчонка?! Когда выбирали командира, Нырненко предлагал Пчелинцева, а ПчелинцевНырненко. Но их не выбрали. Перепёлкина сказала, что у них двойки и вообще они плохо себя ведут. У них было много причин не любить Перепёлкину.
А Перепёлкина ревела из-за двойки, сказал Нырненко в заключение.
Она плакала, сказал Пчелинцев.
Поняла, как получать двойки. Думалалегко! Пусть теперь подразнится двоечниками. Самадвоечница!
Она плакала, опять сказал Пчелинцев. И стала какая-то непонятная. Я её за косу подёргал, а она даже не обернулась.
Здо́рово переживала! подтвердил Нырненко. У меня тетрадку просила. Никогда раньше мою тетрадку не просила. А у меня правильней, чем у неё. У менятройка!
Эта двойка очень повлияла на отличницу Перепёлкину. В следующий раз, когда зашёл разговор о ней, Нырненко и Пчелинцев объявили, что она стала лучше. Теперь она разговаривает во время уроков, и ей делают замечания. А зато они перестали рисовать у неё на спине, потому что Перепёлкина им почти как друг. Они теперь всё время марками меняются. Но Татьяна Николаевна сердится и говорит: «Перепёлкина, где твоё хорошее влияние?»
Хорошее влияние Перепёлкиной
Однажды Нырненко показал мне дневник. Раньше никогда не показывал. Но сегодня сам показал, причём смотреть разрешил только из его рук. Он загородил локтем всю страницу, сжал пальцами все остальные листы и оставил крохотную щёлочку между пальцами.
Глядите! Пятёрка! сказал он торжественно.
В дневнике стояла пятёрка по рисованию.
А всё из-за Перепёлкиной, сказал Нырненко и протянул рисунок. Мы рисовали осень, начал объяснять он. Татьяна Николаевна сказала рисовать деревья. Нарисовал деревья, и сразу стало скучно, потому что деревья жёлтые и листья падают. И я нарисовал Перепёлкину. Она ходит по лесу и листья собирает. Перепёлкинав красном платье. Татьяна Николаевна сказала: «Молодец, очень оживил картину красным пятном!»и поставила пятёрку. А это совсем не пятно, а Перепёлкина. Видите?
Я смотрела на рисунок, на осенний лес, где гуляла девочка Перепёлкина в красном платье. Откровенно говоря, очень трудно разглядеть в красном пятне девочку. Но я вспомнила сказку «Маленький принц». Взрослые никак не могли увидеть слона, которого проглотил удав, и называли этот рисунокшляпой. И я разглядела Перепёлкину.
Пчелинцев на этот раз всё время молчал. Он недавно сорвал себе голос. Зато у него тоже появилась пятёрка. По пению. Он не захотел отстать от друга и на пении всё время приставал к учительницечтобы спросила. Весь урок он пел. И за труды получил пятёрку. А голосчто! Вернётся. С Нырненко они пока объясняются знаками. И в классе сразу стало тише. Татьяна Николаевна называет это хорошим влиянием Перепёлкиной.
Вот тебе и сборщик!
У Нырненко был врагбудильник. Будильник поднимал его с кровати, заставлял одеваться, есть, бежать в школу, делать уроки, ложиться спать. Ложиться спать было самое трудноеещё хуже, чем вставать.
На большом кольце будильника нарисован циферблатдвенадцать цифр и шестьдесят маленьких точек. Нырненко даже вспотел, пока убедился, что их ровно шестьдесят: то у него пятнадцать получалось, то семьдесят.
У будильника есть имя. На нём написано «Слава». У этого «Славы» одиннадцать камней. Так написано на циферблате. Нырненко сразу понял, что камни запрятаны внутри, и ещё больше удивился: как в таком маленьком будильнике помещаются камни?